Глава 488. Планы не поспевают за переменами
Разведчики под предводительством Ю Е отсутствовали уже несколько дней. Местом предстоящего решающего сражения была выбрана Застава Фума, куда непрерывным потоком везли снаряжение, накопленное Племенем Хань. Ло Чун — опора и душа племени, ставший в глазах двух недавно пришедших союзов племён едва ли не божеством — тоже не остался в стороне и теперь лично присутствовал на стенах Заставы Фума.
Две крепостные стены захаба, каждая длиной по шестьсот-семьсот метров, были возведены из плотно утрамбованной земли. И хотя при строительстве не использовались камень или кирпич, их толщина и высота были таковы, что обычные атаки были против них совершенно бессильны.
Сейчас обе эти стены были буквально заселены только что переселившимися мужчинами — молодыми и крепкими воинами. И это не было преувеличением: они действительно там жили.
Новый город позади Заставы Фума всё ещё находился на стадии закладки фундамента, у него не было даже стен, так что использовать его для обороны было невозможно. Внутри самого захаба жить тоже было нельзя, так как это пространство предназначалось для ловушки и уничтожения врага. К тому же между двумя линиями стен высились крутые скалистые обрывы, а соединяющие их мостки ещё не были построены. Спускаться и подниматься каждый раз было слишком неудобно, поэтому воинам было проще сразу обосноваться наверху в ожидании неприятеля.
Женщин и детей заблаговременно переправили в город Ханьян. Из трёх тысяч переселенцев на заставе остались почти тысяча мужчин, к которым присоединились наспех сформированные отряды двух южных союзов. Таким образом, общее число защитников и ремесленников на Заставе Фума составляло около тысячи пятисот человек.
На первой стене разместили восемьсот человек, на второй — семьсот. В этом предвоенном состоянии люди уже несколько дней не спускались вниз: ели, пили, спали и справляли нужду прямо на боевых позициях.
Впрочем, тесноты не ощущалось. Стены высотой в двенадцать-тринадцать метров имели ширину по верху около пяти метров. На такой протяжённости можно было бы разместить и две тысячи человек, и места всё равно хватило бы всем.
Ло Чун изначально планировал стены такой ширины, чтобы в будущем на них можно было устанавливать тяжёлые орудия. Он и не предполагал, что это решение оправдает себя так скоро.
В зубцах первой стены через каждые двадцать метров стоял временно собранный станковый арбалет. Всего их было тридцать четыре штуки — немало, но и не так много, как хотелось бы. Ло Чуну казалось, что для такой длины стены плотность огня этих орудий всё ещё слишком мала.
— Быстрее, натягивайте тетиву! — скомандовал Ло Чун солдатам, возившимся с одним из арбалетов. — Сделаем пробный выстрел, чтобы проверить дальность и разметить сектора обстрела.
— Слушаюсь, вождь! — отозвались бойцы.
Двое солдат, прибывших из округа Люян, под руководством опытных мастеров из города Ханьян учились управлять грозным оружием. В этом деле не было ничего сверхсложного: для тех, кто уже держал в руках обычный лук или ручной арбалет, принцип действия был знаком. Эта махина была лишь "чуточку" больше по размеру.
Двое воинов быстро прокрутили ворот, натягивая тетиву, а затем уложили в направляющий жёлоб огромный болт, который больше походил на тяжелое копьё.
Стоит упомянуть о необычном ресурсе — том самом Дереве-людоеде, растущем в котловине за заставой. С тех пор как Ло Чун обнаружил это странное растение, он начал регулярно использовать его части. Огромное количество древков для стрел, копий и этих гигантских болтов для станковых арбалетов, а также "сахарные" наросты на корнях непрерывно поставлялись в округа Племени Хань. Впрочем, Ло Чун не обижал дерево: каждый раз, забирая материалы, люди подкармливали его кровью и мясом убитых животных. Благодаря этому за последние годы дерево не разрослось дальше положенного, но и не зачахло от нехватки питания.
Как вождь Племени Хань, Ло Чун прекрасно осознавал стратегическую важность этого ресурса. Именно поэтому он решил перекрыть долину к северу от дерева и построить там город — так он не только защищался от врагов, но и окончательно включал Дерево-людоед в границы своих владений.
— Огонь! — приказал Ло Чун, увидев, что копьё-болт уложено на место.
Старый соплеменник из города Ханьян кивнул и подкорректировал угол наклона ложа арбалета, перемещая упорные деревянные бруски. Сверившись с делениями, он установил угол в сорок пять градусов — оптимальное значение для стрельбы на максимальную дистанцию.
Убедившись, что всё готово, он взял две колотушки и резко ударил по рычагу спускового механизма.
Бам!
Дзынь!
Спусковой зуб сорвался, и три мощные дуги из твёрдого дерева мгновенно распрямились. Длинная тетива, подталкиваемая плечами и системой блоков, с силой вытолкнула короткое копьё.
В мгновение ока острое и тонкое копьё прочертило в небе красивую дугу и, пролетев триста с лишним метров, с глухим стуком вонзилось в землю. Этот зрелищный момент вызвал восторженный клич сотен людей на стене. С таким оружием в руках им не был страшен никакой враг.
Особенно радовались люди из южных союзов, которых людоеды преследовали на протяжении всего пути. Увидев "божественное орудие", изобретённое их новым вождём, они не могли сдержать волнения.
— Кажется, мы не ошиблись в выборе. Этот человек — истинный посланник небес, сошедший к нам, чтобы победить врагов. Больше нам не придётся бежать и прятаться.
Пока остальные праздновали успех, Ло Чун лишь разочарованно покачал головой. Он был крайне недоволен результатом испытания.
Первой проблемой была дальность. В прошлой жизни Ло Чун был военным и отлично знал современное оружие, но и историей древнего вооружения интересовался немало. Согласно историческим хроникам, станковые арбалеты эпохи Сун могли стрелять почти на тысячу метров. Конечно, древние единицы измерения отличались от современных, но даже в пересчёте на метры дальность знаменитых "арбалетов восьми волов" составляла около шестисот метров. Из них можно было точным выстрелом поразить вражеского полководца прямо на стене крепости.
Арбалет же Ло Чуна бил всего на триста метров — вдвое меньше! Это едва превышало дистанцию навесного выстрела из обычного длинного лука. Но дальность — полбеды, точность оказалась просто катастрофической. Ло Чун стоял прямо позади арбалета, наблюдая за траекторией: болт отклонился от центральной линии более чем на двадцать метров. Называть это "оружием" было трудно.
Впрочем, он понимал, в чём причина такой погрешности. Проблема была не в самом арбалете, а в снарядах. Сейчас на стенах использовали старые бронзовые наконечники Племени Хань, насаженные на короткие древки. Это было временное решение, и у этих "болтов" даже не было оперения. Как они могли лететь стабильно?
Для таких мощных арбалетов требовались специальные гигантские стрелы с железными наконечниками и железным же оперением — во-первых, для баланса веса, а во-вторых, для стабилизации в полёте. Словом, конструкцию арбалета ещё предстояло доводить до ума.
После ещё нескольких залпов Ло Чун замерил характеристики этого суррогатного оружия. Стало ясно, что без оперения на снарядах приемлемая точность и убойная сила сохраняются лишь на дистанции до ста пятидесяти метров. На этом расстоянии отклонение не превышало двух метров, чего вполне хватало, чтобы попасть в гигантскую обезьяну.
Затем он приказал разметить территорию перед стеной: в пятидесяти, ста метрах и так далее, вплоть до трёхсот, установили заметные знаки. Теперь защитники могли точно определять дистанцию и выбирать подходящий момент для залпа.
Однако, несмотря на то что Ло Чун подготовил отличную оборону и расставил все ловушки, враг решил играть не по правилам.
Ло Чун нахмурился, перечитывая донесение, доставленное с помощью птицы с восточного берега реки Жушуй.
— Враг всё-таки переправился через реку?! Охотничий патруль округа Люян обнаружил крупные силы противника к северу от уезда Сытун. Переселенцы из Сытуна уже экстренно эвакуированы в город Ханьян!
И самое странное: в рядах наступающих врагов не было замечено ни одной гигантской обезьяны.