Глава 567 - Эффект эликсира «Тор»
Раскаленный поток, достигнув кончиков пальцев, не остановился, а хлынул обратно. Он пронесся через запястья, предплечья и локти, обжигая плечи, после чего резко свернул к позвоночнику. Спина вспыхнула так, что Кевину захотелось сорваться с места, но тело словно пригвоздили к койке — он не мог пошевелить и пальцем.
Он отчетливо чувствовал, как внутри него формируются разрядные клетки. Начиная от грудных позвонков, они, подобно прорастающим семенам, пускали тонкие нити-отростки, прокладывая путь вдоль ребер к рукам. Каждый маршрут был выверен заранее: клетки росли строго по заданным линиям — небыстро, но уверенно.
Первой сформировалась группа в левой руке. Кевин ощутил, как от плеча до самых кончиков пальцев открылся новый, неведомый ранее канал. Затем настала очередь правой руки, а следом — позвоночника. Десять групп, одна за другой, прорастали в его теле, и завершение каждого этапа он чувствовал почти физически. Это не была боль в чистом виде — скорее странное распирание, ощущение чего-то инородного, к чему организм еще не успел привыкнуть.
Весь процесс занял около пятидесяти минут — на десять минут дольше, чем у предыдущих добровольцев. Жар начал спадать так же, как и пришел — с кончиков пальцев. Онемение постепенно отступало, сменяясь свинцовой тяжестью; казалось, каждое движение теперь будет требовать колоссальных усилий.
Кевин открыл глаза. Лампы на потолке сияли всё тем же белым светом, но теперь он видел мельчайшую трещинку на краю плафона, едва заметный налет люминофора на концах трубок и крошечное, меньше ногтя, пятнышко на далеком потолке. Зрение стало пугающе острым.
Он медленно сел. В момент движения он почувствовал, как разрядные клетки внутри него тоже шевельнулись, будто под кожей проскочил легкий импульс. Кевин посмотрел на свои руки: те же ладони, узлы суставов не увеличились, кожа не изменила цвет, но он кожей чувствовал, как под ней лениво течет некая сила.
На соседней койке поднялась Элис. Она задумчиво разглядывала свои ладони, поворачивая их то так, то эдак, затем сжала кулаки и снова разжала. Суставы отозвались сухим, отчетливым хрустом.
— Как ощущения? — спросил Кевин.
Элис подняла голову. Ее взгляд изменился — стал более глубоким, затаенным.
— Тяжело, — ответила она. — Словно надела на себя лишний слой одежды.
Кевин кивнул и спустил ноги на пол. Коснувшись стопами покрытия, он понял, что действительно стал тяжелее.
***
Испытания проводились на семнадцатом подземном уровне. Линь Е стоял за бронированным стеклом наблюдательного пункта, глядя, как Кевин выходит в центр полигона. Это был огромный круглый зал диаметром в двести метров с высокими потолками. Серебристо-серые стены были усеяны рядами датчиков.
— Сначала замерим базовые показатели, — раздался голос Линь Е из динамиков. — Сила, скорость, реакция... Сами знаете.
Кевин встал перед силомером. Без долгого замаха он просто выбросил вперед правый кулак. Удар получился глухим, будто тяжелый молот вошел в кучу песка. На дисплее мгновенно вспыхнули цифры: двести тридцать одна тонна. Линь Е едва заметно усмехнулся — на тридцать процентов выше, чем у обычных добровольцев.
Тест на скорость: стометровка за 0,26 секунды. Тест на реакцию: световые точки вспыхивали в случайном порядке, и Кевин гасил их одну за другой в бешеном ритме — мозг явно поспевал за телом. Итог: среднее время реакции — 7 миллисекунд. У Элис результаты были схожими: удар в двести девятнадцать тонн, стометровка за 0,28 секунды и реакция в 8,5 миллисекунды.
Сохранив данные, Линь Е снова нажал на кнопку микрофона:
— Теперь привыкайте к новому телу. Для начала — спарринг.
С двух сторон зала вышли две машины «Линвэй» тип III. Темно-серые корпуса высотой в метр восемьдесят, окуляры светятся ровным синим светом. Кевин, стоя в центре, размял кисти. Когда мехи подошли на расстояние десяти метров, он сорвался с места. Его подошвы лишь слегка чиркнули по полу, движения были стремительными, но расслабленными.
Правый кулак врезался в грудь первого меха. Машина попятилась, замахиваясь для ответного удара. Кевин не стал уклоняться: он заблокировал выпад левым предплечьем, а правой рукой, сменив угол, ударил в плечевой сустав робота. Раздался гулкий «бум», и мех снова отступил. Второй «Линвэй» зашел с фланга, нанося удар ногой с разворота. Кевин шагнул в сторону, пропуская выпад мимо себя, и перехватил лодыжку машины. Резкий рывок вверх — и мех, потеряв равновесие, опрокинулся бы, если бы не успел перегруппироваться в воздухе и приземлиться на четыре точки.
Оба робота навалились одновременно. Кевин отступил на шаг, а затем резко ускорился, проскальзывая в узкий зазор между ними. Разворот, удар локтем — и левый мех отлетает в сторону. Правый уже успел развернуться, целясь кулаком прямо в лицо. Кевин уклонился, и его кулак, сжатый до белизны костяшек, вошел в ребра машины.
Этот удар был нанесен в полную силу. Двести с лишним тонн мощи обрушились на металл с оглушительным грохотом. Мех проскользил по полу несколько метров, на его корпусе осталась глубокая вмятина, которая тут же начала медленно затягиваться. Оба робота замерли, окуляры уставились на противника.
Кевин стоял неподвижно. Дыхание было ровным, сердце билось часто, но ритмично. Он взглянул на свои кулаки — на костяшках остались красные следы, боли не было. Затем перевел взгляд на вмятины на броне машин, которые выправлялись прямо на глазах.
— Достаточно, — скомандовал Линь Е. — Базовые тесты окончены. Переходим к испытанию способностей к разряду.
Кевин поднял голову к окну наблюдения. Линь Е стоял там с планшетом в руках, настраивая параметры.
— Начнем с простейшего, — произнес он. — Разряд правой рукой, левая нога — заземление. Никаких импульсов, обычный постоянный ток. Поднимай напряжение постепенно. Если почувствуешь дискомфорт — немедленно прекращай.
Кевин поднял правую руку, растопырив пальцы. Он закрыл глаза, пытаясь нащупать разрядные клетки; они притаились под кожей, ожидая приказа. Он сосредоточился на группе в правой руке, пробуя пробудить их. Сначала ничего не происходило. Вторая попытка — снова тишина. Лишь на третий раз он почувствовал в ладони какое-то шевеление, будто нечто живое пыталось пробиться наружу.
Он открыл глаза и уставился на ладонь. Визуально ничего не изменилось, но чувство силы было почти осязаемым. Энергия скапливалась в кончиках пальцев, уровень её рос, словно вода в наполняемом стакане. Когда напряжение достигло определенной точки, пальцы непроизвольно дернулись. Между ними проскочила короткая, в несколько сантиметров, бело-голубая дуга. Она ярко вспыхнула и тут же погасла. Кевин замер, глядя на свои пальцы — боли не было, он вообще ничего не почувствовал.