Глава 70
Стоило нам вернуться в Брайсбург, как я тут же передал подонков из «Шварц Вольф» в министерство юстиции. Министр немедля вызвал меня в приемную. Не знаю, показалось мне или нет, но за то короткое время, что мы не виделись, он еще сильнее осунулся.
— Надо же, так быстро добиться результата! — Воскликнул он. — Вы, сэр, как и всегда, оправдали мои лучшие ожидания.
— Благодарю. Однако вы выглядите неважно. Что-то случилось?
— Министерство финансов и министерство внутренних дел завалили меня протестами из-за судебных полномочий, которыми я вас наделил. Конечно, я ожидал подобного, но реакция оказалась куда более яростной, чем я предполагал. Признаться, я в некотором замешательстве.
Хоть князь и дал свое добро, формально инициатива исходила от министра юстиции, так что свора упрямых старикашек, видимо, решила устроить коллективную истерику. Будь на его месте мой тесть, он бы просто отмахнулся, но министр, похоже, натура более тонкая.
— Впрочем, теперь, когда вы продемонстрировали столь блестящий успех, у нас есть весомое оправдание, даже если кто-то считает ваши полномочия чрезмерными. Их голоса больше не будут иметь веса. Так что продолжайте в том же духе.
— Боюсь, в ближайшее время вам придется несладко, — заметил я. — Ведь жалобы станут только громче.
— Ха-ха-ха! Я к этому готов. Ради таких результатов я готов вытерпеть что угодно.
Министерство финансов негодовало из-за вопросов реквизиции, а министерство внутренних дел заявляло, что я посягаю на права управляющих землями. Что ж, они правы. Именно это я и собираюсь делать.
Если я начну ворошить дела в королевских доменах, столкновения с управляющими неизбежны. Вместо того чтобы полагаться на этих никчемных бездельников, мне куда проще и надежнее разобраться со всем самому.
Собственно, именно поэтому князь и принял предложение министра юстиции.
Я и раньше это замечал, но князь ко мне на редкость благосклонен. Сначала даровал Пойзен, затем позволил создать Орден Рыцарей Шторма и назначил меня командиром. Может, я слишком много накручиваю?
Ради сохранения политического баланса я решил встать на сторону министерства юстиции. К тому же администрация и так вечно на ножах с военным ведомством, не говоря уже о финансах. Потакать им нет никакого смысла.
— Теперь, когда «Шварц Вольф» схвачены, я наконец смогу смотреть в глаза графу Эссенбаху. Мы долго пытались их поймать, но управляющие на местах действовали так вяло, что я только позорился.
— Я на собственной шкуре прочувствовал это в Айстене, — усмехнулся я. — Теперь прекрасно понимаю, почему у вас душа за них болела.
Министр весело рассмеялся. Я же засомневался: стоит ли говорить ему, что банда получила заказ на устранение семьи Виктора?
Хоть я и не мог раскрыть всю подоплеку, было бы неплохо натравить министерство на того, кто нанимает наемных убийц. Как говаривал старик Бертхайм – нужно использовать любую возможность.
— Это правда? — Лицо министра мгновенно стало серьезным. Одно дело – поимка опасных преступников, и совсем другое – заказное убийство. Если ниточки ведут к кому-то из Брайсбурга, это нельзя игнорировать.
— Признаниям бандитов из «Шварц Вольф» нельзя верить на слово, но проверить стоит.
— Прошу вас, займитесь этим. А я пока займусь поимкой остальных мерзавцев.
Заметив, как серьезность во взгляде министра сменилась иным блеском, я почувствовал глубокое удовлетворение. Кажется, я только что обеспечил выжившим «волкам» новую порцию страданий. Министр юстиции был из тех людей, кто искренне любил пытки.
Это парадоксальное сочетание верности закону и страсти к истязаниям и сделало его тем, кто он есть. Как бы то ни было, сбагрив ему пленных, я получил заслуженную награду.
Трое из банды были в розыске. За них выплатили 150 серебряных монет, а еще 132 монеты, найденные у них, пополнили мой кошелек.
По негласному правилу: кто поймал преступников, тот и забирает их имущество. Своего рода военная добыча.
Заработать 282 серебряных за такой короткий срок… Да это просто золотая жила! Красота!
Часть денег я тут же распределил между рыцарями ордена. Внезапный бонус мгновенно поднял боевой дух. О своих людях нужно заботиться самому – кто, если не я? Только так растет их преданность.
— С возвращением, любовь моя! Вы так трудились!
— Ох, напугала!
— Хи-хи, ну чего вы? Вам же нравится, когда я так запрыгиваю к вам на руки.
Стоило мне переступить порог дома, как Хильда бросилась мне на шею. Моя жена настолько прекрасна и очаровательна, что я готов писать об этом трактаты. Судьба подарила мне идеальную невесту в этом мире!
Глядя на наши бурные проявления чувств, Даниэль неловко улыбался. Я слышал, что Гёринг вовсю натаскивает его, и, судя по выправке, парень уже начал приобретать лоск настоящего дворецкого.
Ханс, официально женившись на Присцилле и став главой семьи, тоже заметно остепенился. Больше всех свадьбе брата радовалась Сабине. Наверное, их покойные родители тоже были бы счастливы.
Оскар тоже связал себя узами брака. Его избранницей стала та самая служанка из военного ведомства. Поскольку у меня совсем не было времени, Хильда сама всё устроила, и они сыграли свадьбу вместе с Хансом и Присциллой.
К сожалению, только Тед остался без пары. Он свято верит обещанию Густава из Розенхайма познакомить его с сестрой. Антон и Винтер тоже коротали дни в одиночестве.
Впрочем, раз уж Хильда взялась за дело, скоро и у них будут новости.
Попивая крепкий розовый чай, я смывал с себя усталость. Даниэль замер неподалеку, готовый исполнить любое мое поручение. Когда я поблагодарил его, мальчишка смущенно заулыбался. Славный малый.
— Пока вас не было, Вольф, к нам приезжали гости из Оэза.
— Из Оэза? А, должно быть, привезли выкуп за пленных.
Похоже, деньги за графа Эпиана и восьмерых рыцарей наконец-то доставили. Я развернул запечатанный свиток, присланный графом Оэзом. Письмо было составлено в весьма вежливых выражениях.
За графа и рыцарей прислали в общей сложности 20 золотых монет.
Переговоры прошли удачно, и сумма оказалась внушительнее, чем я ожидал. Теперь в моем распоряжении ровно 50 золотых. Серебра – точно не считал, но больше 1800 монет.
А медь… Разве это деньги?
Мелочью я больше не интересуюсь.
Зарабатываю я больше, чем трачу, потому что на роскошь нет времени, да и сорить деньгами я не люблю. Азартными играми не увлекаюсь, богатством не кичусь.
Хильда же предпочитает вкладывать деньги в лошадей, а не в платья и драгоценности. Конечно, став женой лорда, ей пришлось посещать приемы и тратиться на соответствующий наряд, но это стоило меньше одного золотого.
Проглядывая письмо дальше, я зацепился за информацию о дезертирах, ставших разбойниками.
Война закончилась, а проблемы остались. Граф Оэз предупреждал, что банды бывших солдат могут перебраться на мои земли, и советовал быть осторожнее. Крайне ценные сведения.
И этот шанс нельзя упускать.
— Ой, неужели мы действительно едем в Пойзен?
— Да. Не знаю, сколько мы там пробудем, так что начинай сборы.
Хильда, давно мечтавшая побывать в нашем родовом поместье, буквально просияла.
Я планировал поехать туда после завершения формирования ордена, но дела наваливались одно за другим, и я понял: если не решусь сейчас, это затянется навечно.
Дезертиры могут выйти к границам Пойзена, так что, если я возглавлю Орден Рыцарей Шторма и обоснуюсь в своем главном владении, я смогу реагировать быстрее. Да и повод для переезда законный.
Заодно и в роли лорда себя попробую.
А то сейчас я лорд только на бумаге, свалив всё управление на Аугуста.
Меня уже повсюду величают «ваша милость», а я в своих владениях толком и не распоряжался – даже неловко иногда. Скоро моя жизнь круто изменится.
— Я хотела в Пойзен не только потому, что это наши земли, — призналась Хильда. — Просто я больше не могу ходить на эти приемы. А в Пойзене меня будет не так-то просто достать приглашениями.
— Ах, вот оно что. Бедная моя Хильда, досталось же тебе.
Пока я пропадал на службе, Хильде приходилось вести светские баталии. С ростом моей славы знатные дамы наперебой зазывали её к себе, соревнуясь в престиже.
Для Хильды, которая не жаловала балы и пустую болтовню, это было пыткой. Она явно была на пределе, и я надеялся, что в Пойзене она отдохнет душой. Я ласково коснулся её плеча.
Взяв её за руку, я легонько провел пальцем по тыльной стороне ладони. Это был знак. Поначалу Хильда ворчала, что плотские утехи при свете дня противоречат церковным догматам.
— Вы хотите толкнуть меня на грех перед Господом?
Она шутливо сощурилась, но всё же прижалась ко мне. И какой только идиот придумал, что супругам нельзя любить друг друга днем?
Церковь дошла до того, что совала нос даже в постель прихожан. И дворяне, и простолюдины жили под этим гнетом. Были ограничения даже на количество сношений и строго определенные дни для них.
Если ребенок зачинался в «правильный» день, его считали дитям судьбы, но из-за этих нелепых правил многие благородные дома оставались без наследников, просто не попадая в период овуляции.
— Милосердный Господь будет только рад нашей любви, — прошептал я.
— Ох, надо же, вспоминаете о Боге только в такие моменты? Вы нерадивый прихожанин, Вольф.
Я подхватил Хильду на руки, собираясь отнести в спальню, как вдруг в дверях появился Даниэль.
— Господин! К нам гость из королевского дворца!
— Какая жалость, Вольф. Вам придется принять гостя, — Хильда хихикнула.
Замерев в нелепой позе, я был вынужден опустить жену на пол.
Она показала мне кончик языка и шустро упорхнула.
Внутри меня закипал праведный гнев. Какая сволочь посмела помешать священному союзу супругов?
Из дворца? Да будь это сам наследный принц, я ему этого не забуду.
— Рад встрече, лорд Пойзена. Я состою на службе у принца Луиса.
Гость оказался крайне неожиданным.
Если бы это был Франц или принцесса, я бы не удивился, но второго принца я в глаза не видел. Только Хильда была с ним знакома. Луис был известен своим слабым здоровьем и почти не появлялся на официальных мероприятиях.
Старый слуга вежливо передал просьбу принца: он приглашал меня и Хильду на завтрашний обед. Честно говоря, Луис не был наследником, и у меня не было особых причин бежать к нему по первому зову.
В королевской семье тоже есть своя иерархия. Многие высокопоставленные дворяне открыто пренебрегали вторым принцем. Да и фракция второго принца состояла сплошь из политических аутсайдеров.
К чему такое внезапное приглашение?
Здесь явно что-то не так.
Обычно приглашения рассылают заранее, а такая спешка считается дурным тоном. Однако слуга настойчиво подчеркивал, что встреча носит неофициальный характер.
В итоге я согласился. Слуга, довольный, откланялся.
Что ж, заодно посмотрю, что это за человек.
— Луис с детства был болезненным и хрупким, — рассказывала Хильда в карете. — Он всегда мечтал стать рыцарем. Думаю, вы, Вольф, могли бы стать ему хорошим другом.
Она была в добрых отношениях со всей королевской семьей и относилась к Луису как к младшему брату.
— Благодарю, что приняли мое приглашение, лорд Пойзена, — поприветствовал нас принц.
— Для меня это честь, принц Луис.
— Давно не виделись, сестра Хильда. Прости, что не смог быть на твоей свадьбе.
— Ничего страшного. Я ведь всё понимаю.
Передо мной был весьма учтивый и привлекательный молодой человек. Если не считать бледности, он не выглядел таким уж умирающим. Он был очень любезен и вызывал инстинктивное желание его защитить.
Всё было бы прекрасно, если бы в его склонностях не значилось «Заговор (Зло)».
Стоит мне увидеть такое, как я невольно начинаю ждать подвоха. Интриганы – самые опасные люди. Морт, Бертхайм, князь, министр финансов – все они из той же породы.
Хотя, если подумать, министр финансов из них самый безобидный.
Принц Луис был поразительно похож на своего отца-князя.
К сожалению, именно худшими чертами.
Наследный принц Франц был человеком чести, принцесса Эванджелин – тщеславной, но бесхитростной. Луис же был другим.
Хильда увлеченно болтала со старым знакомым. Обычный человек никогда бы не заподозрил подвоха за этой мягкой улыбкой. Но его психологическое состояние четко указывало на обман.
— Лорд Пойзена, я хотел бы спросить вас об одном.
— Спрашивайте, ваше высочество. Отвечу со всей искренностью.
— Достоин ли мой брат Франц того, чтобы вы ему служили?
Чего? Вот так, в лоб?
Хильда оторопела, я замер, а старый слуга едва не лишился чувств.
— Ха-ха-ха! Это всего лишь шутка. Шутка!
— Такими вещами не шутят, — выдохнула Хильда. — Вы меня до смерти напугали.
— Прости, просто захотелось немного подразнить вас.
Что-то мне подсказывает, что это была не шутка.
— Отвечая на ваш вопрос: да, он более чем достоин. Его Высочество умеет отличать добро от зла, обладает мужеством и состраданием.
— Вольф, ну зачем отвечать так серьезно на шутку? — Прошептала Хильда, незаметно ущипнув меня за бок.
Её мастерство скрытых щипков растет не по дням, а по часам.
Однако я заметил, как на миг дрогнула улыбка Луиса.
— Спасибо за серьезный ответ. По вашим словам, Франц и впрямь велик душой. Он всегда был ко мне добр, и я боялся, не делает ли эта мягкость его уязвимым как наследника. В отличие от меня, немощного.
Атмосфера стала натянутой, и Хильда поспешила сменить тему, переведя разговор на турнир. Как чемпион в личном и командном зачетах, я быстро стал центром беседы.
Пришло время прощаться.
Хильде было грустно расставаться с Луисом, но принц ни на секунду не снимал свою маску. Он был безупречен в своем притворстве.
— Сестра Хильда, позволишь мне перекинуться парой слов с лордом наедине?
Значит, всё-таки есть разговор.
Когда Хильда и слуга вышли, мы остались одни.
— Я восхищался вами, лорд.
— Это большая честь, принц.
Меньше всего мне хотелось бы восхищения от такого типа.
— Рыцарь Шторма, спасший наследника от убийцы, герой войны, сокрушивший Бургундию, и чемпион турнира… Вы идете по пути чести и славы.
В его голосе послышалась ирония.
— Вы сияете так ярко. Это даже вызывает во мне зависть.
— Ваше высочество, к чему вы клоните?
Впервые его маска соскользнула. Улыбки как не бывало.
— Я лишь хочу дать совет человеку, чей путь столь безупречен. Порой ложь становится истиной. Но я не позволю этому случиться.
— …О чем вы?
В этих словах, в отличие от всего остального, звучала истинная правда.
— Придет время – узнаете. Счастливого пути.
Всю дорогу домой я размышлял над его словами.
«Ложь становится истиной, но я этого не допущу». Что ложь? Что истина? Зачем он дал мне это странное предостережение?
Я так и не понял мотивов этого интригана.
В итоге я решил всё пересказать проницательной госпоже Хильде.
— «Не скрывай истину ложью и не оскверняй истину ложью»…
— Похоже на цитату из Библии.
— Так и есть. Евангелие от Марко.
Вот как? Я никогда не читал писание, так что не в курсе. Важен смысл. Хильда предположила, что Луис, как ревностный верующий, просто поделился неким духовным озарением.
Если сопоставить это с заговором выживших в Третьей битве… Нет, слишком мало данных, сплошные загадки.
Ясно было одно: Луис недолюбливает наследного принца. На публике они братья-не разлей вода, но мой скаутер не обманешь.
Может, у наследника есть какой-то скелет в шкафу?
— Вольф, как вам мой дорожный костюм?
— О, тебе очень идет. С сюрко будет вообще идеально.
— Хи-хи, вы такой странный. Вам такие наряды нравятся больше, чем платья.
Разумеется. Этот костюм, подчеркивающий идеальную фигуру Хильды, я спроектировал сам и заказал у лучшего портного. К черту запреты на брюки – это только для моей жены.
Вассалы были в восторге от того, что мы наконец посетим мои земли. Оскар и Тед бывали там мельком, но деревню толком не видели.
Я и сам там, по сути, впервые.
Раньше я всё время торчал в лагере, муштруя солдат, и в поселение не заходил. Кто бы мог подумать, что Пойзен станет моим домом.
— В Пойзен? Я с вами! — Влез Михаэль.
— Тебе заняться нечем?
— У меня отпуск. А если останусь дома, отец заставит работать.
Ну конечно. В итоге к нам присоединились Михаэль и его жена. Розенгартен я поручил заботам Гёринга. Тот поначалу отнекивался, но старик Бертхайм велел ему ехать в счет долга за доставленные мне хлопоты.
Так что Гёрингу пришлось осесть в Розенгартене до нашего возвращения.
Михаэль, увидев наш эскорт, только присвистнул.
— Целый рыцарьский орден в охране? Не слишком ли роскошно?
— Я планирую сделать Пойзен нашей базой, так что беру их с собой. Заодно и потренируемся в пути.
— Что ж, охрана и впрямь королевская. Зато доедем с комфортом.
С вассалами, груженными припасами телегами и в сопровождении пятидесяти всадников Ордена Рыцарей Шторма мы наконец выдвинулись в Пойзен. Пора дать душе отдых.