Глава 4249. Встреча
Звёздный Странник
Чан Ту был сильнейшим мастером цивилизации Долголетия, в то время как их предок существовал лишь в легендах.
Чан Ту был защитником всей цивилизации.
Верховный Бог Цзин Мэнь и Лу Инь стояли рядом с Чан Ту на самом высоком месте, глядя вниз на собравшихся. С этой позиции им были видны все.
Лу Инь смотрел вперёд, искоса поглядывая на Чан Ту. Старик не соврал: к ним действительно относились с уважением. Наблюдать за дарованием Божественного Взгляда в цивилизации Долголетия считалось большой честью, подобно тому, как Лу Инь стоял на вершине Небесной лестницы секты Небесной Горы.
Эта лестница олицетворяла собой вершину могущества человеческой цивилизации Вселенной Небесного Начала.
Такое обращение немного улучшило его настроение.
Выражение лица Верховного Бога Цзин Мэнь также смягчилось.
Чан Ту вздохнул с облегчением. На самом деле, ему было всё равно, злятся Лу Инь и Верховный Бог Цзин Мэнь или нет, ведь в будущем они вряд ли будут общаться. Однако цивилизация Долголетия дорожила своей репутацией, и если бы их обман раскрылся, пусть даже и не на весь мир, ему было бы очень стыдно.
Сейчас же, когда все всё понимали, но молчали, было идеально.
— Старейшина Чан Ту, а где предок цивилизации Долголетия? Он придёт? — вдруг спросил Лу Инь.
Чан Ту опешил и кашлянул: — Нет.
— Жаль, я бы хотел с ним встретиться, ведь мы уже однажды виделись, — с сожалением произнёс Лу Инь.
Чан Ту потерял дар речи. Ну вот, он всё-таки проговорился! Какой же несносный парень.
Верховный Бог Цзин Мэнь слегка улыбнулась. Чан Ту слишком недооценивал их, его уловка была слишком очевидна. И хотя их настроение улучшилось, этого было недостаточно.
Лу Инь больше ничего не сказал, решив остановиться на этом. Старик и правда думал, что может ими манипулировать, что они никогда не будут общаться? Лу Инь предпочитал действовать осторожно и не давать ему повода думать, что человеческую цивилизацию легко обмануть.
Да, цивилизации не взаимодействовали друг с другом. Но, по мнению Лу Иня, это правило работало лишь до тех пор, пока они не встречались. Раз уж встреча произошла, всё могло измениться.
У него сложилось довольно хорошее впечатление о цивилизации Долголетия. Пусть они и были немного бесчестными, но, по крайней мере, знали, что такое честь. С такими можно иметь дело.
По Чан Ту можно было судить о том, как далеко готова зайти цивилизация Долголетия, чтобы сохранить свои секреты, а по Чан Тяню — о том, что такое дружба для них.
В сущности, эта цивилизация ничем не отличалась от человеческой.
Подумав об этом, он снова взглянул на Чан Ту. Даже внешне они были довольно похожи.
Чан Ту снова кашлянул: — Девушка, береги тот кусочек Лозы Долголетия, что дал тебе Чан Тянь. Это очень важная вещь.
— Как его использовать? — спросила Верховный Бог Цзин Мэнь.
Чан Ту посмотрел на неё: — Носи его при себе. В критический момент он может спасти тебе жизнь.
Глаза Верховного Бога Цзин Мэнь блеснули: — Насколько критический?
Чан Ту отвёл взгляд и посмотрел вдаль, на круг света: — В любом случае, который ты только можешь себе представить.
"Представить". Это слово слишком часто встречалось в Измерении Шага. Чем чаще оно появлялось, тем яснее становилось невежество существ. Именно поэтому и существовало понятие "представления".
Вдалеке, внутри круга света, стояла сотня человек. Первые десять, несомненно, были лучшими в этом соревновании по восхождению. Среди них был и Маленький Король Солдат, в то время как Чан И стоял позади.
Все они смотрели вперёд, на самое высокое место, где стояли Чан Ту, замаскированные под жителей цивилизации Долголетия Верховный Бог Цзин Мэнь и Лу Инь. Всем было любопытно, кто эти двое, раз им позволили стоять рядом со старейшиной Чан Ту.
Если бы в цивилизации появился новый мастер царства Вечной Жизни, об этом бы знали все.
Любопытство распирало каждого.
И не только их. Мастера сферы Истока и царства Искупления, стоявшие ниже Чан Ту, в том числе и предок из семьи Чан Ши, тоже были заинтригованы.
Он тоже хотел знать, кто эти двое незнакомцев, но, бросив на них быстрый взгляд, снова перевёл внимание на Чан Ши, стоявшего в последнем ряду круга света и покачивающегося из стороны в сторону.
Чан Ши занял последнее место в соревновании, но был очень доволен. Он принёс славу своей семье, иначе его предок не смог бы стоять здесь.
Люди в круге с любопытством смотрели на Лу Иня и Верховного Бога Цзин Мэнь, а те, в свою очередь, наблюдали за двумя девушками, стоявшими рядом с Маленьким Королём Солдат в первом ряду.
Одна из них была невероятно уродлива, настолько, что не походила на практика. Лу Инь никогда не видел настолько уродливых практиков. Даже Звёздный Жаб выглядел немного лучше, по крайней мере, на него можно было смотреть без отвращения.
Другая же была полной её противоположностью — она сияла красотой. Эта красота отличалась от всего, что Лу Инь видел раньше. Дело было не только в чертах лица, но и в том, что она вся излучала жизненную энергию, словно восходящее солнце. Её красота была ослепительной, но отвести от неё взгляд было невозможно.
Уродство и красота, две крайности, стоящие рядом, создавали поразительный контраст, привлекающий всеобщее внимание.
Можно сказать, что все, кто был за пределами круга, смотрели на этих двух девушек.
— Старик, что с этими двумя девушками? — поинтересовалась Верховный Бог Цзин Мэнь. Будучи женщиной, она не могла представить, как можно добровольно стать настолько уродливой. Казалось, это уродство не было врождённым, а приобретённым, и от этой мысли её голос немного понизился.
Чан Ту посмотрел на девушек и вздохнул: — Уродливую зовут Чан Лин, а красавицу — Чан Лин. Их внешность… они обменялись ею. (П.П: Фонетик один - Лин, иероглифы разные)
Лу Инь и Верховный Бог Цзин Мэнь опешили: — Что?
Почти одинаковые имена.
Чан Ту медленно начал рассказывать историю, которая казалась одновременно обычной и необыкновенной.
Чан Лин родилась красавицей, сияющей, как нынешняя Чан Лин. Из-за своей красоты она привлекала слишком много внимания, но её семья не могла защитить её, и девушка столкнулась со множеством бедствий. Даже культивация ей давалась с трудом, словно весь мир смотрел на неё.
Чан Лин родилась уродливой, невероятно уродливой, как нынешняя Чан Лин. Её уродство было таким, что люди не хотели даже смотреть на неё, но, как и Чан Лин, она пережила множество бедствий и унижений. Её даже не брали в ученики.
Чан Лин страдала от своей красоты, а Чан Лин — от своего уродства.
Однажды эти две девушки встретились. Они встретились в то время, которое считали самым трудным в своей жизни. Увидев друг друга, они словно почувствовали родственную душу и решили обменяться внешностью.
Чан Лин думала, что, потеряв свою красоту, обретёт покой, и все беды оставят её.
Чан Лин верила, что, став красивой, избавится от унижений, и все беды пройдут стороной.
Они пошли по совершенно разным путям, но вскоре поняли, что живут жизнью друг друга, и что от этого ничего не изменилось. Беды никуда не делись, и они по-прежнему были в центре внимания, будь то восхищение или презрение.
Со временем пережитый опыт стал для них источником мудрости. Они познали суету мира, человеческую теплоту и холодность, и нашли свой собственный путь. Теперь же они поразили всех, заняв первое и второе места в соревновании по восхождению.
— Когда они обменялись внешностью, им предложили стать ученицами, но они отказались. А ведь тот мастер был уровня царства Искупления.
— А потом, когда они нашли свой путь и начали усердно практиковать, им снова предложили стать ученицами. На этот раз мастер был на пике царства Искупления, готовый в любой момент шагнуть в царство Вечной Жизни. Такой учитель — мечта любого практика, ведь, как только он достигнет Вечной Жизни, статус его учеников резко возрастёт.
— И они снова отказались, — закончила Верховный Бог Цзин Мэнь.
Чан Ту кивнул.
Верховный Бог Цзин Мэнь с восхищением смотрела на девушек. Они прошли через всё, что только может пройти женщина, одержимая своей внешностью. Для женщины это был бесценный опыт.
Некоторые женщины-практики намеренно становились то красивыми, то уродливыми, чтобы испытать разные стороны жизни.
Но эти две девушки были другими.
Их опыт был настоящим.
Какая же сильная воля нужна, чтобы отказаться от неземной красоты.
И какая же сила духа нужна, чтобы, обретя красоту, не забыть о прошлом уродстве и видеть мир таким, какой он есть.
Эти две девушки идеально подходили ей в ученицы.
Жаль, жаль, что они принадлежали цивилизации Долголетия.
Лу Инь смотрел на них. Восхищался ли он ими? Нет. В мире было много людей, страдающих от различных бед, и эти девушки были лишь двумя из них. Скорее, он им завидовал. Они смогли найти друг друга в самый трудный момент своей жизни, и это изменило их судьбу.
Он поднял глаза к звёздному небу. Было ли всё это предопределено? Их встреча? Даже их имена были почти одинаковыми.
Если это судьба, то кто ею управляет? А если нет, то почему всё так совпало?
Он много раз задумывался, существует ли где-то за пределами вселенной существо, которое видит всё Измерение Шага, управляет временем и сплетает нити причин и следствий. Это чувство становилось всё сильнее, иначе как объяснить все эти совпадения?
Каждый человек — главный герой своей жизни, но кажется, будто кто-то незримо управляет всеми событиями. Если он умрёт, будет ли существовать эта вселенная?
Существует ли вселенная лишь потому, что существует он?
— Я хочу забрать их с собой, — вдруг сказала Верховный Бог Цзин Мэнь.
Чан Ту настороженно посмотрел на неё: — Не смей ничего предпринимать. Они принадлежат цивилизации Долголетия.
— Старик, я заберу девушек ради их же блага. Цивилизация Долголетия не даст им того, чего они хотят, — ответила Верховный Бог Цзин Мэнь.
Чан Ту усмехнулся: — Девушка, ты слишком высокого мнения о себе. Цивилизация Долголетия сильнее вашей человеческой цивилизации.
— Не будем говорить о силе. По крайней мере, в цивилизации Долголетия они не смогут достичь вершины, — возразила Верховный Бог Цзин Мэнь.
— Чепуха, — отрезал Чан Ту.
— Спорим, что даже если ты предложишь им стать твоими ученицами, они откажутся? — парировала Цзин Мэнь.
Лу Инь удивился. Он бы не поставил на это.
Чан Ту, конечно же, не поверил: — Хочешь поспорить со мной?
Верховный Бог Цзин Мэнь посмотрела на девушек: — Не стоит спорить из-за них. Если ты действительно желаешь им добра, позволь им уйти со мной.
В этот момент подошёл Чан Фу: — Тогда позволь мне взять их в ученицы и посмотреть, согласятся ли они.
Верховный Бог Цзин Мэнь и Лу Инь посмотрели на Чан Фу.
Чан Фу улыбнулся: — Девушка, давно не виделись.
Верховный Бог Цзин Мэнь отвела взгляд: — Ещё один старик.
Чан Фу ничуть не смутился и, улыбаясь, посмотрел на Лу Иня: — Я Чан Фу. Рад встрече, Лу Инь.
Лу Инь поклонился: — Приветствую, старейшина.
— Ты гораздо вежливее этой девчонки. Я ведь когда-то помог ей, а она взяла и забыла, да ещё и оскорбила меня пару раз. Нехорошо, — сказал Чан Фу, искоса глядя на Верховного Бога Цзин Мэнь.
— А мне, может, ещё и спасибо сказать тебе за то, что ты предал меня и Чан Тяня? — холодно спросила Верховный Бог Цзин Мэнь.
— Это не предательство, а, скорее, уведомление, — вздохнул Чан Фу.
Верховный Бог Цзин Мэнь усмехнулась.
Чан Фу вздохнул: — Я правда боялся, что ты украдёшь Чан Тяня. Он мастер царства Вечной Жизни нашей цивилизации, и его уход был бы для нас большой потерей.
— К тому же, мне очень нравится ваша дочь. Такая милая девочка. Я даже думал взять её в ученицы и передать ей все свои знания.
Верховный Бог Цзин Мэнь подняла бровь: — Нам не нужны знания предателя.
Чан Фу: …