Глава 41. Цинь Ваньжу, ну все! тебе конец!
.
Когда Цинь Ваньжу полетела вниз, она закрыла глаза и была готова противостоять боли. Это было ожидание, но на ее удивление не было никакой острой боли, а просто дрожь. Она чувствовала, что что-то под ней было немного мягким, не похожим на твердую землю.
Неверяще протянув руку, она дотронулась до того, на что свалилась, и обнаружила, что это что-то теплое.
– Цинь Ваньжу, ну все! Тебе конец!
Голос раздался из-под Цинь Ваньжу, и она от неожиданности перевернулась и увидела злобные глаза, которые в ярости смотрели прямо на нее. Она была с ними хорошо знакома. В следующий миг Цинь Ваньжу увидела слабую струйку крови в уголках тонких губ парнишки.
Это был Чу Лючэнь! Но как он мог здесь оказаться?
Она не могла думать слишком долго и начала поспешно вставать, но пошатнулась и снова невольно свалилась на него.
– Цинь Ваньжу, тебе жить надоело? – фыркнул Чу Лючэнь, так как он снова был прижат к земле, когда собирался сесть.
Цинь Ваньжу испугалась его тона, который был полон гнева, поэтому она неосознанно отдернула свою руку, которой оперлась о принца и в результате снова упала на него сверху. Они вдруг оказались лицом к лицу, и Цинь Ваньжу увидела прямо перед собой его прекрасные глаза, и его каждая длинная и изогнутая ресница была также ясно видна.
– Мастер! – Кто-то истошно завопил рядом, и это заставило Цинь Ваньжу задрожать от испуга, а потом кто-то потянул ее за руку и оттащил назад.
Евнух Сяо Сюаньцзы проворно подошел и снял Цинь Ваньжу с Чу Лючэня, а затем осторожно помог принцу сесть. От шока его лицо стало еще бледнее, чем самого Чу Лючэня.
– Мастер, мастер, с вами не может ничего случиться! Вы… вы должны быть в порядке! – У Сяо Сюаньцзы выступил пот на лбу из-за паники. Он кричал, нежно похлопывая пострадавшего Чу Лючэня по спине.
Цинь Ваньжу не знала, что она чувствовала, глядя на красоту Чу Лючэня. Он сел на земле и склонил голову. Цинь Ваньжу не могла видеть его лицо с такой позиции, но она тоже была в панике, когда увидела, что он не двигается, поэтому она, не раздумывая, опустилась на колени рядом с ним и протянула руку, чтобы помочь Сяо Сюаньцзы похлопать его по спине.
– Ваше… Ваше Высочество, вы не пострадали?
Цинь Ваньжу посмотрела на его руку, лежащую на коленях, и обнаружила, что он с силой сжимает кулак. Опасаясь, что он может поранить свою ладонь ногтями, Ваньжу внезапно потянулась к его кулаку, который был не очень сильным, и решительно ослабила хватку. Ее рука напряглась и крепко сжала его ладонь.
Его рука была намного больше ее, и была очень холодной. Маленькая девочка попыталась спрятать его руку в своих ручках и согреть ладонями.
– Все хорошо, Ваше Высочество, все хорошо! Ничего страшного, с вами все будет в порядке! – Цинь Ваньжу понятия не имела, утешает она Чу Лючэня или саму себя.
Она так старалась согреть руки парнишки, что отпустила одну и потянула к другой его руке, чтобы согреть и ее.
Чу Лючэнь уже справился с нахлынувшей волной боли. Сейчас он слегка приподнял голову, широко распахнув прекрасные глаза, и посмотрел на бледную как смерть маленькую девочку.
Лицо у нее было еще немного по-детски круглое, что никак не вязалось с ее тощей фигуркой и выглядело более мягким, придавая ей вид маленького ребенка. Ее кожа была нежной и белой как снег, отчего губы еще больше казались красными, словно кровь. Ее брови тоже были изящны и красивы. Однако ее изумительные красивые большие глаза были такими глубокими и недетскими, что люди невольно вздрагивали, встречаясь с девочкой взглядом.
Несмотря на это, по его мнению, девочка выглядела очень красивой, и также проявляла зачатки будущего очарования. Хотя она и выглядела как ребенок, но была вполне привлекательна, когда легкое очарование смешивалось с ее непосредственностью и детскостью, делая ее похожей на изысканную фарфоровую куклу.
Затем он посмотрел на ее напряженные бледные ручки, которые заботливо сжимали его руку. Тонкая рука девочки была такой хрупкой, что он мог сломать ее одним пальцем. Температура ее руки была на самом деле не очень высокой, и она совсем не была теплой, но ей отчаянно хотелось хоть немного согреть его руку.
– Ладно, хватит тебе, я в порядке! – нетерпеливо сказал Чу Лючэнь, и вырвал свою руку из руки Цинь Ваньжу. Он медленно встал с помощью Сяо Сюаньцзы и сильно закашлялся. После тяжелого приступа кашля, Чу Лючэнь посмотрел вниз на Цинь Ваньжу, которая все еще потерянно стояла на коленях на земле, и холодно сказал: – Скажи мне, что это ты делаешь здесь на свидании в такое время?
– Да не было у меня никакого свидания, я просто хотела кое-что рассказать Байюю о его сестре Ци Жунчжи! – Цинь Ваньжу подняла руку, чтобы вытереть холодный пот со своего лба, и встала, держась за поясницу, после того как увидела, что Чу Лючэнь в порядке. Хотя он смягчил для нее удар, как подушка, она чувствовала, что потянула спину, и ей было немного больно.
– Ты хорошо его знаешь? – Чу Лючэнь неожиданно улыбнулся, и его голос стал ленивым и мягким.
– Конечно! Байюй очень хороший, он всегда заботится обо мне больше всех! – рассеянно ответила Цинь Ваньжу, мысленно жалуясь на судьбу, так как она не понимала, какой черт постоянно сталкивал ее с этим непредсказуемым принцем Чэнем.
– Он так хорош, что готов заботиться о тебе на заднем дворе? Цинь Ваньжу, мальчики и девочки не могут даже есть за одним столом после того, как им исполнилось шесть лет, не то что дружить. Тебе же не нужно, чтобы я учил тебя этому, верно? – Чу Лючэнь приподнял губы в улыбке, показав легкую холодность и величавость, которые нельзя было игнорировать.
– Байюй – это не кто-то там; мы знали друг друга еще до того, как нам исполнилось шесть лет! – нетерпеливо объяснила Цинь Ваньжу, кусая губы и шипя от боли в спине.
– Так ты хочешь сказать, что этот Великий князь лезет не в свое дело? – Чу Лючэнь все еще произнес это с улыбкой, и уголки его глаз были слегка приподняты. Затем он медленно достал из внутреннего кармана носовой платок и вытер темно-красные от крови губы. Его улыбка была такой холодной, что могла даже заморозить до костей.
Цинь Ваньжу хорошо понимала, что если ответит «да», то он не позволит ей легко уйти от ответственности за то, что она использовала его как подушку, поэтому она решительно покачала головой, наблюдая, как он вытирает кровь, и очень проникновенно сказала:
– К счастью, Великий князь спас меня, иначе я бы упала на землю и расшиблась!
– Ты действительно так думаешь? – безразлично спросил Чу Лючэнь, опустив длинные ресницы. Он развернул носовой платок в своей руке и посмотрел на кровь на нем, затем, оттолкнув евнуха прочь, медленно подошел и остановился перед нахальной девчонкой. Он показал ей носовой платок, а затем поднял ее голову одним пальцем и, прищурившись, посмотрел на нее своими красивыми глазами.
– Да, я… я действительно так думаю, – заикаясь выдавила из себя Цинь Ваньжу, и тут же низко поклонилась Чу Лючэню. – Моя благодарность Великому князю, за то, что он спас меня.
– Милостиво спас тебе жизнь! – торжественно поправил ее Чу Лючэнь.
– Чего?! – Цинь Ваньжу потрясенно подняла голову.
– Ради спасения твоей жизни, я почтил тебя такой честью, позволив свалиться на меня. Ты уверена, что не разбилась бы насмерть, упав с такой высоты? – высокомерно заявил Чу Лючэнь, слегка приподняв подбородок, и предлагая ей посмотреть вверх.
Цинь Ваньжу проследила за его взглядом и посмотрела на высокую стену, потом она посмотрела на два перевернутых ящика и надулась.
– Да, благодарю Великого князя за то, что он милостиво спас мне жизнь! – Неохотно кивнула она головой.
Цинь Ваньжу знала, что, упав с такой небольшой высоты, может подвернуть ногу или даже потянуть спину, но точно бы не умерла.
Однако под таким горящим взглядом Цинь Ваньжу ясно понимала, что если девочка, которой она была в глазах принца, не скажет что-то, соответствующее тому, что он имел в виду, то он наверняка устроит ей неприятности. Это было тем более очевидно, когда он заставил ее посмотреть на платок, развернутый перед ней, даже кровь на котором, казалось, осуждала Цинь Ваньжу.
Чу Лючэнь посмотрел на надувшуюся девочку и вдруг рассмеялся:
– Ты должна помнить, что я спас тебе жизнь, и тебе не так-то просто будет отплатить за мою милость!
– Что бы вы ни приказали, Ваше Высочество, я определенно сделаю для вас все, что смогу! – Цинь Ваньжу даже зубами скрипнула от досады.
– Вот и хорошо! – Чу Лючэнь глубоко кашлянул дважды, и собирался развернуться и уйти, опираясь на руку Сяо Сюаньцзы. Но вдруг он внезапно повернулся и указал пальцем на высокую стену. – Цинь Ваньжу, в следующий раз меня рядом не будет.
– Да, не волнуйтесь, Ваше Высочество, я обещаю, что больше так не сделаю! – сразу же заверила его Цинь Ваньжу, так как с ним было слишком трудно иметь дело. Если она не будет поступать так, как он хотел, он не отпустит ее так легко.
Однако Ваньжу действительно опасалась, что паренек сильно пострадал, видя, что он был настолько травмирован, что даже кашлял кровью. Принц был болезненным и намного слабее своих сверстников. Ее бы казнили, если бы с ним действительно что-то случилось бы.
– Иди сюда, возьми его и постирай! – Чу Лючэнь протянул девочке руку с носовым платком на ладони.
Цинь Ваньжу поспешно подбежала к нему и взяла платок из его руки, как будто она брала вину на себя.
– Да, я сейчас же тщательно выстираю его!
– Да что с тобой такое? – спросил Чу Лючэнь, глядя на ее руку, схватившуюся за поясницу.
Цинь Ваньжу моргнула и жалобно сказала:
– Я спину потянула на талии…
Чу Лючэнь склонил голову набок, чтобы демонстративно пренебрежительно посмотреть на ее фигурку, и злобно улыбнулся, отчего стало ясно, что он в прекрасном настроении.
– У тебя, оказывается, даже талия есть? Разве у маленьких девчонок есть талия? Ты же со всех сторон плоская! – поднял он ее на смех.
Цинь Ваньжу надула губы и решила больше не связываться с мелким паршивцем. Ему сейчас было больно даже кашлять, так что теперь ему не помешает чувствовать себя счастливым, хотя то, что он сказал, заставило ее почувствовать себя неловко.
– Не забудь выстирать мой носовой платок! – улыбнулся Чу Лючэнь и перестал дразнить девочку.
Затем он повернулся и ушел с помощью Сяо Сюаньцзы. По дороге он протянул руку, чтобы коснуться уголка своего рта, и сплюнул кровь на дорогу. Когда девчонка свалилась на него, он просто прикусил кончик языка, отчего чуть не заплакал от боли. Хотя юная леди выглядела худой и маленькой, она оказалась увесистой, когда упала с высоты, и его язык все еще горел от жгучей боли.
***
Цинъюэ встретила Цинь Ваньжу на полпути, когда шла к ней. Увидев, что маленькая хозяйка держится за поясницу, горничная сразу бросилась к ней.
– Барышня, что с вами случилось? С вами все было в порядке, когда я уходила, как вы можете так закончить через такое короткое время?
Цинь Ваньжу поручила своей служанке остаться у двора Цинь Юйжу и проследить за обстановкой.
Цинь Ваньжу потерла спину и сказала с поникшим грустным лицом:
– Я просто случайно упала!
– Где вы так упали? Как вы можете быть настолько беспечной? – настойчиво допытывалась Цинъюэ, так как она поняла, что ее хозяйка сильно травмирована, едва посмотрев на нее. Затем она увидела в руке девочки носовой платок с кровью и запаниковала, страшно побледнев. – Барышня, где… где вы поранились? У вас течет кровь!
– Да в порядке я, платок не мой! – отмахнулась Цинь Ваньжу, зная, что Цинъюэ неправильно все поняла, когда увидела окровавленный носовой платок, но она чувствовала себя необъяснимо виноватой, задаваясь вопросом, был ли Чу Лючэнь в порядке? Его организм был слишком слабым, чтобы легко вынести такое.
– Чей же он? Почему он тогда в вашей руке? – настойчиво допрашивала ее Цинъюэ. Пусть она была всего ненамного старше своей хозяйки, но вела себя как заботливая и строгая старая нянька.
– Я в порядке, Цинъюэ, давай поговорим после возвращения домой. Лучше скажи, как там моя сестра?
Цинь Ваньжу неодобрительно покачала головой и шла, в основном опираясь на свою верную горничную. Поскольку Цинъюэ была почти на два года старше и намного выше, она не чувствовала никакого неудобства, когда Цинь Ваньжу повисла на ней.
– Барышня, я только что узнала кое-что, но… – Цинъюэ колебалась, услышав вопрос, который только что задала ей маленькая хозяйка.
– Что такое? Расскажи мне! – приказала Цинь Ваньжу.