Глава 37 — Семь Красавиц Небесного Облака
Гарнизон И-10, тренировочная площадка.
Спустя три дня Ван Чэнь снова прибыл вовремя, чтобы отметиться.
К своему удивлению, он обнаружил, что пришёл последним.
Очевидно, та взбучка трёхдневной давности напугала всех до смерти, и люди явились заранее.
В час Обезьяны начальник гарнизона Ли Уцзи снова появился на помосте.
Но на этот раз он не стал проводить перекличку, а представил и распределил девять командиров по девяти Ночным Патрулям.
Командиром Четвёртого Патрульного Отряда, в который входил Ван Чэнь, оказался худощавый смуглый практик средних лет.
Яо Минцзе, ученик Зала Стражи Внешнего Двора, восьмая ступень Конденсации Ци!
Казалось, он был крайне недоволен назначением Ли Уцзи: его лицо постоянно выражало угрюмость и раздражение.
Он смотрел на Ван Чэня и остальных так, словно каждый задолжал ему три миллиона духовных камней.
Для сравнения, отношение заместителя командира Го Пина было несомненно куда более дружелюбным.
В новом составе Ночного Патруля был один командир, один заместитель и семь новичков. Го Пин, занимавший должность заместителя, был старым стражем Гарнизона И-10 на седьмой ступени Конденсации Ци с богатым опытом патрулирования.
Формирование отряда и обучение тоже полностью легли на его плечи.
Ближе к вечеру гарнизон приготовил для всех ужин.
Получив свою порцию из трёх рисовых шариков, полоски вяленого мяса демонического зверя и солений, Ван Чэнь присел в углу.
Рис был жестковат, вяленое мясо — пересолено, а у солений был странный привкус.
Но Ван Чэнь, следуя древнему методу пережёвывания пищи, ел с большим аппетитом.
Наслаждаясь бесплатным ужином, он втайне задействовал технику Пяти Стихий, чтобы улучшить пищеварение и ускорить поглощение духовной энергии из еды.
После призыва в Ночной Патруль у него больше не было возможности нормально тренироваться по ночам.
Поэтому Ван Чэнь должен был по максимуму использовать каждую свободную минуту.
Путь в тысячу ли начинается с одного малого шага.
Каждая крупица накопленного опыта становилась фундаментом его будущего пути к Дао.
В отличие от него, у других молодых практиков из отряда были иные мысли.
Они сбились в небольшие кучки и болтали во время еды.
Все они казались довольно воодушевлёнными.
Одним из них был Цзян Цун — тот самый, кого первым высекли палками три дня назад!
Этот парень, похоже, быстро забыл о боли, как только зажили шрамы, и теперь весело о чём-то переговаривался с остальными.
Он даже вытащил магический артефакт, чтобы похвастаться, вызывая завистливые взгляды окружающих.
Ван Чэнь подумал, что родители явно ошиблись с именем, потому что этот тип совсем не выглядел умным.
К тому же он казался избалованным и изнеженным.
На самом деле среди ста тысяч учеников Внешнего Двора Секты Облачного Солнца было немало выходцев из богатых семей.
Многие «практики во втором поколении» жили припеваючи благодаря заботе своих отцов.
Цзян Цун находился на шестой ступени Конденсации Ци.
Однако Ван Чэнь, применив Технику Духовного Зрения, заметил, что аура его магической силы была нестабильной и сильно колебалась.
В девяти случаях из десяти он прорвался на этот уровень с помощью пилюль!
Ван Чэнь не понимал, как такой человек попал в Патрульный Отряд, так же как не понимал, почему его самого, духовного земледельца на четвёртой ступени Конденсации Ци, тоже призвали. Он подозревал, что здесь кроется какой-то подвох.
А глядя на командира Яо Минцзе с таким лицом, будто у него кто-то умер, Ван Чэнь почувствовал, что будущее отряда выглядит мрачно.
Почему так трудно быть тихим и осторожным практиком?
Просто беда.
Внезапно вокруг стало очень тихо, голоса товарищей стихли.
Необычная атмосфера заставила Ван Чэня, жевавшего рисовый шарик, поднять голову.
И тогда он увидел нескольких молодых практиков, мужчин и женщин, которые в сопровождении Ли Уцзи направлялись к выходу из гарнизона.
Ли Уцзи прежде казался холодным, властным и вспыльчивым человеком, чьё слово — закон.
Но сейчас этот двухметровый великан, согнувшись в поклоне и расплывшись в улыбке, проявлял почтительную, даже подобострастную осторожность.
Можно было подумать, что в него вселился злой дух!
Идущая впереди девушка-практик была одета в даосскую мантию цвета лунного сияния, её черные волосы были собраны в пучок, а за спиной висел меч.
У неё была стройная фигура, яркие глаза и белоснежные зубы; она выглядела изящно и возвышенно, а на её лице играла легкая улыбка, в которой, тем не менее, сквозило равнодушие.
Ван Чэнь подсознательно активировал Технику Духовного Зрения.
Но не успел он как следует всё рассмотреть, как девушка резко обернулась, и её фениксоподобные глаза вспыхнули ледяным блеском!
Ван Чэнь мгновенно почувствовал колющую боль в глазах, едва не прослезившись.
Внутренне содрогнувшись, он тут же отвел взгляд.
Это послужило ему уроком.
Технику Духовного Зрения нельзя использовать на ком попало, иначе встреча с кем-то проницательным и вспыльчивым неизбежно обернется неприятностями.
Но эта девушка оставила у Ван Чэня глубокое впечатление.
С такими длинными ногами — и не крутить педали трехколесного велосипеда? Какая жалость!
[Техника Духовного Зрения: опыт +1]
[Техника Духовного Зрения (мастерство): 0/200]
Всплывшее сообщение заставило Ван Чэня лишиться дара речи.
Тот единственный взгляд позволил его Технике Духовного Зрения прорваться на уровень мастерства!
Пока Ван Чэнь пребывал в оцепенении, девушка с мечом и её спутники покинули гарнизон.
В следующий миг практики рядом с Ван Чэнем буквально взорвались криками!
— Кто это?
— Какая красавица!
— Тсс, вы что, жизни не жалеете? Не видели нефритовый жетон Внутреннего Двора у неё на поясе?
— Интересно, чья она ученица?
— И что ученики Внутреннего Двора забыли в таком месте?
— Хе!
В этот момент Цзян Цун внезапно усмехнулся:
— Вы и впрямь как лягушки на дне колодца, раз даже её не узнали!
В словах Цзян Цуна сквозила такая насмешка, что его сразу захотелось побить.
Но остальные не обратили на это внимания:
— Ну и кто она?
Этот тип, Цзян Цун, осмелился опоздать на первый сбор стражей, и в его манерах чувствовалось превосходство. Было ясно, что за ним кто-то стоит.
Поэтому никто не хотел лишний раз с ним связываться.
Цзян Цун самодовольно произнес:
— Это Се Яосю, одна из Семи Красавиц Небесного Облака. Её наставник — прямой ученик стадии Золотого Ядра, преподобный Чжэмэй. Сама старшая сестра Се ещё два года назад достигла Великого Совершенства Конденсации Ци!
Все вокруг дружно ахнули.
Семь Красавиц Небесного Облака, Золотое Ядро, Великое Совершенство!
Для них, рядовых учеников Внешнего Двора, такие люди были небожителями.
Цзян Цун огляделся и, понизив голос, продолжил:
— Говорят, старшая сестра Се не стала совершать прорыв только ради того, чтобы отточить своё намерение меча. В прошлом году сын заместителя главы Секты Пяти Пиков положил на неё глаз и пришёл вместе с отцом к преподобному Чжэмэю просить её руки, и в итоге…
Здесь он намеренно сделал паузу, дождавшись, пока всё внимание сосредоточится на нём:
— Старшая сестра Се предложила решить судьбу брака мечом. А затем нанесла всего один удар. Она просто срезала пучок волос этой жабе, и тот в ужасе сбежал на Гору Пяти Пиков в ту же ночь!
Как только Цзян Цун закончил, окружающие разразились смехом и одобрительными возгласами.
— Ха-ха, вот это дело!
— Старшая сестра Се великолепна!
— Захотела жаба отведать лебедятины, тьфу!
— Если бы я смог попасть во Внутренний Двор и ещё хоть раз увидеть божественный лик старшей сестры Се, жизнь была бы прожита не зря!
— Мечтать не вредно! Встань на руки да помочись, может, это тебя отрезвит!
Они оживленно спорили, и у Ван Чэня возникло странное чувство, будто он оказался на форуме сплетников.
А этот Цзян Цун тот ещё фрукт.
Мир шоу-бизнеса многое потерял, раз он не стал папарацци!
Дон-дон-дон!
Зазвенел медный колокол, и кто-то закричал:
— Четвёртому Патрульному Отряду немедленно собраться!
П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)