Глава 1494 — Очищение Сердца от Мирской Пыли
— Настоятель Чжан, пожалуйста, следите за словами!
Столкнувшись с угрозами и подавляющей аурой Чжан Сяошаня, Ван Чэнь ещё не успел ничего сказать, как вперед выступил стоявший рядом Е Сянмин. Он хмуро выкрикнул:
— Хотя вы и являетесь великим Даосским Наставником современности, это не дает вам права бросаться необоснованными обвинениями!
Он прекрасно понимал: если Ван Чжэньчжэнь признают перерождением Ханьбы, то погибнет не только этот младенец, но и вся семья Ван Чэня отправится вслед за ней в могилу.
Шансов на спасение не останется!
Поэтому Е Сянмин не мог допустить, чтобы Чжан Сяошань навесил на них эти два страшных ярлыка. Даже несмотря на огромную разницу в их статусе и силе, он решительно выразил свою позицию.
— Какая смелость! — Чжан Сяошань усмехнулся. — Уездный начальник Е, похоже, вы твердо решили пойти против императорского двора?
Следом полетело еще одно тяжкое обвинение — в мятеже.
Едва Чжан Сяошань закончил фразу, мужчина средних лет, все это время стоявший за его спиной, внезапно сделал шаг вперед.
Невидимое, сокрушительное давление мгновенно окутало Е Сянмина!
Тот сразу почувствовал себя так, словно на него обрушилась гора. Он едва не рухнул на колени прямо на месте.
С трудом собрав истинную ци в даньтяне, Е Сянмин напрягся так, что его лицо мгновенно стало багрово-фиолетовым, а на лбу выступили капли пота размером с горошину.
— Мастер боевых искусств!
Находясь под таким тяжким гнетом, Е Сянмин пристально уставился на противника, с трудом выдавливая из себя слова.
Он не ожидал, что этот человек, чья внешность и одежда казались совершенно заурядными, окажется Мастером, достигшим пика стадии врожденного мастерства!
Хотя Е Сянмин и не был слаб, до стадии врожденного мастерства ему было еще очень далеко. Он находился в совершенно иной весовой категории по сравнению с оппонентом.
Его полностью подавили!
Однако в следующий миг давление, сковывавшее Е Сянмина, бесследно исчезло.
Это произошло потому, что Ван Чэнь заслонил его собой. Встав лицом к лицу с Мастером боевых искусств, он принял на себя весь исходящий от того гнет.
Зрачки Мастера в его холодных и бесстрастных глазах внезапно сузились, в них промелькнуло недоверие.
Он никак не мог поверить, что столь юный Ван Чэнь способен на равных противостоять его ауре, не уступая ни на йоту.
Самым пугающим было то, что даже обладая взором прославленного Мастера, он не мог разглядеть истинную глубину сил Ван Чэня.
Ощутив некую непостижимость, он невольно проникся опаской и, поколебавшись, не решился немедленно атаковать.
Ван Чэнь мельком взглянул на этого Мастера, а затем снова перевел внимание на Чжан Сяошаня и равнодушно произнес:
— Чжан Сяошань, сегодня праздник в честь первого месяца моей дочери. Будь благоразумен и проваливай сам, не ищи себе неприятностей!
Эти бесцеремонные слова, которые можно было назвать публичным унижением достоинства настоятеля Храма Белых Облаков, заставили гостей во дворе остолбенеть. Они просто не верили своим ушам.
Ван Чэнь действительно настолько дерзок?
Перед ним ведь стоял сам настоятель Чжан Сяошань, один из трех великих Даосских Наставников, пожалованных титулом самим императором!
У многих задрожали ноги. Они хотели сбежать, но не могли пошевелиться, охваченные великим страхом. Люди боялись, что если начнется драка, они окажутся невинными жертвами в чужой распре.
Однако худшего не случилось. Лицо Чжан Сяошаня, который должен был прийти в ярость, исказилось в гримасе, но удивительно быстро вернулось в норму.
Настоятель Храма Белых Облаков глубоко посмотрел на Ван Чэня, внезапно взмахнул мухогонкой-фучэнем и скомандовал:
— Уходим.
Едва договорив, он развернулся и зашагал прочь, проявив поразительную решительность.
Мастер боевых искусств последовал за ним.
Когда эти двое скрылись, гости во дворе переглянулись в недоумении — и это всё? Так просто закончилось?
Они даже заподозрили, что Чжан Сяошань был самозванцем, иначе как мог настоятель Храма Белых Облаков так легко поступиться своей честью?
Это было просто нелепо!
Е Сянмин пришел в себя и тут же громко рассмеялся:
— Эти двое, скорее всего, просто мошенники, искавшие повод нажиться. Они чуть было не одурачили даже меня.
Услышав это, люди решили, что в словах уездного начальника есть доля истины. Поверив, что они нашли объяснение случившемуся, гости один за другим начали смеяться.
Впрочем, среди присутствующих было немало умных людей, которые не считали это правдой.
Разве можно безнаказанно выдавать себя за настоятеля Храма Белых Облаков?
К тому же та мощь, которую только что продемонстрировал Чжан Сяошань, явно не принадлежала обычному даосу.
Просто по какой-то причине настоятель решил отступить.
Но какова бы ни была истина, никто не собирался сейчас спорить или возражать, все дружно поддакивали словам Е Сянмина.
— И то верно, и то верно, как напугали-то!
— Господин уездный начальник слишком добр к ним, стоило бы схватить их и бросить в темницу.
— В такой радостный день можно и проявить милосердие, отпустив их.
— Золотые слова.
Е Сянмин улыбнулся:
— Друзья, ешьте и пейте в свое удовольствие, не стесняйтесь!
Атмосфера в Семье Ван быстро вернулась в норму. Гости продолжили звенеть чарками, весело переговариваясь и наслаждаясь угощениями.
Е Сянмин и Ван Чэнь обменялись взглядами, после чего уездный начальник увел Е Дай во внутренние покои.
В это время Чжан Сяошань вместе с Мастером боевых искусств быстрым шагом вышли за пределы Уездного Города Цинъань.
Когда они оказались на безлюдном тракте, Чжан Сяошань, убедившись, что рядом никого нет, внезапно смертельно побледнел.
Он открыл рот и выплюнул струю крови!
— Наставник Чжан! — Мастер боевых искусств пришел в ужас и поспешил поддержать его. — Вы в порядке?
Чжан Сяошань покачал головой, затем достал из кармана белый нефритовый флакон, вытряхнул из него пилюлю и проглотил её.
Он тяжело выдохнул и произнес:
— Этот Магистрат Ван, скорее всего, Великий Мастер стадии Хуашэнь!
Великий Мастер стадии Хуашэнь!
Руки Мастера боевых искусств задрожали, а в глазах отразился неподдельный страх.
Великий Мастер — это существо, стоящее выше стадии врожденного мастерства. Это легендарный предел боевых искусств, непобедимая сущность!
Во всем Государстве Наньли не было ни одного Великого Мастера.
Он думал, что Ван Чэнь такой же Мастер боевых искусств, как и он сам, что уже было крайне удивительно. Но он и в страшном сне не мог представить, что Ван Чэнь окажется Великим Мастером!
Мастер боевых искусств не удержался от вопроса:
— Наставник Чжан, вы не могли ошибиться?
— Если бы он не был Великим Мастером... — Чжан Сяошань горько усмехнулся. — Кто еще мог бы одним ударом лишить меня тридцати лет совершенствования!
Только что во дворе Семьи Ван между ним и Ван Чэнем произошло столкновение.
Никто этого не заметил.
Однако эта мимолетная схватка обернулась для Чжан Сяошаня катастрофическими потерями.
— Мой племянник, должно быть, погиб именно от рук Ван Чэня, — Чжан Сяошань глубоко вдохнул и медленно продолжил. — Ханьба тоже, вероятнее всего, была уничтожена им. Я чувствую ауру эссенции духа Ханьбы в теле той малышки, мои расчеты были верны.
Мастер боевых искусств помолчал мгновение и спросил:
— Что же нам делать дальше?
— Что делать? — Чжан Сяошань хмыкнул. — Я возвращаюсь в Храм Белых Облаков, чтобы уйти в закрытую медитацию для исцеления ран. Я не выйду оттуда как минимум три года. Что же касается этого Ван Чэня...
— Будучи Великим Мастером, он скрывается в крохотном Уезде Цинъань, довольствуясь должностью Магистрата Вана. Очевидно, он ищет уединения от мира.
— Мой совет: не провоцируйте его, держитесь на почтительном расстоянии и делайте вид, что его не существует!
— Ты понимаешь, что я имею в виду?
Мастер боевых искусств кивнул:
— Я понимаю. Я знаю, как поступить.
Если только Государству Наньли не будет грозить полная гибель, кто захочет связываться с Великим Мастером боевых искусств?
А что касается перерождения Ханьбы... пусть это останется просто шуткой!
П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)