Глава 75 «Самый ценный кадр»
Утром Цзян Хуэй получил от Тянь Сии приятную новость: её двоюродный дядя сегодня свободен и ждёт его во второй половине дня. При этом она строго-настрого запретила брать с собой какие-либо подарки. «Даже бывшие чиновники столь осторожны? – …подумал он. – …Берегут репутацию пуще прежнего…» Чтобы поддержать высокий показатель Духа в тонусе, Цзян Хуэй немного поплавал в бассейне, а затем вернулся в отель отдохнуть.
Проснувшись, он расспросил Сию о привычках её дяди и о том, чего стоит избегать при разговоре. Родственника звали Тянь Минсун. В свои шестьдесят один он совсем недавно вышел на пенсию, успев до этого поработать замглавы Бюро городского управления и комплексного правоприменения в ранге заместителя начальника управления. После отставки он сохранил за собой все привилегии и довольствие, полагающиеся чиновнику его уровня.
Поймав такси, Цзян Хуэй отправился к парку «Озеро и горы», что лежал на самой окраине района Лоху. В этих живописных местах раскинулось несколько элитных коттеджных посёлков, в одном из которых и обосновался Тянь Минсун. «Умеют же чиновники устраиваться…» – подумал Цзян Хуэй, вдыхая полной грудью. В отличие от душного городского смога, здешний воздух, напоённый дыханием густых лесов, казался невероятно чистым. Концентрация полезных аэроионов тут превышала показатели центра города как минимум в пять раз, благотворно влияя на здоровье, укрепляя иммунитет и прекрасно снимая накопившийся стресс.
Немного пройдясь пешком, он добрался до главных ворот, где его уже ждала няня Тянь Минсуна, без которой пройти мимо строгой охраны было невозможно. Разглядывая по пути аккуратные ряды особняков с ухоженными двориками, Цзян Хуэй мысленно усмехнулся: «Да это же вылитые загородные дома, как в какой-нибудь глуши!» Впрочем, несмотря на окраину Лоху, цены здесь кусались: квадратный метр стоил больше семидесяти тысяч, так что любая из этих «усадеб» обходилась владельцам минимум в тридцать миллионов юаней. Причём этот посёлок считался ещё относительно скромным – в соседних комплексах цена квадрата легко переваливала за сто тысяч, пусть и с учётом прилегающих огромных частных садов.
«Если прикупить здесь виллу, то на кэшбэке можно заработать сумасшедшие деньги! – …прикинул он в уме. – …У Чэнь Синь уровень Симпатии уже перевалил за 90 единиц, а это даёт множитель 2,8. При ежедневном лимите в 3,36 миллиона кэшбэк принесёт чистыми больше шести миллионов в день. Если нацелиться на особняк миллионов за шестьдесят и разбить оплату на двадцать дней, то на руки упадёт больше ста миллионов!» Цзян Хуэй мысленно охнул от открывающихся перспектив. Сердце предательски забилось чаще. «Стать настоящим миллиардером за пару недель… Да уж, над этим определённо стоит подумать».
Пока Цзян Хуэй витал в облаках, няня завела его в дом. Переступив порог, он увидел пожилую женщину в очках, которая сидела на диване перед телевизором и обнимала маленькую девочку лет четырёх-пяти. Услышав шаги, хозяйка обернулась.
— Вы друг Сии? — Мягко спросила она.
— Да, здравствуйте, — вежливо кивнул Цзян Хуэй.
Женщина с улыбкой ссадила внучку на диван, подошла к ним и отпустила прислугу:
— Свободна, возвращайся к своим делам.
Она проводила гостя на второй этаж и остановилась у дверей кабинета.
— Минсун там, — предупредила пожилая дама. — Я совсем не переношу табачный дым, так что внутрь с вами не пойду.
— Благодарю вас, — улыбнулся в ответ Цзян Хуэй.
Он негромко постучал, и дверь почти сразу отворилась. На пороге стоял мужчина примерно одного с Цзян Хуэем телосложения, с благородной проседью в волосах, волевым квадратным лицом и цепким, властным взглядом.
— Директор Тянь… — обратился к нему Цзян Хуэй.
Тянь Минсун благосклонно кивнул:
— Проходи…
Когда они устроились в креслах, хозяин дома налил гостю воды и дружелюбно начал беседу:
— Сия редко кого-то ко мне отправляет. Расскажи, чем занимаешься?
Цзян Хуэй посерьёзнел и сдержанно представился:
— Меня зовут Цзян Хуэй, я независимый инвестор.
— О, независимый инвестор? Весьма недурно, — с одобрительной улыбкой отозвался Тянь Минсун.
В деловых кругах понятия «независимый» и «частный» инвестор сильно различались. Для первых инвестиции были основной профессией, тогда как для вторых – лишь хобби или дополнительным источником дохода.
— Да так, балуюсь понемногу, — скромно отмахнулся Цзян Хуэй.
В каком-то смысле он действительно занимался инвестициями, вкладывая деньги в «объекты сближения» – девушек, чьё расположение завоёвывал с помощью Системы.
После обмена дежурными любезностями хозяин дома перешёл к делу:
— Сия обмолвилась, что ты хотел расспросить меня о внутренней кухне государственных ведомств в Лоху. Что именно тебя интересует?
— Вопросов действительно много, — признался Цзян Хуэй. — Например, какие ведомства в районной администрации вы считаете ключевыми?
— Хе-хе, а о ком именно речь? — Усмехнулся собеседник. — О районном комитете партии или о районном правительстве?
Про НПКСК и Собрание народных представителей Тянь Минсун даже упоминать не стал – в этих структурах ведомств кот наплакал. Партийный комитет выполнял роль своего рода «кабинета министров» и играл ведущую роль в управлении регионом. В кулуарах власти они имели огромный вес, но с простыми людьми напрямую дела не имели. Цзян Хуэю же для его целей куда полезнее были именно исполнительные органы.
— О районном правительстве, — уточнил он.
— В таком случае это, без сомнения, Комитет по реформам и развитию, финансовое управление, ведомства образования, жилищного строительства и, конечно, общественной безопасности… — перечислив пять основных, Тянь Минсун внезапно осёкся и прищурился. — У тебя что, кто-то из родственников делает политическую карьеру?
— Нет, никто, — покачал головой Цзян Хуэй.
— Вот как… Тогда сначала объясни, какая у тебя цель. Мне нужно понимать твои мотивы, чтобы дать дельный совет, — серьёзно произнёс бывший чиновник.
Цзян Хуэй решил не ходить вокруг да около и ответил прямо:
— Я просто хочу завести знакомство с кем-то из влиятельных, облечённых реальной властью чиновников. Чтобы, если в Лоху возникнут какие-то трудности, мне было к кому обратиться за помощью.
— Ха-ха! А ты парень прямой, — рассмеялся Тянь Минсун. — Раз так, тебе вполне хватит связей с кем-нибудь из руководства правоприменительных ведомств.
Бывший замглавы бюро сразу раскусил мотивы гостя: тот просто искал надёжную «крышу». Для подобных нужд знакомства с чиновником уровня начальника отдела было более чем достаточно.
Поняв, что расспросы по цепочке только отнимут время, Цзян Хуэй решил спросить напрямую:
— Директор Тянь, а есть ли у нас в Лоху сравнительно молодые руководители в ранге начальника управления?
— Что в твоём понимании «молодой»? — Уточнил собеседник.
И этот вопрос не был глупым – просто у них двоих кардинально отличались ориентиры. Для Цзян Хуэя рубеж в тридцать лет казался старостью, тогда как для умудрённого опытом чиновника и сорок лет были возрастом расцвета сил и амбиций.
— Около тридцати, — ответил Цзян Хуэй.
Тянь Минсун покачал головой и не удержался от смешка:
— Около тридцати? Хе-хе… Я сам стал замглавы бюро только в пятьдесят лет. Откуда в Лоху взяться столь юным начальникам управлений? У нас самому молодому заместителю руководителя уже тридцать четыре.
Цзян Хуэй разочарованно нахмурился. «Похоже, я недооценил суровость госслужбы. Ладно, пускай будет постарше», – подумал он и спросил:
— Директор Тянь, а кто тогда у нас самый молодой полноценный начальник управления в районе?
Тянь Минсун на мгновение задумался, его лицо сделалось собранным и даже слегка настороженным.
— Пожалуй, это недавно назначенный заместитель главы района Ян Аньдун. Ему всего тридцать шесть.
— Всего тридцать шесть? — Изумился Цзян Хуэй. — Но вы же только что сказали, что самому молодому заму всего тридцать четыре. Как замглавы района может быть всего на два года старше?
Пусть формально заместитель главы района и руководитель бюро относились к одной категории, их реальные полномочия несопоставимы. К тому же, в городах субпровинциального ранга статус замглавы района находился на стыке двух категорий, обеспечивая весомое преимущество в обход стандартной иерархии. Официально чиновник числился на уровне начальника управления, но его реальное влияние было несоизмеримо выше.
В глазах Тянь Минсуна промелькнула искра явной зависти:
— Всё верно. Самому молодому заместителю руководителя тридцать четыре года, а самый молодой полноценный начальник управления – заместитель главы района Ян – достиг этого кресла всего в тридцать шесть лет! Теперь ты понимаешь, насколько весома эта фигура?
Собеседник не стал вдаваться в подробности, но Цзян Хуэй всё понял без слов: этот Ян Аньдун обладал колоссальным политическим весом и, скорее всего, мощным покровительством. «Он-то мне и нужен!», – мысленно ликовал он.
Цзян Хуэй принялся подробно расспрашивать о Ян Аньдуне, интересуясь вещами, которые никогда не опубликуют в официальной биографии в интернете. Их беседа затянулась почти на два часа. Когда расспросы иссякли, гость вежливо засобирался уходить.
— Директор Тянь, спасибо вам огромное. Я узнал всё, что хотел.
Тянь Минсуну молодой человек понравился: не болтал лишнего, слушал внимательно, не пытался казаться умнее, чем есть. Общаться с ним было легко и приятно.
— Хорошо, я провожу тебя, — согласился хозяин дома, поднимаясь из-за стола. — А то засиделся, нужно немного размять кости.
Они спустились на первый этаж. Девчушка, сидевшая перед телевизором, завидев Тянь Минсуна, тут же вырвалась из объятий бабушки и с радостным писком побежала к нему навстречу:
— Дедушка!
Тянь Минсун расплылся в счастливой улыбке и подхватил внучку на руки.
— Ах ты, маленькая предательница! — Шутливо погрозила ей пальцем подошедшая хозяйка.
Глядя на эту тёплую семейную идиллию, Цзян Хуэй не стал мешать расспросами и тихо попрощался, оставив хозяев наедине с их домашним уютом.