Глава 1005 — Внезапная перемена
— Как пахнет!
Сунь Чжэнхэн, сидевший на шерстяном ковре, не удержался от похвалы, вдыхая аромат жареного мяса.
Он с улыбкой сказал Ван Чэню:
— В округе Ханьхай не так много деликатесов, но вкус местных баранов исключителен. Однажды мне довелось отведать их в Да Е, и воспоминания свежи до сих пор!
Гобийские бараны, которых выращивали в округе Ханьхай, испокон веков поставлялись к императорскому двору в качестве дани. Из-за долгого пути лишь немногим животным удавалось добраться до столицы живыми, поэтому ценились они чрезвычайно высоко.
А в самом городе Ханьхай баранина, без сомнения, была самой свежей и вкусной.
Один из поваров, взмахнув острым кривым ножом, с поразительной ловкостью отрезал два больших, шипящих жиром куска баранины на кости. Он выложил их на серебряное блюдо, которое тот самый толстый купец лично поднёс Ван Чэню и Сунь Чжэнхэну.
— Прошу вас, господа, угощайтесь, — толстяк почтительно опустился на колени, удерживая блюдо обеими руками.
Сунь Чжэнхэн рассмеялся:
— Ван Тайбао, прошу, начни ты.
Ван Чэнь не стал скромничать. Он взял кусок жирной, поджаристой снаружи и нежной внутри баранины и откусил добрую порцию.
Как и говорил Сунь Чжэнхэн, вкус жареной баранины был выше всяких похвал. В мясе не чувствовалось ни малейшего специфического запаха, оно было нежным, истекало соком и буквально таяло во рту, заставляя вкусовые рецепторы трепетать от восторга.
А специи, которыми была посыпана корочка, обладали особым ароматом, идеально дополнявшим вкус мяса. От такой еды можно было и язык проглотить!
Однако, прожевав пару раз, Ван Чэнь не стал глотать мясо. Напротив, он внезапно изменился в лице и швырнул недоеденный кусок прямо в физиономию стоявшего на коленях толстого купца.
Шлёп!
Опешивший купец, на чьём лице ещё мгновение назад сияла подобострастная улыбка, от удара увидел перед глазами искры и окончательно впал в ступор.
— Какая дерзость! — ледяным тоном выкрикнул Ван Чэнь. — Ты посмел подмешать в мясо снадобье, чтобы извести личную гвардию Сына Неба!
Его голос мгновенно разнёсся по главному залу временного дворца, так что каждый воин Имперской Гвардии Юйлинь отчётливо его услышал.
Сунь Чжэнхэн, услышав это, пришёл в ярость. Он рывком вздёрнул толстяка с пола и отвесил ему две хлёсткие затрещины.
— Говори! Кто приказал тебе подсыпать яд?
После битвы в Великих Степях Западного Моря доверие командующего Имперской Гвардией Юйлинь к Ван Чэню стало безграничным. Он ни на мгновение не усомнился в его словах, и гнев в его глазах был готов выплеснуться наружу.
От пощёчин у купца вылетело несколько зубов, а из носа, рта и даже ушей потекла кровь. К счастью, Сунь Чжэнхэн даже в гневе сохранил остатки самообладания, иначе он мог бы просто размозжить голову несчастному.
— Оклеветали! Оговорили! — заголосил толстяк, придя в себя от жуткой боли. — Господин, господин, пощадите! Будь у меня хоть сердце медведя и желчь леопарда, я бы никогда не осмелился посягнуть на жизни господ!
Он был напуган до смерти. Этот человек был Главным Управляющим одной из торговых гильдий города Ханьхай и обычно вёл дела с Великой Янь. Узнав, что свадебный кортеж прибудет в приграничный округ, он приложил все усилия и задействовал все связи в управлении округа, чтобы заполучить подряд на снабжение армии.
Он надеялся, что это поможет ему завязать знакомство с Принцессой Цинъюнь — хотя бы удостоиться её похвалы. Ведь если она в будущем станет супругой наследного принца или даже императрицей Великой Янь, он непременно окажется в выигрыше.
Но он и в страшном сне не мог представить, что тщательно подготовленный пир обернётся такой катастрофой!
— Ещё и оправдываешься! — Сунь Чжэнхэн рассвирепел ещё сильнее. Он сжал горло купца, намереваясь заставить того молить о смерти как о милости.
— Погоди, — Ван Чэнь жестом остановил Сунь Чжэнхэна и громко позвал: — Где лекари?
Стоило ему замолчать, как трое лекарей, сопровождавших кортеж, тут же поспешили на зов. К этому моменту все повара, прислуга и рабочие уже были взяты под стражу гвардейцами Юйлинь, и обстановка в зале накалилась до предела.
Ван Чэнь указал на горшочки со специями возле вертела:
— Проверьте приправы. Мне кажется, с ними что-то не так.
Его восприятие было невероятно острым. Едва мясо коснулось языка, как он почувствовал неладное. Хотя сильный аромат баранины и специй почти полностью скрывал постороннюю примесь, от вкусовых чувств Ван Чэня ничего нельзя было утаить.
Один из лекарей взял горшочек, достал щепотку специй и разделил её с коллегами. Все трое были придворными врачами, обладали глубокими познаниями в медицине и фармакологии. Проведя несколько тестов и переговорив между собой, один из них поклонился Ван Чэню и доложил:
— Господин Ван, мы с коллегами пришли к выводу, что в эту приправу, вероятнее всего, подмешан столетний розмарин!
— Розмарин? — Ван Чэнь приподнял бровь.
Розмарин был дикорастущей травой с легким галлюциногенным эффектом. Его иногда использовали как добавку к специям, чтобы улучшить вкус блюда. Обычный розмарин был безвреден, но вот растение, чей возраст перевалил за сто лет, обладало такой силой, что перед ним не могли устоять даже воины третьего или четвёртого ранга!
Это было мощное усыпляющее средство высшего качества. Однако столетний розмарин встречался крайне редко, и купить его на рынке было практически невозможно. То, что лекари смогли его опознать, говорило об их огромном опыте.
Ван Чэнь повернулся к толстому купцу, которого только что отпустил Сунь Чжэнхэн, и холодно спросил:
— Что скажешь на это?
Купец, уже не державшийся на ногах, рухнул ниц и принялся неистово биться лбом о пол:
— Господин, господин! Я ничего не знал! Клянусь, меня подставили!..
Жизнь его висела на волоске, поэтому он бил челом так сильно, что лоб разбился в кровь. Но толстяк, не замечая боли, продолжал свои мольбы.
Ван Чэнь некоторое время пристально смотрел на него и вдруг произнёс:
— Я тебе верю.
Каким бы искусным актёром ни был этот человек, он не смог бы обмануть восприятие Ван Чэня. Слова купца были искренними — его явно использовали как козла отпущения.
Толстяк ударился лбом ещё несколько раз, прежде чем осознал сказанное, и тут же разрыдался в три ручья. На него навалилась такая обида за перенесённый ужас!
Ван Чэнь нахмурился:
— Уведите его. Всех задержанных запереть в боковом пределе. Тех, кто посмеет сопротивляться — казнить на месте!
События развивались стремительно, и у Ван Чэня не было времени выяснять, кто из людей Главного Управляющего виновен, а кто нет. То, что он просто приказал их запереть, уже было высшим проявлением милосердия.
По приказу Ван Чэня свирепые, подобно волкам и тиграм, гвардейцы Юйлинь немедленно согнали всех этих людей в боковой зал под охрану.
Сунь Чжэнхэн с помрачневшим лицом спросил:
— Господин Ван, что нам теперь делать?
Дело принимало серьёзный оборот. Одно дело, если это козни каких-то тайных недоброжелателей. Но если к этому причастно руководство округа Ханьхай или, что ещё хуже, расквартированная здесь Армия Ханьхай…
Тогда беды не миновать. Ведь Армия Ханьхай считалась элитой пограничных войск, и её численность достигала пятидесяти тысяч человек!
П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)