Глава 15.1 Ситхи и равновесие
В первый день обучения у своего мастера-Ситха Питер был вынужден бегать по святилищу, как сумасшедший, спасая свою жизнь. За ним неотступно следовал Дарт Реван, его призрачный учитель со световым мечом в руке, что отбрасывал зловещее сияние, окрашивая землю в красные и оранжевые оттенки.
Сердце Питера бешено колотилось, каждый удар был подобен звону барабана, повторяющий ритм его спринта. Его дыхание было тяжелым, пробиваясь сквозь тишину подземелья, — Это безумие! — кричал он, полусмеясь, полуплача от абсурдности своего положения.
Реван, казалось, наслаждался погоней, — Быстрее! — крикнул он, в его голосе отчетливо слышалось злобное веселье, — На кону буквально твоя жизнь!
Погоня продолжалась, минуты растягивались в часы, и неумолимый темп жестоко напоминал Питеру о слабости его тела.
Его конечности стали тяжелее, каждое движение свидетельствовало о его решимости и желании выжить.
Поначалу было даже забавно бегать с поддержкой Силы, которая толкала его тело вперед, но по мере того как минуты превращались в часы, а олицетворение смерти маячило у него на хвосте, размахивая световым мечом, словно маньяк, Питер начал терять всякую надежду.
— Ладно... Можешь уже прекращать! — крикнул Питер обернувшись, но Реван, казалось, его не слушал.
Вместо этого он с размаху ударил мечом по ноге Питера, с усмешкой наблюдая, как его ученик отпрыгивает в сторону.
Наконец, проведя большую часть ночи в борьбе за выживание, Реван сдался, — Ладно, хватит, — сказал он, ничуть не утомившись.
Он же призрак, как-никак.
Мгновенно Питер рухнул на землю, его тело кричало в знак протеста, а легкие молили о воздухе. Все его внутренности болели, последствия чрезмерного использования Силы давили на него.
Обессиленный, он лежал на холодном каменном полу перед внушительными ступенями святилища Ситхов. Дыхание вырывалось с трудом, и каждый вдох свидетельствовал об изнурительном испытании, которое он только что выдержал под пристальным взглядом своего садиста-учителя.
Тот сидел на ступеньках с погашенным световым мечом, и на его губах играла довольная улыбка, когда он наблюдал за тем, как его ученик пытается вернуть себе самообладание.
— Ну и что нового ты узнал? — голос Ревана прорезал тишину комнаты.
Питер отвечал между вдохами, в его голосе слышались нотки усталости и неповиновения, — Что ты садист-психопат, который охотится на детей?
В ответ Реван хмыкнул, и его рука инстинктивно потянулась к световому мечу. Но прежде чем его пальцы успели коснуться рукояти, Питер поспешно добавил к своему ответу: в его голосе чувствовалась настоятельная необходимость, вызванная неподдельным страхом подвергнуться еще большему «обучению».
— Я узнал... как бегать, борясь за свою жизнь, — сумел сказать он, его тон был серьезным, но в то же время намекал на скрытый юмор, который он находил в нелепости своей ситуации.
Выражение лица Ревана изменилось, он приподнял бровь с легкой забавой и снова потянулся за мечом. Однако Питер поспешил продолжить, — И... что мне следует уважать своего мастера? — добавил он с неуверенным вопросом в голосе, надеясь успокоить повелителя Ситхов.
Уголки рта Ревана дрогнули в улыбке, похоже, он был доволен этим ответом, по крайней мере, на данный момент, — Хорошо, — просто сказал он, в его тоне прозвучала нотка одобрения, столь же редкая, сколь и мимолетная, — А теперь слишком не расслабляйся. Погоня закончилась, но урок только начинается.
Питер со стоном поднялся со своего места на полу и перевел взгляд на Ревана, — Пока мне не нужно вставать, ты можешь учить меня всему, чему захочешь...
— Хорошо, а теперь урок истории. Ситхи… — начал Реван, его голос эхом отражался от древних стен, — возникли задолго до Республики, в эпоху, когда пользователи Силы только открывали глубины своих способностей. В отличие от Джедаев, которые прячут свои эмоции и желания в погоне за ложным чувством покоя, мы, Ситхи, используем весь спектр эмоций. Именно через страсть мы обретаем силу, через силу мы обретаем мощь, а через мощь мы достигаем победы.
Питер, слишком измученный, чтобы ответить или даже сесть, мог лишь слушать, как Реван углубляется в анналы истории.
— Наша цель, — продолжал Реван, его тон был мрачным, но в то же время пронизанным чувством непоколебимой убежденности, — Не господство, а свобода. Галактика сковывает себя законами и моралью, но истинная свобода заключается в принятии своей природы и желании действовать в соответствии с ней.
Мысли Питера блуждали, пока он слушал. Идея свободы всегда была ему близка, поэтому он и планировал в будущем покинуть храм Джедаев, но интерпретация Ситхов была немного странной. В конце концов, законы и мораль очень нужны здоровому обществу.
Заметив перемену в мыслях своего ученика, Реван сделал паузу, прежде чем продолжить, — Ты должен понять, Питер, что образ мыслей
C
итха – это неустанное преследование. Мы никогда не бываем удовлетворены, ибо удовлетворение порождает самодовольство, а самодовольство - это смерть прогресса.
— Ладно, немного экстремально, конечно, но я понял, — Питер кивнул, не уверенный, что хочет принять эти убеждения, по крайней мере, не в такой степени.
Затем урок перешел от истории к практическим аспектам обучения Ситхов, — Каждый ученик Ситха проходит испытания, — объяснил Реван, — Испытания болью, силой, остроумием и так далее. Эти испытания будут испытывать тебя так, как ты еще не можешь себе представить, но они необходимы. Они делают из нас оружие, которым мы должны стать.
— Еще больше испытаний? Разве я уже не прошел достаточно? — пожаловался Питер. В конце концов, только вчера его заставляли проходить испытания.
— Нет, эти испытания отличаются от тех, через которые ты уже прошел, они гораздо проще... — сказал Реван, продолжая объяснять каждое испытание.