Глава 92. Необъяснимое падение Ци Байюя
.
– Байюй, что ты делаешь?
Как только Ваньжу увидела этого паренька, она улыбнулась, прикрывая голову руками, потом присела на корточки, подняла первый попавшийся под руку камень, отклонилась назад и озорно бросила его в мальчишку.
– Эй, Цинь Ваньжу, это ты что делаешь?! Я пробрался сюда с важным докладом, а ты встречаешь меня как своего злейшего врага!
Паренек был застигнут врасплох и отпрянул в сторону, чтобы избежать удара камнем, но его возмущенный голос не был громким, он был намеренно приглушен.
Остановившись, Ци Байюй спрыгнул с дерева, поманил Цинь Ваньжу за собой и вошел в пустой двор неподалеку.
Цинь Ваньжу последовала его примеру. Во дворе она радостно захлопала в ладоши и спросила с улыбкой:
– Байюй, ты хочешь сообщить мне важные новости?
– Конечно! Я пришел сказать тебя быть осторожной с Ци Жунчжи. Она собиралась прийти сюда сегодня днем, но потом случайно упала, и поэтому ей пришлось отложить визит до завтра. – Ци Байюй гордо поднял голову.
Выходит, первоначально Ци Жунчжи должна была посетить монастырь сегодня днем, примерно в то же время, когда слуги ее матери доставили лекарственные средства. Согласно предписанной для младшего поколения модели поведения, если Ци Жунчжи поднялась на гору, она также обязательно должна навестить старую мадам Цинь, и дело с испорченными лекарствами стало бы еще запутаннее.
Расчеты мадам Ди настолько скрупулезны!
– Это не ты, случайно, Байюй, «помог» ей упасть? – Цинь Ваньжу все поняла, и начала улыбаться, как цветок.
– Конечно, я! На этот раз она рвется подняться на гору, и, похоже, у нее недобрые намерения. Будь осторожна и не выходи на улицу, если у тебя нет никаких важных дел, чтобы случайно не встретиться с нею!
– Спасибо, Байюй, я так и сделаю. – Цинь Ваньжу улыбнулась и шутливо поклонилась ему. Они росли вместе с самого детства, и оба были мятежными по натуре, но они хорошо ладили.
– Я слышал, что ты… – Ци Байюй нерешительно запнулся.
Это был первый раз, когда Ваньжу увидела Ци Байюя таким несчастным, поэтому, дурачась, она искоса посмотрела на него и с милой улыбкой церемонно спросила, прикидываясь взрослой дамой:
– О чем меня хочет спросить братец Байюй?
– Твоя семья правда покидает Цзянчжоу? – Ошеломленный ее красотой, Ци Байю густо покраснел, и с досады топнул ногой. Паренек считал, что не было ничего, о чем он не мог бы поговорить с этой девчонкой.
– Может быть, так оно и есть! – туманно сказала Цинь Ваньжу.
Если сравнивать с событиями прошлой жизни, ее действительно должны были отправить в столицу, но в прошлой жизни ей пришлось уехать в столицу, чтобы избежать своей ужасной репутации в Цзянчжоу. В этой жизни она поменялась ролями с Цинь Юйжу, и та вместо нее стала жертвой интриг. Чтобы скрыть испорченную в Цзянчжоу репутацию, теперь настала очередь Цинь Юйжу сбежать в столицу подальше от ненужных свидетелей.
– Если ты на самом деле уедешь, у меня не будет хорошей друга для игр! – Ци Байюй был очень опечален.
– Но с тобой же останется затейница и непоседа Ци Жунчжи! – пошутила Цинь Ваньжу.
– Она не любит играть со мной, ей нравится играться с мальчишками постарше! – Ци Байюй скривил губы, потому что точно знал, каким «добродетельным» человеком была Ци Жунчжи, и Цинь Ваньжу тоже это знала. – Кстати, завтра тебе следует быть осторожнее. Я подслушал, как она говорила о тебе с Чуньи, и эти две выдры уверены, что на этот раз ты точно будешь обречена на позор! Я не знаю, что она замышляет, поэтому тебе лучше избегать ее, если это возможно, на случай, если она задумала тебя как-то подставить, – снова предостерег ее Ци Байюй.
На этот раз репутация Ци Жунчжи тоже сильно пострадала. Она прослыла деспотичной и властной богачкой, что было ненамного лучше репутации Цинь Юйжу, которую теперь считали распутной девкой. Ци Жунчжи была переполнена мстительной злобой, и сейчас у нее появился прекрасный шанс выплеснуть свой гнев на Цинь Ваньжу.
– Хорошо, я буду очень осторожна. Байюй, ты тоже приедешь сюда завтра? – спросила Цинь Ваньжу.
– Угу. Говорят, что Ци Тяньюй куда-то отправился, поэтому мне, как ее брату, придется сопровождать ее на правах старшего. Вечером она закатила истерику в нашем поместье, крича, что отказывается ехать со мной. Как будто мне в радость сопровождать ее! – с презрением сказал Ци Байюй.
Ци Жунчжи никогда не относилась к нему, как к своему младшему брату, и не желала его слушаться, как мужчину, которого семья отправила с нею за старшего. Он тоже не горел желанием относиться к ней, как к своей сестре.
Он думал, что лучше быть братом и защитником Цинь Ваньжу. Она была хорошо воспитанной и покладистой, и ей нравилось озорничать, как и ему самому, поэтому им весело было вместе проводить время.
Однако после скандала между их семьями, Ци Байюй также понимал, что должен избегать подозрений.
Но он не забыл, как Ци Тяньюй, его нежный и благородный старший брат, обвинил Цинь Ваньжу во всех смертных грехах. Брат на самом деле посмел оклеветать невинную девушку, и заявил, что между ним, его младшим братом, и ней была любовная интрижка.
И эта гнусная клевета исходила из уст достойного Ци Тяньюя!
Раньше Ци Тяньюй всегда придумывал всякие способы встретиться с Цинь Юйжу, но ему было неудобно договариваться с ней напрямую, поэтому он подбивал его позвать сестер Цинь выйти погулять по городу. Затем он оставлял заботу о Цинь Ваньжу на него, своего младшего брата, потому что ему не терпелось уединиться с Цинь Юйжу в каком-нибудь укромном месте. В конце концов Ци Тяньюй и Цинь Юйжу остались чистенькими, но плеснули грязной водой на него и Цинь Ваньжу.
Можно считать, что на этот раз Ци Байюй наконец-то увидел истинное лицо Ци Тяньюя!
До этого Ци Тяньюй всегда ловко притворялся хорошим братом в повседневной жизни, однако Ци Байюй искренне считал его заботливым братом и думал, что тот отличается от Ци Жунчжи.
– Значит, завтра братец Байюй будет сопровождать ее? – снова спросила Цинь Ваньжу.
Слабый отблеск тьмы промелькнул в ее глазах, когда она задумалась над его словами. Если Ци Байюю поручили сопровождать и опекать старшую сестру, он не мог сделать слишком многого для нее, посторонней, иначе он выдал бы себя.
Завтра… Какое интересное совпадение!
Она только что услышала, как настоятельница монастыря Цзиньсинь говорила, что завтра состоится важная религиозная церемония, на которую обычно стекалось много верующих.
Придет много женщин с рынков и деревень, расположенных в окрестностях Цзянчжоу. Некоторые семьи, которые жили далеко, уже прибыли сегодня вечером. Сельские женщины работали как мужчины, торгуя на рынках, и они повидали всякого, потому что встречали много людей. По сравнению с дамами, чья повседневная жизнь была ограничена задним двором, они были более раскованными и реагировали острее.
А еще обязательно придут проститутки из борделей города, чтобы помолиться и поучаствовать в веселье!
– Да, но все будет хорошо. Я незаметно снова заставлю ее упасть и вернуться в поместье пораньше! – Ци Байюй согнул ногу и рассеянно пнул камень на дороге, затем повернул голову и искоса посмотрел на Цинь Ваньжу. Было драгоценно, что он, наконец, вел себя и думал как молодой мужчина, подумала было Ваньжу, но тут он неожиданно вздохнул: – Если ты переедешь жить в столицу, увидимся ли мы с тобой когда-то еще?
С детства закадычные друзья по играм, теперь они становились подростками, но пока была возможность общаться, они должны поддерживать связь, невзирая на предписанные правилами ограничения между мужчинами и женщинами.
– Я думаю, мы еще не раз увидимся. Братец Байюй тоже должен усердно учиться, и тогда он сможет сдать вступительные экзамены и добиться в столице славы и почестей. Не позволяй другим превзойти тебя и обойти в карьере! – с улыбкой утешила его Цинь Ваньжу.
Она была благодарна ему за все. В прошлой жизни Ци Байюй отправился в столицу и тайно поддерживал ее в трудные времена. Он всегда верил ей, каждый раз помогал выбраться из трясины лжи поместья Цинь. Он даже хотел жениться на ней и дать ей свободу после свадьбы, несмотря на то, что она была много раз помолвлена и считалась скандальной невестой.
К сожалению, в конце концов, мадам Ди пусть и неохотно, но все же выдала ее замуж. Ей пришлось это сделать, чтобы установить отношения с особняком заместителя первого министра. Потом мадам Ди была вне себя от радости, ухватив удачу за хвост.
Ци Байюй – умный человек, но в прошлой жизни из-за нее он был вовлечен в кучу скандалов, и его репутация тоже сильно пострадала.
– Ну, тогда я пошел. Будь осторожна завтра. Лучше не обращай на меня внимания, когда увидишь меня. В любом случае, отныне тебе следует держаться подальше от моей семейки!
Заботы молодого человека приходят и уходят быстро. Он решил, что слова Цинь Ваньжу вполне разумны. Если он будет хорошо учиться, то сможет во всем превзойти Ци Тяньюя.
Получив высокий результат на экзамене и оставшись в столице, он снова сможет общаться с Цинь Ваньжу!
– Хорошо, Байюй, тогда тоже будь осторожен! – кивнула ему Цинь Ваньжу.
Ци Байюй запрыгнул на стену двора, огляделся, а затем направился к углу стены. Если спуститься оттуда, то можно выйти прямо на тропинку, которая вела к внешней стене монастыря Цзиньсинь. Его маленький лакей ждал у внешней стены с лошадьми.
Определив правильное направление, Ци Байюй быстро спрыгнул со стены и взобрался на другую стену. После нескольких прыжков и подъемов он добрался до последнего препятствия – внешней стены монастыря. Он уже видел удивленный взгляд маленького слуги за стеной.
Ци Байюй оперся одной рукой на стену и собирался спрыгнуть вниз. Внезапно его руку, казалось, что-то ударило, запястье онемело, и он, не удержав равновесие, кубарем полетел со стены.
Юный лакей внизу был так напуган, что поспешно протянул руки, пытаясь его поймать, и они оба упали и покатились вместе.
– Мастер, мастер, вы в порядке? Вы ничего себе не сломали? – поспешно спросил слуга, вставая.
Ци Байюй перевернулся и сел, потирая то место, которое ушиб при падении, и недовольно пробурчал:
– Я никогда раньше не падал, странно, как я мог упасть сейчас?
Он поднял голову и посмотрел на высокую стену. Эта высота считается высокой в глазах других, но на самом деле в его глазах это ничто. В свободное время ему нравилось учиться боевым искусствам у опытного охранника. Он научился точно и ловко двигаться, так как же тогда он умудрился свалиться со стены?
– Раз все хорошо тогда давайте спустимся с горы. Если взрослые узнают, что вы пробирались в женский монастырь ночью, вашего покорного слугу снова побьют!
Слуга-подросток находился под большим давлением. Ци Байюй доставлял ему много неприятностей. Его, юного парня, часто избивали. Иногда Ци Байюя тоже били за непослушание, но тогда ему, как слуге, доставалось еще сильнее.
– Ладно, ладно, пошли, никто ничего не узнает!
Конечно, Ци Байюй знал, о чем думал другой мальчишка, поэтому он рассмеялся, и перестал ломать голову над тем, почему упал. Он встал на ноги, похлопал по одежде, отряхиваясь, и, взяв поводья лошади, вскочил на нее. Слуга-мальчишка ловко вскочил на другого коня и последовал за ним.
Два всадника, один за другим, поскакали по тропинке к подножию горы.
После того как они исчезли из виду, Чу Лючэнь спрыгнул с высокого дерева у стены. Страж под деревом нервно посмотрел на юного принца, опасаясь, что тот совершит ошибку и поранится.
Хотя лицо Чу Лючэня было бледным, он был в хорошем настроении. Он дважды приглушенно кашлянул и холодно фыркнул, глядя в ту сторону, где в темноте исчез Ци Байюй.
Приличные люди не лазят по стенам женского монастыря посреди ночи. Он непорядочный человек в столь юном возрасте, будет ли он лучше себя вести, когда станет взрослым? Он, несомненно, вырастет развратником. У маленькой дурочки Цинь Ваньжу нет глаз, раз она этого не видит и продолжает считать его своим другом!
– Мастер, может быть, нам теперь вернуться? – осторожно спросил телохранитель, несмело протягивая руку, чтобы помочь слабому принцу стоять, опасаясь, что ему станет плохо.
– Уходим! – сердито сказал Чу Лючэнь. Он повернулся и сделал два шага, заложив руки за спину, затем внезапно повернул голову назад, мрачно усмехнулся в сторону стены, и только потом зашагал прочь, поскольку его телохранитель становился все более и более напряженным.
Тайный страж не понимал, кого этот принц хотел снова увидеть. Завтра утром он уезжает в столицу. Посреди ночи он сказал, что хочет пойти посмотреть на монастырь Цзиньсинь.
Когда он вошел на территорию, он бросил несколько взглядов издалека, и вдруг последовал за другим подростком, перепрыгивая через стены, и снова вышел из монастыря. После этой встречи, он остановился и бросил несколько взглядов вдоль стены. Тайный страж не понимал, что такого прекрасного было в стенах этого женского монастыря Цзиньсинь?
Однако страж все же сообразил, что он, похоже, открыл непостижимую тайну. Конечно, об этой тайне нельзя говорить. Чем больше ты знаешь, тем быстрее ты умрешь. Тайный страж был не дураком и не хотел умирать молодым.
Так что он решил относиться к этой тайне как к страшному секрету!
***
Чу Лючэнь уехал рано утром следующего дня. Для всех оставалось тайной, что он находился в Цзянчжоу, только Цинь Хуайюн знал об этом. Его отъезд был еще большим секретом, и даже Цинь Хуайюна не поставили в известность.
Теперь, когда Чу Лючэнь устроил все должным образом, он был готов выполнить секретный Указ из дворца, и его карета медленно двигалась в сторону столицы.
На следующий день на гору спозаранку примчалась Ци Жунчжи. Она тоже встала рано утром, охваченная нетерпением. Когда она прибыла в монастырь, она сначала вежливо зашла во двор старой мадам Цинь, как бы для того, чтобы показать почтение к старейшине.
Если бы отношения между двумя семьями были такими же, как раньше, поступок Ци Жунчжи не выглядел бы странным. Но не при нынешнем положении дел, когда их семьи прекратили общение и противостояли друг другу. Даже когда Цинь Хуайюн женился во второй раз, только один человек из поместья магистрата – сам магистрат Ци – присутствовал на банкете как официальный представитель властей. И теперь вдруг Ци Жунчжи напустила на себя почтительный вид, что на самом деле не вызвало у старой мадам особого доверия!
Сказав несколько слов, старушка заявила, что устала, явно выпроваживая неожиданных посетителей. Цинь Ваньжу проводила гостей до порога вместо своей бабушки, развернулась и собиралась уйти, но ее остановила Ци Жунчжи!
– Вторая леди, пожалуйста, подождите минутку!