Глава 636 — Долгие годы в темнице (часть 1)
Заключенная застыла.
Огурец, который протянул ей Ван Чэнь, был изумрудно-зеленым, покрытым мелкими пупырышками и настолько сочным и свежим, словно его только что сорвали с грядки. От одного взгляда на него возникало непреодолимое желание откусить кусочек.
Этот длинный огурец с зернистыми выступами выглядел необычайно крупным и крепким.
Оправившись от минутного оцепенения, томная и пленительная женщина-практик бросила на Ван Чэня застенчивую улыбку.
В ее невинности сквозило невыразимое очарование!
Она подползла к решетке, опираясь на руки и ноги, с трудом приподняла тело и, приоткрыв рот, впилась зубами в огурец.
Хрусть!
Ван Чэнь молча разжал пальцы.
Женщина подмигнула Ван Чэню и в два-три укуса проглотила сочный плод.
Хотя ела она быстро, это выглядело на удивление изящно.
Покончив с едой, она облизнула губы кончиком розового языка и с обидой в голосе произнесла:
— Немного холодный. У тебя есть еще, братец? Я бы хотела отведать чего-нибудь тепленького, ммм...
Последний звук она кокетливо растянула, и этот стон, проникая в самые уши, бередил душу — сопротивляться ему было почти невозможно.
Однако сердце Ван Чэня оставалось твердым, как камень. Он развернулся и пошел прочь:
— В следующий раз.
Если бы он не ушел сейчас, то неизвестно, какие еще трюки выкинула бы эта ведьма. Даже при том, что воля Ван Чэня была непоколебима, он не мог с уверенностью сказать, что сможет устоять.
Это был уже третий раз, когда Ван Чэнь видел ее с тех пор, как начал стажировку в качестве тюремщика в Зоне C6.
Эту женщину-практика, от которой исходила аура соблазна, звали Юй Фэй. Она была ученицей Секты Хэхуань и обладала культивацией высшей ступени Пурпурного Дворца.
Говорили, что когда-то она поглотила жизненную энергию семнадцати отпрысков благородных семей и заставила трех многообещающих гениев убивать друг друга, что вызвало огромный переполох.
В итоге ее заточили на третий ярус Подземелья Юнлэ, где она провела уже два года!
Когда Ван Чэнь впервые увидел Юй Фэй, она лишь мельком взглянула на него, не проронив ни слова.
Во второй раз она, казалось, внезапно проявила интерес и сама заговорила с Ван Чэнем.
Тогда Ван Чэнь и осознал, насколько опасны последователи Секты Хэхуань.
Если бы ведьма такого уровня спустилась в мир смертных, она без труда смогла бы низвергнуть целую Империю!
Исполняя свои обязанности, он мог лишь держаться от нее как можно дальше.
— Трусишка!
Глядя в спину уходящему Ван Чэню, Юй Фэй с притворной обидой сплюнула:
— Никакого толка от него.
— Ха-ха-ха!
Из другой камеры напротив нее раздался грубый смех. Огромный мужчина с уродливым лицом прильнул к решетке, пожирая Юй Фэй жадным, похотливым взглядом.
Он сглотнул слюну:
— Красавица, у этого тюремного щенка еще молоко на губах не обсохло, откуда ему знать, в чем твоя прелесть? Ну-ка, крикни разок, чтобы я услышал, и твой старший брат даст тебе попробовать кое-чего тепленького!
Этот грубиян попал сюда только сегодня и еще не успел в полной мере ощутить все «прелести» Подземелья Юнлэ. Он все еще был полон сил и сохранял свой неистовый нрав.
Но он понимал, что жить ему осталось недолго, а потому в речах своих был совершенно невозмутим и дерзок!
Услышав это, Юй Фэй не только не рассердилась, но и прикрыла рот рукой, хихикая:
— Старший брат, а ты забавный. Если хочешь услышать мой голос, то это можно устроить, но ведь я не могу кричать просто так?
Грубый верзила почувствовал, как в ушах у него зачесалось, а в голову ударил дурман. Все его тело охватил зуд, а в сердце мгновенно вспыхнуло пламя страсти!
Он нетерпеливо спросил:
— Чего же ты хочешь?
Юй Фэй улыбнулась:
— Мне кажется, твои глаза очень недурны. Можешь подарить их мне?
— Без проблем!
Мужчина согласился, не раздумывая.
В глубине души он считал, что цена, названная красавицей, вполне приемлема, и он даже остался в выигрыше.
Опасаясь, вероятно, что Юй Фэй передумает, верзила поспешно поднял руки, приставил пальцы к глазам и с силой надавил!
Он вырвал собственные глаза, но не только не почувствовал боли, а напротив, испытал величайшее облегчение.
Швырнув окровавленные глазные яблоки вперед, ослепший мужчина закричал в пустоту:
— Быстрее! Я хочу слышать! Прямо сейчас!
— Как пожелаешь, брат.
Юй Фэй лучезарно улыбнулась и, приоткрыв алые губы, запела.
В мрачном и холодном подземелье внезапно воцарилась атмосфера неги и страсти, даже ледяная Энергия Инь-Ша заметно рассеялась.
Ее голос прошел сквозь толстые каменные стены и разнесся по большей части Зоны C6.
Многие узники услышали его.
Кто-то впал в экстаз, кто-то застыл в оцепенении, кто-то начал метаться в ярости, а кто-то ворочался с боку на бок...
А у верзилы напротив из пустых глазниц все еще текла кровь, но выражение его лица застыло. На губах играла странная улыбка, словно он достиг пика блаженства.
В следующий миг он обмяк, будто у него разом вытащили позвоночник, и безвольно рухнул на землю, перестав подавать признаки жизни.
Практик Пурпурного Дворца погиб вот так просто!
Погиб странно и жалко.
Чарующие звуки внезапно оборвались, и Юй Фэй в своей камере стала бледной как полотно.
Она прижала тонкую ладонь к области Моря Ци и Даньтянь и с ненавистью прошептала:
— Настанет день...
В это время Ван Чэнь, уже успевший уйти далеко от Юй Фэй, тайно перевел дух.
Ведьма была невероятно сильна — лучше с ней не связываться. Даже с запечатанной магической силой она умудрялась применять столь могущественные техники очарования.
Даже на таком расстоянии его сердце дрогнуло, и он едва не потерял контроль над собой.
Неудивительно, что старые волки, дежурившие в Зоне C6, не горели желанием патрулировать этот участок, перекладывая задачу на таких новичков, как Ван Чэнь, под благовидным предлогом закалки воли.
У Ван Чэня не было выбора, и ему приходилось наведываться сюда раз в несколько дней, чтобы проверять состояние заключенной.
Лишь бы была жива.
Он направился в другую сторону.
Зона C6 не была упорядоченным пространством, она скорее напоминала клубень с множеством ответвлений-корней.
Камеры для заключенных были обустроены в зависимости от рельефа местности и разделены на разные уровни.
Они располагались в различных туннелях!
Ван Чэнь шел как раз по одному из таких переходов, в самом конце которого содержались трое особо опасных преступников.
Условия в Подземелье Юнлэ были крайне специфическими. Многие магические артефакты и Духовные Артефакты, если их достать из пространственного мешочка и оставить здесь, со временем неизбежно портились под воздействием Энергии Инь-Ша.
В противном случае они могли бы использовать Зеркало Уток-Мандаринок, чтобы создать систему видеонаблюдения.
Тогда тюремщикам вроде Ван Чэня не пришлось бы мучиться, страдая от воздействия вредоносной энергии и совершая ежедневные обходы.
Чем глубже заходил Ван Чэнь, тем гуще становилась окружающая Энергия Инь-Ша.
Эта Энергия Инь-Ша сильно отличалась от той, с которой Ван Чэнь сталкивался раньше. Она содержала в себе крупицы злой силы, незримо заполнявшей пространство и готовую в любой момент нанести смертельный удар.
Ван Чэнь незаметно активировал Силу Небесного Дракона Ваджры, отгораживаясь от пагубного влияния.
Он начал проверять три последние камеры.
Увидев то, что происходило в первой из них, Ван Чэнь почувствовал, как сердце у него екнуло.
Что-то случилось!
В этой камере содержался молодой практик незаурядной внешности.
Вероятно, это был отпрыск какой-то знатной семьи из Бессмертного Города.
Трудно было даже представить, какую чудовищную ошибку он совершил, чтобы оказаться в самом суровом месте Зоны C6!
П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)