Глава 113 — Союзники
В большом зале огонь пылал ярко, а вино лилось рекой.
Едва Вэй Сюн выпил две чаши рисового вина, как его лицо густо покраснело, а взгляд затуманился. В следующий миг он рухнул на пол и погрузился в глубокий сон.
Ван Чэнь лишь выдохнул:
— Э-э...
Каким бы слабым ни был врождённый мастер боевых искусств в плане устойчивости к алкоголю, он не мог опьянеть до такой степени. Единственной причиной случившегося могло быть только...
Ван Чэнь поспешно отыскал два кувшина в форме журавля и убрал их в пространственный мешочек.
Оба Кувшина Одурманивания Бессмертных были его трофеями, доставшимися от бродячего торговца и Троих Друзей Тайцзэ. Раньше они просто пылились у него в запасах, но на этот раз, чтобы справиться с Лу Дэфаном, Ван Чэнь специально их достал.
Ранее он варил кашу и жарил мясо, смазывая его соусом, именно для того, чтобы ароматом еды скрыть запах одурманивающего фимиама. И в итоге Лу Дэфан действительно попался на уловку!
Разумеется, рассчитывать на то, что подобная вещица сможет полностью свалить с ног практика на стадии Великого Совершенства Конденсации Ци, было бы глупостью. Ван Чэню требовалось лишь самую малость повлиять на сильного врага, чтобы создать один-единственный шанс для атаки!
Из-за секундной неосторожности Лу Дэфан лишился глаза, что и заложило фундамент для последующей победы Ван Чэня.
Он и не думал, что, забыв вовремя убрать кувшины, случайно усыпит и Вэй Сюна. Всё-таки эта вещь была весьма мощной.
Ван Чэнь поспешно достал пилюлю Отрезвления, раздавил её и поднёс к ноздрям Вэй Сюна. Эта пилюля обладала сильным бодрящим эффектом и была одним из универсальных противоядий против усыпляющих дымов и благовоний. Раз уж Ван Чэнь использовал Кувшин Одурманивания Бессмертных против Лу Дэфана, он обязан был подготовить противоядие для себя. Иначе, если бы он сам потерял сознание, это стало бы грандиозной нелепостью!
— Апчхи!
Под воздействием лекарства Вэй Сюн внезапно пришёл в себя. В то мгновение, когда он открыл глаза, от него исходила такая свирепая и грозная аура, что Ван Чэню, стоявшему совсем рядом, на миг показалось, будто он столкнулся лицом к лицу с диким зверем.
Такую ауру невозможно обрести, не имея на счету как минимум сотни жизней!
Однако Вэй Сюн мгновенно осознал ситуацию и тут же скрыл свою мощь.
Ван Чэнь с извиняющимся видом произнёс:
— Брат Вэй, прошу прощения. Я забыл вовремя убрать Кувшин Одурманивания Бессмертных.
Вэй Сюн, разумеется, прекрасно знал, что такое Кувшин Одурманивания Бессмертных. Он со стыдом ответил:
— Я заставил бессмертного мастера увидеть моё позорное состояние.
Этот врождённый мастер и представить не мог, что когда-нибудь его одурманят благовония! Главная причина была в том, что он полностью доверял Ван Чэню и потому не проявлял ни малейшей бдительности. И, как показала практика, Ван Чэнь не обманул этого доверия. Ведь если бы у Ван Чэня были дурные намерения, то в таком состоянии десять Вэй Сюнов на месте превратились бы в прах!
— Между нами нет нужды в церемониях.
Ван Чэнь налил Вэй Сюну чашу Вина из Духовного Риса:
— Продолжим пить!
В этот раз он специально пригласил Вэй Сюна помочь разобраться с Лу Дэфаном, и это было тщательно обдуманное решение.
Во-первых, нужно было гарантированно прикончить противника, не давая этому сильному врагу ни единого шанса на побег. Стоит понимать, что в этой битве Ван Чэнь знал себя, но не знал врага. Его понимание сил Лу Дэфана ограничивалось лишь поверхностными сведениями. Какими заклинаниями и магическими артефактами владел этот практик Великого Совершенства Конденсации Ци, какими способностями обладал — Ван Чэнь, можно сказать, не имел ни малейшего понятия.
Хотя он был уверен в своей победе, полностью устранить Лу Дэфана, не дав ему уйти — совсем другое дело. Ван Чэнь не собирался недооценивать своего оппонента. В такой ситуации роль сильного союзника становилась неоценимой.
Ван Чэнь сразу подумал о Вэй Сюне. И это был его единственный выбор!
Пусть Вэй Сюн был всего лишь врождённым мастером, его боевая мощь была поразительной. В своё время он в одиночку отбил у других яйцо Феникса Таинственного Огня, благодаря чему смог пристроить свою младшую сестру к прямому ученику, а сам стал почетным гостем в Пурпурном Дворце. Сила, методы и характер — всё было при нём!
Самое главное, что Вэй Сюн умел быть благодарным, и его личные качества были куда выше, чем у многих практиков Конденсации Ци или даже Пурпурного Дворца. Когда Ван Чэнь обратился к нему с просьбой о помощи, Вэй Сюн согласился без малейших колебаний, даже не спросив, кем именно является враг!
Конечно, в его согласии сыграло роль желание отплатить Ван Чэню за доброту, но подобная удаль и решительность вызывали искреннее восхищение. И действия Вэй Сюна не разочаровали Ван Чэня. Тот великолепный выпад копьём в критический момент окончательно определил исход битвы!
Ван Чэнь не забыл, как Вэй Сюн, пронзив сердце врага, мгновенно и чисто отступил. Он стоял снаружи под дождем и ветром до тех пор, пока Ван Чэнь не закончил с делами Лу Дэфана, и вошёл в зал только тогда, когда услышал зов. Если такому человеку нельзя доверять, то кому тогда можно?
Во-вторых, Ван Чэнь хотел через это совместное дело наладить с Вэй Сюном союзнические отношения, основанные на взаимной поддержке. Им не нужно было часто видеться, достаточно было поддерживать нормальный обмен информацией, чтобы в критический момент стать друг для друга надёжной опорой.
Кроме того, выбор Вэй Сюна в качестве союзника имел ещё одно преимущество. Вэй Сюн не был практиком и не мог точно определить уровень сил Ван Чэня. В его присутствии случайное раскрытие каких-то секретов культивации не имело большого значения. К тому же Вэй Сюн не был из тех, кто отличается излишним любопытством или не умеет держать язык за зубами.
Теперь, когда они вдвоём прикончили Лу Дэфана, этот прочный союз можно было считать окончательно установленным.
— За нас!
Чаши столкнулись, отчего на поверхности Вина из Духовного Риса выступили пузырьки. Ван Чэнь и Вэй Сюн осушили их одним глотком.
Пусть они не приносили клятв на крови и не совершали ритуальных обрядов побратимства, но разве может формальное братство сравниться с узами, закалёнными в совместном бою против сильного врага!
Выпив две фляги вина и разделив котелок каши из духовного риса с жареным мясом, сытый и довольный Вэй Сюн первым начал прощаться. Сейчас у него был особый статус, и без разрешения хозяев он не мог надолго покидать Город Облачных Гор, иначе могли возникнуть проблемы.
Перед уходом Ван Чэнь всучил Вэй Сюну пространственный мешочек. Убив Лу Дэфана, он получил сегодня огромную добычу, и, конечно, полагалось поделиться с тем, кто был рядом. Ван Чэнь не привык забирать всё себе.
Вэй Сюн немного удивился и инстинктивно хотел отказаться. Ведь ранее Ван Чэнь уже отдал ему целых пятьдесят Талисманов Крови и Сущности. Этой платы Вэй Сюну было более чем достаточно, ведь он сделал всего один выпад копьём.
Но Ван Чэнь знал его слабое место:
— Это для сестрёнки Лянь.
Вэй Сюн заставил себя проглотить уже готовые сорваться с языка слова отказа. Как только Вэй Лянь начнёт поглощать Ци в своё тело и станет практиком, её потребность в ресурсах для культивации станет безграничной. Ему самому было всё равно, но будущее сестры было важнее всего. Поэтому этот жест доброй воли от Ван Чэня он принял!
Проводив Вэй Сюна, Ван Чэнь и сам отправился домой. Его походка была необычайно лёгкой. Ветер и дождь снаружи давно стихли, тучи разошлись, и полная луна осветила землю.
Ван Чэнь, как обычно, пробрался в дом через подземный ход. Когда он оказался в тайной комнате на третьем подземном ярусе, то внезапно почувствовал неладное.
— Пи-пи!
На письменном столе в комнате, выпрямившись, сидела Большая Белая Крыса с белоснежной шерстью! Увидев Ван Чэня, она поднялась на задние лапы и сложила передние в приветственном жесте. Её живые глаза, казалось, умели говорить.
Всё было точно так же, как при их первой встрече в прошлом году!
— Сяобай!!
П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)