Глава 17
Розенгартен – прекрасное поместье, утопающее в розах, но до того как им завладел Бертхайм, у этого места было зловещее прозвище. Его называли проклятым домом Роденов. Как выяснилось позже, семья Роден и впрямь была первыми владельцами этого особняка.
В те времена, когда по округе гуляли легенды о слуге Сатаны, похищающем мальчиков во искупление грехов, поместье по воле случая приобрел род Констанц.
Семье Констанц негде было остановиться в столице, и они за бесценок выкупили заброшенный дом, окруженный дурными слухами. Барон не верил в сказки про слуг дьявола; он разбил великолепный розарий, чтобы красотой цветов заглушить мрачное прошлое.
Его эстетический вкус был настолько безупречен, что мода на розовые сады быстро распространилась среди знати, а поместье получило имя Розенгартен.
Однако слава Констанцев быстро увяла, и прекрасные розы не смогли одолеть проклятие Роденов. После того как барон Констанц пал в войне с Францией, не оставив наследников, люди в страхе заговорили о возвращении древней беды.
Мол, славный Розовый барон сумел на время скрыть тень былого зла, но слуга Сатаны из зависти похитил рыцаря Господня. Для тогдашнего князя это поместье тоже стало головной болью: Орден настаивал на сносе здания, чтобы возвести на его месте величественное святилище во славу Божью.
Опасаясь расходов, споров о месте и чрезмерного усиления влияния церкви, князь под видом подарка передал поместье Бертхайму, который водил с Орденом тесную дружбу. У Бертхайма не было детей, и он упорно хранил обет безбрачия.
Покойный король даровал ему высокий титул маркиза, рассудив, что старик все равно доживет свой век в одиночестве, и это не создаст проблем с наследованием. В те времена подобные странности были возможны лишь потому, что Бертхайм не стремился к власти и поддерживал добрые отношения со всеми – от министров до местных феодалов.
Бертхайм умеет вести беседу так, что ты и сам не замечаешь, как выкладываешь ему все тайны. Хорошо, что я вовремя спохватился, иначе беды не миновать. Судя по его словам о том, что он стал «молчаливым стариком», маркиз, скорее всего, просто решил меня пощадить.
Захоти он всерьез вытянуть из меня секреты, я, будучи сущим желторотиком, выболтал бы всё под его искусным напором. Каким же он был в годы своего расцвета?
Может, покойный король так ценил Бертхайма именно за то, что тот знал все подноготные дворян? И притом владел таким красноречием, что аристократы сами приносили ему свои слабости на блюдечке.
Возможно, я слишком много накручиваю, но одно ясно: с этим стариком нельзя терять бдительность. Как бы то ни было, выслушав от Гёринга тайную историю Розенгартена, я понял, что это место полно скрытых смыслов и очарования.
Ханс и Оскар, должно быть, видят в нем лишь проклятую обитель, но мне здесь очень нравилось. К тому же наличие секретного пространства – давней мечты – открывало безграничные возможности.
— Как я и думал, здесь кто-то жил.
— М-может, это всё же слуга Сатаны? Или проклятие Роденов?!
— Ты чего несешь, балда?
Благочестивый Ханс явно струхнул. С того момента, как Гёринг упомянул о прошлом дома, он заметно побледнел – видимо, подобные предания были его слабым местом.
Мы с Оскаром, будучи гораздо младше (мне пятнадцать, ему шестнадцать), сохраняли спокойствие, а этот детина двадцати двух лет от роду дрожал как осиновый лист. Было забавно на это смотреть. Секретное пространство уходило вглубь, образуя длинный коридор.
— Кажется, эти стены возведены еще в римскую эпоху.
Гёринг, чьи знания были так же обширны, как и прожитые годы, коснулся старой кладки и пояснил, что этот проход был построен очень давно. Выглядело и впрямь древне, но я в этом мало что смыслю.
Я не историк и не археолог, чтобы по фактуре камня определять столетие. Но все равно было чертовски интересно.
По обе стороны коридора располагались шесть комнат. Судя по ржавым железным решеткам, когда-то здесь была тюрьма. Однако сейчас вместо узников там хранились припасы, словно на складе.
Запасов хватило бы, чтобы скрываться здесь долгое время.
— Здесь мешки с ячменем, фасолью и овощами!
— А в этой комнате, кажется, ткани, кожа и дрова.
— Как же они протащили столько добра внутрь? С тех пор как я управляю этим поместьем, я не замечал ничего подозрительного.
— Значит, есть и другой проход, ведущий наружу.
В этом не было сомнений. В конце коридора виднелась дверь, за которой наверняка скрывалась еще одна комната. И скаут подтверждал: Гюнтер фон Клюген именно там.
Он наверняка слышал, как мы вошли. То, что он не сбежал, означало лишь одно: он ждет нас.
— Оскар, ты первый.
Я подал Оскару знак поднять щит. Смышленый парень тут же понял, что за дверью может быть засада. Я не мог доверить авангард Хансу, который пока плохо владел искусством владения щитом.
Тед все еще восстанавливался после ранения, так что из моих людей сейчас самым надежным был Оскар. Он крепко прикрылся щитом и встал перед дверью. Я выхватил длинный меч, а Ханс вытянул свой армейский меч.
— Бах!
Оскар ударом ноги распахнул дверь и ворвался внутрь. За ним последовал Ханс, а следом и я. Просторная комната была освещена лампами. Здесь было все необходимое для жизни одного человека: кухонная утварь, кровать и даже снаряды для тренировок.
В самом центре комнаты, на стуле, сидел мужчина.
— Сэр Клюген!
Гёринг вскрикнул, узнав его. Мой скаут уже выдал имя, но ничто не подтверждает личность лучше, чем свидетельство знакомого человека. Для Рыцаря Роз он выглядел крайне жалко. Я сверился со скаутом администратора.
Гюнтер фон Клюген, 25 лет. Психологическое состояние: обида – месть. Склонность: справедливость (искаженная).
Искаженная? Его понятие о справедливости извратилось? Странный тип. И при чем тут обида и месть?
Оскар встал прямо перед ним, а я начал заходить с фланга.
— Почему вы прятались в таком месте? Вы хоть знаете, как Клара вас искала?
Клара – так, значит, звали ту служанку, что вышла за него замуж? Однако Клюген никак не отреагировал. Он лишь безучастно смотрел на Гёринга, не шевелясь.
Что за черт? Как мне поступить? Гёринг вовсю пытался взывать к его чувствам, упоминая Клару и маркиза, но рыцарь будто онемел.
— Покойный барон Констанц не хотел бы видеть вас таким.
— Сэр Рихард погиб несправедливо.
— Сэр Клюген? Барон Констанц…
— Скрежет стали.
Клюген медленно обнажил длинный меч.
[Квест «Призрак Розы I» завершен.]
[Награда: 500 очков, 500 медных монет.]
[Квест: Призрак Розы II]
[Сразитесь с Рыцарем Роз и выживите]
[Награда: 2000 очков, 20 серебряных монет (надбавка за риск)]
[Уровень опасности: ★★★☆☆]
Три звезды? И условия квеста просто поразительные. Не «победи», а «выживи». Даже этой косвенной информации хватало, чтобы понять: Клюген куда искуснее меня. Раз враг обнажил меч, мне придется отвечать.
Я принял позицию Быка и обратился к нему:
— Сэр Клюген! Мы не хотим с вами сражаться! Бросьте оружие, и мы не нападем!
— …Острие твоего меча не дрожит. Ты способный юный рыцарь.
Клюген внезапно проявил ко мне интерес. Он медленно встал в стойку – это была фом Таг, самая агрессивная верхняя стойка в немецком фехтовании. Потолки в подземелье были высокими, а места – достаточно, чтобы свободно махать длинным мечом.
Я вспомнил базовый прием из учебника немецкого фехтования против этой стойки.
Самым эффективным против фом Таг был Цверкхау.
Стараясь не давать ему пространства для маневра, я поднял рукоять на уровень лба и направил острие точно на Клюгена, держа меч горизонтально на линии взгляда.
Пока мы замерли друг против друга, Оскар зашел Клюгену в тыл. Рассеянное внимание замедляет реакцию – теперь рыцарь был зажат между двумя противниками. Именно поэтому я никогда не подставлял спину, даже сражаясь с толпой.
— Ханс! Забирай Гёринга и назад! Не вздумай лезть!
— Господин Вольфганг! Я тоже могу помочь!
— Ты еще только учишься! Как ты собрался отбивать удары рыцаря? Не лезь на рожон, не умирай почем зря!
Против такого врага Хансу, который только начал обучение у Оскара, ловить было нечего. Даже сам Оскар только-только перестал считаться зеленым новичком после первых стычек, а Ханс и до его уровня не дотягивал. Это было бы самоубийством.
— Не заставляешь подчиненных умирать зазря. Верное решение.
— Повторяю в последний раз! Брось меч!
Клюген проигнорировал предупреждение. Кошачьей походкой он мгновенно сократил дистанцию. Он попытался прикончить меня молниеносным Шайтельхау – теменным ударом сверху, но моя реакция была не хуже.
Связав его клинок байндингом, я надавил и крутанул острие к его голове. Но Клюген, извернувшись, ушел от удара и тут же отскочил.
— Дзинь!
Армейский меч Оскара метил ему в спину, но Клюген отбил его и тут же попытался ударить Оскара в горло – клинок лишь скользнул по щиту. Оскар попытался навалиться щитом, чтобы опрокинуть врага, но Клюген двигался невероятно легко и быстро, вмиг вырвавшись из окружения.
Это была техника кошачьей походки. Идеально для выхода из кольца.
Один из тех продвинутых приемов, которые я еще не освоил.
Дело дрянь. По уровню техники он явно превосходил меня. Три звезды опасности и прозвище Рыцарь Роз были заслуженными. Даже со щитом Оскару было опасно оставаться с ним один на один.
Против рыцаря может выстоять только другой рыцарь. Я не был уверен, как долго продержусь, но варианта отступить без боя для меня не существовало.
— Оскар, он силен, будь осторожен. Я буду атаковать, а ты ищи брешь.
— Лязг!
Отодвинув Оскара плечом, я отбил выпад Клюгена вверх и тут же перешел в контратаку колющим ударом, но рыцарь с силой рубанул сверху вниз, прижимая мой меч к земле.
Мы сошлись вплотную, началась борьба клинков в байндинге – каждый пытался перехватить инициативу в этой тактической дуэли. Но Клюген, казалось, видел меня насквозь.
Он провел молниеносный вайндинг, метя мне в плечо прямо из связки, но я вскинул рукоять выше, блокируя удар. Клюген тут же попытался полоснуть меня по голове, скользя лезвием по моему мечу.
Я заблокировал и этот выпад тыльной стороной клинка, а затем толкнул его плечом, заставляя разорвать дистанцию.
Я снова замахнулся для Шайтельхау, надеясь быстро рассечь ему голову, но Клюген в долю секунды ответил Крумпхау – кривым ударом он сбил мою атаку и зацепил мое левое бедро.
К счастью, рана была неглубокой, но я остро ощутил, что враг превосходит меня и в скорости, и в технике. И все же отступать мне не позволяла гордость.
— Дзинь! Клац!
— Кха!
Заметив, что мне трудно двигаться из-за раненого бедра, Клюген начал нападать так, чтобы я постоянно выставлял левую опорную ногу. Если я не удержу дистанцию, он просто изрубит меня в куски.
Поэтому я решил максимально сократить расстояние, навязать байндинг и применить навыки рестлинга. Силы-то у меня было в избытке.
Я навалился всем весом, пытаясь задавить его мощью, но в момент связки Клюген намеренно поддался и убрал сопротивление. Я, вложивший в толчок всю силу, потерял равновесие и повалился вперед – и в этот миг получил сокрушительный удар в солнечное сплетение.
Дыхание перехватило. Его навыки ближнего боя тоже были на высоте. Честным поединком мне было его не одолеть.
Но я из последних сил вцепился в байндинг, не давая ему разорвать дистанцию. Пока Клюген был сосредоточен на мне, у Оскара появился шанс.
Этого я и ждал. Оскар ударил его в спину армейским мечом. Клюген почуял неладное и успел увернуться, но в этот момент я полоснул его по правому плечу скользящим ударом.
Один на один он был сильнее, но двое против одного – совсем другое дело. Клюген на миг забыл про Оскара лишь потому, что я сам был для него серьезным противником.
Важнее было выжить, используя все ресурсы, чем красиво умереть в дуэли. Я начал активно пользоваться численным преимуществом.
— Оскар! Коли в спину!
— Глухой удар!
— Кх!
Прежде чем мы успели его дожать, Клюген наступил мне на подъем стопы и с силой боднул головой в переносицу. От удара меня отбросило назад. Воспользовавшись заминкой, рыцарь отбил меч Оскара и наотмашь ударил его навершием меча по лицу.
Оскар выронил щит и повалился на пол. Клюген уже занес меч для последнего удара, но тут Ханс, бросив Гёринга, с диким криком прыгнул рыцарю в ноги.
Грохот!
Они оба покатились по полу.
Ханс отчаянно вцепился в Клюгена, но тот методично бил его по болевым точкам, и шансов у парня не было. Из моего носа хлестала кровь после удара этого твердолобого, но я, борясь с дурнотой, подобрал меч и заставил себя встать.
Кость, кажется, цела.
Настоящий ветеран войны – он дрался грязно и чертовски эффективно.
Монстр!
Я поднялся, но моя стойка была слегка разбалансирована. Клюген, отпихнув Ханса, уже стоял в позиции Быка и не упустил этот миг слабости: он провел мощнейший колющий удар – самый опасный прием с длинным мечом.
Но я ждал этого. Я заранее выставил левую ногу и держал гарду у правого плеча. Честно говоря, это был чистый риск, но благодаря титулу «Рыцарь F-ранга» (Боевая мощь +20%, Доблесть +20%) страха не было.
Выпад Клюгена был невероятно быстрым. Я едва успел дернуть головой – клинок прочертил длинную полосу по моей левой щеке. В тот же миг я шагнул правой и рубанул по его открытому левому запястью. Вскрикнув, Клюген отпрянул, хватаясь за раненую руку.
Я заставил его отступить, хотя до этого он полностью доминировал. Но ситуация оставалась тяжелой: кровь, сочившаяся из бедра, лишала меня сил.
— Ты поразительно хорош для своих лет.
— С Рыцарем Роз мне все равно не тягаться, я лишь желторотик.
— Жаль убивать тебя здесь.
— А я и не собираюсь здесь подыхать!
— Лязг!
Несмотря на рану запястья, его удары все еще были полны мощи. Сшибаться мечами, переходить в байндинг и крутить вайндинг – это как партия в шахматы, где нужно постоянно просчитывать ходы и предугадывать удары. Нельзя просто защищаться, нужно превращать защиту в атаку.
Немецкое фехтование – это философия того, что нападение и есть лучшая оборона.
Когда Клюген попытался полоснуть меня по правому бедру по диагонали, я встретил его клинок своим, перекрывая траекторию, и тут же, используя силу байндинга, повел меч вверх. Скользя по его лезвию, я обрушил Шайтельхау ему на голову.
Клюген парировал боковым движением и тут же ответил Цверкхау – поперечным ударом в висок.
— Дзинь!
— Скрежет!
Жестокая борьба умов изматывала. Любая ошибка означала потерю инициативы. Я чувствовал, что мой предел близок. Бесконечная схватка на истощение с таким сильным врагом начала подтачивать мои силы.
И в тот момент, когда я начал сдавать, пришедший в себя Оскар подполз по полу и рубанул Клюгена под колено. Рыцарь пошатнулся, я тут же вскинул его меч вверх и нанес сокрушительный удар навершием прямо в лоб.
— Хруст!
— Кх!
Я вложил всю ярость в этот удар, но он даже не потерял сознание. Ну и черепушка у него. Клюген, пошатываясь, отступил, по его лицу текла кровь. Мы оба были на грани.
Несмотря на сильное кровотечение в бедре, я не ослаблял концентрации. Оскар тоже с трудом поднялся, закрываясь щитом и сжимая армейский меч. Вид у него был не лучше моего.
— …Юный рыцарь. Как твое имя?
— Вольфганг фон Штрайт. Простой малец, еще не прошедший посвящение.
— …Штрайт. Вот оно что. Значит, ты его сын.
Он знал моего отца? Что ж, они вполне могли сражаться на одном поле боя. Мы с Оскаром начали медленно сжимать кольцо. Понимая, что двоих ему уже не одолеть, Клюген бросился к другой двери в глубине комнаты и скрылся за ней.
Как он может так бежать с разрубленной ногой?
Мы с Оскаром бросились в погоню.
За дверью оказался еще один шестиметровый коридор, который заканчивался маленьким лазом. Выбравшись через него, мы оказались в старинном коллекторе – сточной системе, которой пользовалась только знать. Там стояла жуткая вонь, текла грязная вода, а туннели разветвлялись в разные стороны.
Я мог бы выследить его с помощью скаута следопыта, но, не будучи уверенным в победе в такой клоаке, решил не рисковать.
[Квест «Призрак Розы II» завершен.]
[Награда: 2000 очков, 20 серебряных монет.]
[Учебник немецкого фехтования]
[Квест на тренировку 2-го этапа завершен.]
[Награда: 1000 очков, 1 серебряная монета.]
Сразу два квеста. С «Призраком Розы» все понятно – я выжил, и это главное. Но завершение второго этапа учебника меня по-настоящему обрадовало. Я так долго мучился, когда мастерство замерло на отметке 99 из 100.
Наконец-то я полностью освоил Мастерский удар. Теперь мои движения должны стать еще точнее и стремительнее.
[Учебник немецкого фехтования]
[Квест на тренировку 3-го этапа]
[Освойте Фюлен (fühlen)]
[Мастерство: 0/100]
[Следить за движением меча глазами – недостаточно. Вы должны научиться чувствовать намерения врага, предугадывать его приемы и контратаки через контакт клинков.]
[Награда: 1000 очков, 1 серебряная монета.]
Фюлен? По-английски это «feeling», чувство. Значит, нужно понимать замысел противника через прикосновение мечей? До сих пор я в основном полагался на зрение, отслеживая траектории. Но Рыцарь Роз видел все мои маневры насквозь. Если бы не Оскар, я был бы уже мертв.
Я пока не представлял, как тренировать это «чувство». Слишком абстрактная задача. Это станет моим следующим вызовом.
С другой стороны, моя самоуверенность была разбита в пух и прах. После недавних успехов я возомнил, что мне море по колено. Это была гордыня.
Схватка с Рыцарем Роз показала, что я – лишь лягушка на дне колодца, решившая бросить вызов гадюке. Мне стало чертовски стыдно. Проклятье, если бы я владел Фюлен, я бы не позволил ему так меня прижать.
Эта горечь поражения станет моим стимулом. Я буду тренироваться еще усерднее, чтобы в следующий раз вернуть должок Рыцарю Роз. Но не сейчас. Сперва нужно хотя бы немного продвинуться в тренировке Фюлен.
— Господин Вольфганг, нужно срочно остановить кровь!
— Наложи давящую повязку, как я вас учил.
Уж чему-чему, а искусству перевязки я своих вассалов обучил на совесть. Объяснил, какая повязка нужна для каждой раны, провел теорию и практику. Благо, метод перевязки Штрайта был простым и понятным.
Я просто принес знания из армии своего мира, а в итоге стал «основателем школы». Поверженный Ханс тоже пришел в себя.
— О-ох… простите меня. От меня никакого толку.
— Не говори так, Ханс. Твоя смелость спасла Оскара.
— Это правда. Если бы не ты, брат, Рыцарь Роз бы меня прикончил.
Так оно и было. Своевременное вмешательство Ханса сохранило жизнь Оскару и дало мне драгоценные секунды. Без него мы бы все там полегли. Гёринг же выглядел совершенно растерянным: найти Клюгена – это одно, но как теперь докладывать Бертхайму о такой резне и о том, что рыцарь в итоге сбежал?