Глава 646 — Не согласен — вызывай на бой!
Ван Чэнь посмотрел на источник звука и обнаружил, что над ним насмехается тюремщик со шрамом на лице.
Ван Чэнь припоминал этого человека — его называли Старым Дао. Говорили, что раньше он был боевым практиком в Боевом лагере Юнлэ. После выхода в отставку он поступил в Управление Тюрем, и сейчас на его обшлагах были вышиты две полоски.
Ван Чэнь помнил, что Старый Дао был в хороших отношениях с Ху Ци и его компанией. Вероятно, в этом и крылась причина злобной провокации в адрес Ван Чэня.
Заметив, что внимание остальных тюремщиков приковано к ним, Старый Дао оскалился в свирепой улыбке:
— Что, язык проглотил?
Он выглядел весьма устрашающе: высокий, с суровым лицом и бьющим через край намерением убийства — от него так и веяло угрозой! В глазах многих тюремщиков, смотревших на Ван Чэня, промелькнула жалость и злорадство.
Многие боевые практики после окончания контракта или из-за ранений предпочитали вступать в Управление Тюрем, где было щедрое жалованье. Работа тюремщиком хоть и была опасной, но выживаемость здесь была выше, чем в постоянных походах. К тому же закаленные в боях воины часто могли концентрировать ауру боевого строя, которая эффективно защищала от воздействия энергии Инь-Ша.
Обычная нечисть тоже не осмеливалась приближаться к ним. Поэтому в Подземелье Юнлэ отставные воины всегда составляли основную силу тюремщиков. Старый Дао был среди них довольно известен.
Будучи новичком, Ван Чэнь умудрился задеть ветерана из числа боевых практиков — теперь его жизнь могла стать несладкой. Стоит помнить, что отставные воины давно сформировали в Подземелье Юнлэ тесный круг, и если этот круг отвергнет молодого тюремщика, его судьба станет предсказуемой!
Пока все гадали, решит ли Ван Чэнь стерпеть унижение или же смиренно повинится перед задирой, тот поставил чарку с вином и с пренебрежением бросил:
— Не твое собачье дело! Кто ты такой, чтобы лезть в мои дела?
Пф-ф... Многие в таверне невольно затаили дыхание. Никто не ожидал, что Ван Чэнь решит пойти на прямой конфликт и фактически отвесит оппоненту словесную пощечину. Нынешние новички и впрямь пошли не робкого десятка!
— Смело! — Старый Дао пришел в ярость, его лицо мгновенно побагровело, а шрам зашевелился, словно дождевой червь. Он стал настолько ярко-красным, что, казалось, вот-вот брызнет кровь.
Те, кто знал его близко, понимали: это признак того, что Старый Дао по-настоящему разъярен! Густая, пахнущая кровью аура убийства немедленно окутала Ван Чэня.
Однако Ван Чэнь продолжал сидеть неподвижно, словно его лишь обдул легкий ветерок. Его взгляд не изменился ни на йоту, а слова стали еще более язвительными:
— Гляньте на этого клоуна. У тебя кишка тонка поднять на меня руку здесь? Если нет смелости — не вякай. Ведешь себя как придурок!
Все думали, что Ван Чэнь проявил твердость, но оказалось, что он может быть еще жестче! Тюремщики переглядывались, а остальные посетители с интересом ждали продолжения зрелища. Особенно те, кто уже успел приложиться к кувшину с духовным вином и слегка захмелел — им так и хотелось вскочить и закричать: «Бейтесь!»
Старый Дао тоже был в крайней степени ярости. Он сжал кулаки так, что хрустнули костяшки пальцев. Исходящая от него жажда крови была пугающей. Ван Чэнь оскорбил его прямо в лицо, и если он проглотит эту обиду, то больше не сможет считаться своим в кругу боевых практиков.
Схватка казалась неизбежной. Тюремщики, сидевшие рядом, начали расходиться, освобождая место для боя.
Но в этот момент из-за стойки внезапно раздался голос хозяина заведения:
— Хотите драться — идите за городские стены. Здесь не место для ваших разборок.
Владелец таверны выглядел совершенно заурядно — из тех людей, что мгновенно теряются в толпе. Но стоило ему заговорить, как Старый Дао, готовый вот-вот взорваться подобно вулкану, словно облился ледяной водой. Его лицо из багрового быстро стало землисто-серым, кулаки непроизвольно разжались, а уголок глаза задергался.
— Если не смеешь драться здесь, ничего страшного, — усмехнулся Ван Чэнь. — Назначай время, и мы решим вопрос жизни и смерти за городом!
Ван Чэнь не был заносчивым или безумным гордецом, и он вовсе не стремился казаться язвительным и злобным. Просто он давно усвоил одну истину: с теми, кто намеренно ищет неприятностей, вежливость не работает. Нужно быть еще более грубым, дерзким и беспощадным, чтобы окончательно подавить их спесь. Чем ниже социальный слой, тем вернее это правило!
Бессмертный Город Юнлэ, несомненно, был величественным местом, он даже в какой-то мере соответствовал представлениям Ван Чэня о Мире Бескрайних Небес. Но этот город еще не стал для него раем. Как нелегальному мигранту из нижнего мира, ему приходилось пробиваться с самых низов, чтобы однажды по-настоящему оценить бескрайние просторы этого мира.
Что такое Управление Тюрем? И что такое Подземелье Юнлэ! Говоря прямо, это была сточная канава Юнлэ, вбиравшая в себя всю грязь и нечистоты Бессмертного Города.
Такие личности, как Ху Ци или Старый Дао, какими бы хитрыми, властными или дерзкими они ни казались... По сути, они были лишь мухами и навозными червями в этой канаве! С подобными типами бесполезно взывать к разуму — нужно говорить на языке кулаков и клинков.
Согласно правилам Управления Тюрем, внутри подземелья частные поединки были строго запрещены. Если бы Старый Дао посмел напасть на Ван Чэня, то независимо от исхода боя его участь была бы незавидной. Чтобы свести счеты, полагалось выяснять, кто сильнее, за пределами города!
С нынешней силой Ван Чэню не был страшен никто, кто не достиг стадии Золотого Ядра. Не согласен — вызывай на бой!
— Хорошо! — прорычал Старый Дао. Он уже собирался принять вызов, как вдруг к нему подскочил какой-то человек и удержал его. Посторонний быстро прошептал ветерану на ухо несколько фраз, и лицо того снова изменилось.
Он в упор уставился на Ван Чэня взглядом, в котором читалось желание сожрать его заживо.
— Ты у меня еще дождешься!
Бросив эту не слишком убедительную угрозу, Старый Дао развернулся, оттолкнул заговорившего с ним человека и в мгновение ока вылетел из таверны, тут же скрывшись из виду.
А? Посетители, предвкушавшие зрелище, снова недоуменно переглянулись. Они никак не могли понять, почему Старый Дао с его характером и силой в самый ответственный момент дал заднюю. Сделав это, он вмиг растерял весь свой авторитет! Как он теперь будет смотреть людям в глаза?
Неужели у этого уверенного в себе новичка с острым языком припрятан какой-то невероятный козырь?
Взгляды, которыми теперь провожали Ван Чэня, изменились. Исчезли насмешки и презрение, их сменили любопытство, настороженность и серьезность.
Многие тюремщики твердо запомнили его лицо. Если в будущем им доведется столкнуться с ним, то ввязываться в конфликт, не зная его истинных возможностей, будет верхом безрассудства.
Ван Чэнь проигнорировал направленные на него взгляды. Он не спеша допил духовное вино и дочиста съел жареный арахис, поданный хозяином в качестве угощения. Не оставил ни единого зернышка.
Затем он чинно удалился. Стоило Ван Чэню выйти, как в таверне тут же стало шумно.
Посетители наперебой обсуждали произошедшее, строя догадки о личности Ван Чэня. Разговор разгорелся с новой силой.
Кто-то насмехался над Старым Дао, говоря, что за годы службы в подземелье он растерял всю свою боевую удаль.
Так или иначе, с этого момента Ван Чэнь перестал быть в чужих глазах зеленым новичком. По крайней мере до тех пор, пока он не проявит слабость или с ним не случится несчастный случай. Таков был мир практиков в Подземелье Юнлэ.
П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)