Глава 638 — Долгие годы в тюрьме (окончание)
В подземной тюрьме не было ни солнца, ни луны.
На девятом уровне Подземелья Юнлэ содержались не только тысячи и тысячи узников.
Здесь также находилось множество тюремщиков, таких как Ван Чэнь.
Едва наступил час Мао, он мгновенно пробудился от глубокого сна.
Подземелье было наполнено Энергией Инь-Ша, которая смешивалась с духовной энергией Неба и Земли, создавая особую атмосферу.
Практики, находясь здесь, легко поддавались усталости, и им требовалось больше времени на сон, чем в обычных условиях, чтобы восстановить душевные силы. Поэтому тюремщики работали посменно, сменяя друг друга днем и ночью.
Прошлой ночью Ван Чэню не выпало ночное дежурство, так что он смог поспать подольше.
Поднявшись и умывшись, Ван Чэнь покинул свое жилище и отправился в Зал Надзора Зоны C6, чтобы отметиться о прибытии.
Там он получил дежурный жетон и порцию небесного зерна.
Дежурный жетон служил своего рода удостоверением тюремщика: его нужно было получать перед каждой сменой и сдавать по окончании, выносить его за пределы тюрьмы строго запрещалось.
Небесное зерно же было ежедневным рационом тюремщиков, чем-то вроде армейского пайка из прошлой жизни Ван Чэня — в специальной упаковке, строго дозированное, богатое питательными веществами, но с весьма сомнительным вкусом.
Тюремщики часто ворчали, что это небесное зерно и собака есть не станет!
Однако оно содержало в себе обильную магическую силу и эссенцию крови, что было крайне полезно для практиков, долгое время работающих в подземелье.
Поэтому, хоть все и ругались, ели его исправно.
— Ван Чэнь, — улыбаясь, произнес практик, отвечавший за регистрацию в Зале Надзора. — В последнее время ты неплохо себя проявляешь. Скоро сможешь стать официальным тюремщиком.
Ван Чэнь усмехнулся:
— Благодарю за добрые слова.
Эти слова он слышал от собеседника уже трижды.
И каждый раз в них чувствовался недобрый подтекст — то ли злорадство, то ли едкая насмешка.
Но Ван Чэнь всегда делал вид, что ничего не понимает.
Особая обстановка легко искажает человеческую душу.
У тех, кто долго находится в подземелье, будь то надзиратели или простые работники, часто возникают психологические проблемы.
Например, знакомый Ван Чэня, Дань Линфэн, часто бормотал что-то странное под нос, а после кувшина Духовного Вина начинал нести полную околесицу.
Что же касается людей с искаженным характером, мрачных, подозрительных или впавших в полное безразличие…
Их здесь было пруд пруди!
Девятый уровень Подземелья Юнлэ с его восемью вратами на каждом ярусе поглотил неведомое количество как заключенных, так и тюремщиков.
Повесив жетон на пояс и взяв короб с едой, Ван Чэнь приступил к работе.
Короб был особым пространственным артефактом, внутри которого хранились порции еды для узников, называемые тюремным пайком.
Проходя мимо каждой камеры, Ван Чэнь доставал из короба порцию и проталкивал ее в специальное окошко, чтобы заключенные могли поесть.
Кормили их лишь раз в три дня.
У всех узников, запертых в подземелье, магическая сила была запечатана, а еды им давали ровно столько, чтобы они пребывали в состоянии постоянной слабости. Это делалось для того, чтобы они день и ночь страдали от воздействия Энергии Инь-Ша и не имели сил для побега.
Говорили, что с момента постройки Подземелья Юнлэ в нем перебывало бесчисленное множество преступников.
Но сбежать своими силами удалось лишь троим!
Об этом Дань Линфэн тайком поведал Ван Чэню, когда был пьян, добавив, что имена этих троих даже упоминать нельзя, иначе можно навлечь на себя огромные неприятности.
— Добрый молодой господин… — когда Ван Чэнь просунул паек в окошко, узник внутри жалобно взмолился слабым голосом: — Не могли бы вы дать мне еще одну порцию? Я скоро умру и просто хочу напоследок наесться досыта.
— Чтобы на пути к Желтому источнику не стать голодным призраком!
Голос звучал крайне жалко. Сам заключенный — седой, в лохмотьях, с иссохшим сгорбленным телом — выглядел так, будто его жизненные силы были на исходе. Один его вид мог вызвать сострадание.
Однако сердце Ван Чэня было подобно камню, он остался совершенно равнодушен.
И просто пошел дальше.
— Надо же, — старый узник, который только что казался умирающим, проворно вскочил с пола и схватил бумажную коробку с едой.
— Нынешняя молодежь совсем не умеет уважать старших, никакого воспитания!
Ворча, он начал жадно поглощать еду и в три глотка опустошил коробку.
В конце он скомкал саму упаковку, засунул ее в рот и, прожевав, проглотил.
В это время Ван Чэнь не успел отойти и на десять шагов.
Хотя у него не было глаз на затылке, он прекрасно понимал, что происходит, и уже давно ничему не удивлялся.
В этой тюрьме сидели самые разные люди: и несправедливо обвиненные, и несчастные жертвы обстоятельств.
Но большинство составляли закоренелые злодеи и безумцы.
У Ван Чэня не было возможности разбираться в их виновности, поэтому, кто бы ни сидел за решеткой — будь то писаная красавица или дряхлый старик, — он воспринимал их просто как безликих персонажей.
Когда в коробе осталась последняя порция, он обнаружил, что самая дальняя камера Зоны C6 пуста.
Той самой Юй Фэй из Секты Хэхуань, обладавшей врожденным очарованием, нигде не было.
Умерла?
Ван Чэнь слегка опешил.
С тех пор как он стал тюремщиком в Подземелье Юнлэ, эта женщина из Секты Хэхуань, несомненно, оставила у него самое яркое впечатление.
И дело было не в том, что она была самой красивой среди узников, а в том, что ее соблазнительность была прямо пропорциональна ее жестокости.
Преступники, которых сажали в камеру напротив Юй Фэй, через несколько дней либо сходили с ума, либо калечили себя, либо кончали жизнь самоубийством. Ван Чэнь собственными глазами видел, как один из узников лишился рассудка.
От этих воспоминаний до сих пор бросало в дрожь!
Впрочем, Юй Фэй не осмеливалась применять подобные методы к тюремщикам. Она пыталась соблазнить Ван Чэня пару раз, но это больше походило на шутку, а когда они немного узнали друг друга, она, напротив, стала вести себя серьезнее.
Проходя мимо, Ван Чэнь иногда перебрасывался с ней парой слов.
Сам не зная почему, обнаружив исчезновение этой женщины из Секты Хэхуань, он почувствовал легкую пустоту на душе.
Покачав головой, Ван Чэнь изгнал лишние эмоции из сознания.
Он развернулся и продолжил обход Зоны C6 по установленному маршруту.
Лишь с наступлением ночи Ван Чэнь вернулся в Зал Надзора.
Как только он сдал жетон и пустой короб, тюремщик на регистрации указал на соседнюю комнату:
— Ван Чэнь, господин Чэнь хочет тебя видеть, заходи скорее.
Это был уже другой дежурный, и Ван Чэнь поспешно поклонился:
— Слушаюсь.
Когда он постучал и открыл дверь, то увидел мужчину средних лет в одеждах ученого. Тот сидел за столом и сосредоточенно писал, не поднимая головы:
— Садись.
— Благодарю, господин!
Ван Чэнь сел на стул рядом со столом.
Этот человек был чиновником, управляющим Зоной C6, и по статусу уступал лишь мастеру Лу, который когда-то привел сюда Ван Чэня.
Мастер Лу редко занимался тюремными делами и обычно появлялся внезапно, словно дракон, скрытый в облаках, так что именно этот чиновник был истинным хозяином Зоны C6.
За три месяца Ван Чэнь видел его всего четыре или пять раз.
— Ты ведь Ван Чэнь, верно? — чиновник отложил кисть из волчьей шерсти и спокойно посмотрел на него. — Как долго ты уже служишь в Управлении Тюрем?
Ван Чэнь внутренне напрягся:
— Отвечаю господину: уже три месяца.
— Три месяца, значит, — чиновник, казалось, что-то припоминал и как бы невзначай спросил: — Помнится, тебя сюда привел мастер Лу?
Ван Чэнь ответил:
— Все так.
П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)