Глава 178
Основа любой стратегии – подготовить поле, на котором ты точно победишь. Но что тогда важнее всего в тактике? Стремительность, позволяющая исполнить этот план безупречно.
Мюхе загадочно улыбнулась и обратилась ко мне.
Её психологическое состояние сменилось сухим расчётом.
— Гер Штрайт, могу ли я продать эти сведения нескольким знакомым аристократам? Разумеется, это пойдёт на пользу и вам.
Продажа информации о передвижениях Ордена Рыцарей Шторма будет мне полезна? Хоть она и сотрудничала с тенями, по своей сути Мюхе оставалась информатором. Не зря её салон располагался на самой границе с трущобами.
Вермеер недовольно покосился на Мюхе, которая так непринуждённо пыталась делать бизнес на разведданных. Эти двое формально были союзниками, но, похоже, испытывали друг к другу стойкую неприязнь.
— Дом виконта Нойниля находится в Северо-западном округе, на проспекте Нойден, — продолжила она. — Чтобы добраться туда, придётся проехать мимо особняков других вельмож. Не вызовут ли военные действия Ордена Рыцарей Шторма их негодование?
— Я готов к сопротивлению, но плодить лишних врагов действительно не хочется.
— Ордену в любом случае понадобится время на развёртывание. За это время мои люди успеют обежать всех и выгодно продать информацию.
— Госпожа Мюхе! — Воскликнул Вермеер. — Но тогда об этом узнает и сам виконт Нойниль!
Он был прав: вести неизбежно дойдут до ушей виконта.
Однако, поразмыслив, я решил, что это не критично. К тому моменту, как я прибыл в Брайсбург, они наверняка уже просчитали возможность удара со стороны моих рыцарей.
Их дерзкая атака на трущобы была тому доказательством.
Но теперь, когда Бодо у нас, пространство для маневра у них сильно сузилось.
— Госпожа Мюхе, сможете ли вы связаться с кем-то из дома виконта Нойниля?
— Неужели вы решили проявить милосердие к крысам, которых собрались перетравить?
— Род Нойниль древний, там наверняка найдутся те, кто недоволен нынешним главой. Есть ли способ выйти на них? С вашими связями это должно быть возможно.
Даже если я арестую виконта, я не смогу казнить титулованного дворянина, если не докажу факт измены. Поскольку поводом для атаки послужило похищение Бодо, наш конфликт формально остаётся в рамках междоусобной вражды двух домов.
Обычно в таких случаях победитель требует выкуп, а проигравший – если это старинный род вроде Нойнилей – со временем восстанавливает силы и влияние.
Но я не собирался давать им такой шанс. Моя цель – спровоцировать внутренний раскол, чтобы дом виконта погряз в бесконечных распрях. В любой группе всегда найдутся те, кто друг друга терпеть не может.
— Гер Штрайт, вы воистину жестокий человек, — протянула Мюхе. — Решили раздавить их окончательно, ударив изнутри. Будь я на месте виконта, я бы горько пожалела, что сделала Рыцаря Шторма своим врагом.
— Это осуществимо?
— Я попробую наладить контакт.
Мюхе не дала твёрдых гарантий, но даже без неё найдутся те, кто захочет выйти на меня. Людей, готовых превратить чужую беду в свою возможность, всегда в избытке.
И это касалось не только чужаков.
Сейчас в роду Штрайт всего трое: я, Хильда и наш будущий ребёнок. Но что будет через годы, когда нас станет столько же, сколько Нойнилей?
Хотим мы того или нет, с ростом могущества семьи растут и аппетиты. Политическая борьба за власть неизбежна. То же самое касается и конфликтов между вассалами.
Сейчас я отбираю людей по их склонностям, стараясь вырывать сорняки раздора в зародыше, но никто не знает, что будет потом. Контролировать их и гасить недовольство – вот моя главная задача.
— Барон, у меня есть к вам просьба.
Пока Мюхе спешила уйти, чтобы поскорее распродать информацию, Вермеер улучил момент. Его лицо, в отличие от недавнего разговора, выражало крайнюю степень отчаяния.
— Считать ли это платой за спасение Бодо?
— Можете считать и так, мне всё равно.
Он был предельно серьезен. После женитьбы на леди Майнхоф этот человек сильно изменился.
— Хорошо. Но если просьба будет невыполнимой, я откажу.
— В ней нет ничего невозможного. В отличие от госпожи Мюхе, я лишь хочу вернуться к Францу. Помогите мне сделать так, чтобы Его Высочество снова принял меня.
Связь Франца и Вермеера крепла с самого детства. Они были старыми друзьями, всегда неразлучными, и теперь Вермеер до смерти боялся потерять влияние, оказавшись вдали от наследного принца.
Преданность Францу была смыслом его жизни. Именно поэтому он сначала воспринял меня в штыки, видя во мне конкурента, но в итоге сам же запутался в интригах Королевы и лишился расположения друга.
Я же волей случая занял его место. Звание помощника верховного главнокомандующего было лишь формальностью для приближённого, но я доказал свою полезность делами.
Теперь моё влияние выросло настолько, что называть меня просто «приближённым» было бы странно. Только князь может держать при себе вассала такого ранга; для наследного принца это было бы чересчур обременительно.
Вермеер понимал это и решил, что сейчас – его шанс. Несмотря на наши натянутые отношения, он пытался восстановить доверие через Бодо.
Всё это было чистым расчётом, но его намерения читались слишком легко.
Стоит ли мне помогать ему?
Сердце человека не переделаешь одними уговорами.
Убедить и заставить осознать – вещи принципиально разные.
— Сэр Вермеер, я не могу ничего гарантировать. Я благодарен за Бодо, но…
— Умоляю вас. Я просто хочу, чтобы всё стало как прежде.
В его глазах читалась мольба. А я люблю отчаявшихся людей. Помогая им, легко завоевать преданность и создать крепкий союз. Пусть это расчёт, но он обоюдный.
Трудно предать того, кто помог тебе в самую трудную минуту.
Особенно в аристократическом обществе, где честь и репутация значат всё.
Если человек не безнадёжен, как Морт или Адельберт, его вполне можно удержать в узде. К слову, слуги королевской семьи меня недолюбливают.
Я слишком легко получаю доступ к монаршим особам, что раздражает тех, чья власть ограничена лишь порогом приёмной. Пока я рядом с принцем, они молчат, но стоит мне уехать в свои земли, как польются потоки клеветы.
Поэтому вернуть Вермеера, который будет лоялен ко мне в окружении Франца, – отличный ход. Я не могу вечно оставаться в Брайсбурге, у меня как у феодала полно своих забот.
— Если всё получится и вы вернёте себе место приближённого, какую пользу это принесёт мне? Помощь с Бодо – это одно, а это уже наша личная сделка.
— Я не смогу рассказывать абсолютно всё, но если кто-то задумает против вас зло, я предупрежу. Взамен я прошу вас оставаться сторонником Его Высочества Франца до самого конца.
Вермеер остался верен принцу даже в условиях сделки. Требовать поддержки своего господина в качестве платы… Впрочем, у меня и так не было причин предавать Франца. Я и дальше собирался поддерживать этого человека с его «добрым» мировоззрением.
— Тогда и вы, сэр, смотрите не обременяйте Его Высочество слишком сильно.
— …Я многое осознал.
— Сэр Вермеер, нам обоим нужно просто исполнять свой долг.
Вермеер был верным псом, готовым без раздумий вцепиться в горло любому, кто, по его мнению, вредил принцу. Но иногда избыток рвения хуже его отсутствия.
Именно на этом его и подловила Королева. Франц тяготился такой удушающей преданностью и в итоге отдалил его. Если Вермеер сможет немного умерить свой пыл, из него выйдет толк.
Хочется верить, что этот урок пошёл ему на пользу.
— Люди Нойниля были на удивление вежливы, — вещал Бодо. — Сначала они просто хотели меня пригласить в гости.
— Свидетели говорят, что тебя уволокли силой, — возразил я. — Это ты называешь вежливостью?
— Ну, сначала-то они были вежливы! А когда я стал отказываться, начали угрожать. Тогда я и шепнул одному из них на ушко… чтобы он шёл ко всем чертям.
Хм, выводить людей из себя Бодо умел мастерски.
Как оказалось, знаток трущоб попался лишь потому, что за последнее время слишком налёг на булки и застрял в лазе, когда пытался скрыться. Так его и сцапали.
Впрочем, обращались с ним неплохо.
Он был ценным товаром для переговоров, так что его старались сохранить в целости. Если бы Бодо хоть пальцем тронули, я бы не стал вести никаких бесед, а просто снёс бы виконту Нойнилю голову алебардой.
Тед, хоть и был безмерно рад спасению мальчика, не выдержал его беспечного вида. Он схватил Бодо за щёку и потянул.
— Мы тут извелись все, а он, видите ли, в благородных господ играл! Ах ты негодник!
— Пусти, брат Тед! Я благородного происхождения, имей уважение!
— Вы только послушайте его! Знаешь, чего мне стоило тебя найти? Мы с ребятами из «Треппена» несколько дней все трущобы прочёсывали! Я через весь восток скакал, чтобы господину доложить! Если я теперь не женюсь, то только из-за тебя!
— Ой, да ладно тебе, я же знаю, как вы старались.
Бодо принялся задабривать Теда. Стоило ему пообещать познакомить того с какой-нибудь девушкой, как лицо Теда тут же расплылось в глуповатой улыбке. М-да, так легко купиться на обещание сводничества…
Не знаю, как отреагирует Ариэль, сестра Амалии, когда Бодо официально признают членом семьи Эльсхаймер, но родословная тогда запутается окончательно.
Сейчас они смеются и подначивают друг друга, но смогут ли они улыбаться, когда это время придёт?
Я приказал Теду созвать вице-магистров и офицеров Ордена Рыцарей Шторма. Сбор рассредоточенных сил потребует времени. Мюхе как раз успеет воспользоваться этой паузой.
— Добро пожаловать, господин. Я уже приготовила горячую воду.
— Виола, я же просил тебя не утруждаться. Тебе сейчас нельзя перенапрягаться.
Виола оказалась на редкость упрямой. Её мать испуганно поглядывала на меня, ожидая реакции. В этот момент Бодо вдруг замер, во все глаза глядя на Виолу. Что это с ним?
Стоило мне легонько подтолкнуть его, как малец вздрогнул и смущённо спрятался за мою спину.
Виола мягко улыбнулась.
— Господин, кто этот маленький молодой господин позади вас?
— Это тот самый Бодо, который заставил нас всех понервничать.
Глаза Виолы округлились. Она, может, и не знала всех деталей, но видела, как мы со всех ног мчались в Брайсбург, чтобы спасти его.
— Ах, так это тот мальчик, о котором так беспокоился господин Тед! Какое счастье, что он нашелся!
Тед, паршивец. Видимо, успел нашептать Виоле лишнего, пока я не видел. Она проявила к Бодо искренний интерес – ей всегда нравилось возиться с детьми. Из неё выйдет чудесная мать.
Бодо перед Виолой совсем оробел.
Никогда его таким не видел. Даже перед Норой он так не тушевался, а тут стоял как вкопанный. Виола же приняла этого пройдоху за обычного застенчивого ребёнка.
Я посмотрел на него с нескрываемым скепсисом. Бодо старательно избегал моего взгляда.
— Можно мне присмотреть за ним? Бедняжка, он наверняка очень испугался, когда его похитили.
— Сестрёнка! Меня зовут Бодо Вернер! Я тоже очень хочу познакомиться с вами!
— Для начала, как насчёт тарелки свежего рагу? Я только что приготовила.
— О, я просто обожаю рагу! Хи-хи-хи.
Превратившись в пай-мальчика, Бодо послушно пошёл за Виолой. Антона бы удар хватил от такого зрелища, но я был рад, что они поладили.
— Фройляйн Риека очень популярна, — заметил Перке. — С её кротким и добрым нравом она – завидная невеста. Кажется, Беорт и Дрек к ней тоже неравнодушны.
— Сэр Перке, не вы ли в их числе?
Рыцарь, оставленный охранять Розенгартен, не стал отрицать моих слов. Не ожидал я, что Виола станет такой любимицей среди моих вассалов. Похоже, выдать её замуж будет той ещё задачкой.
— Барон, тут один человек просит тайной аудиенции.
— Аудиенции? Быстро они среагировали. Впрочем, наверняка поджидали за углом.
Пока рыцари и армия герцогства готовились, ко мне тайно прибыл человек из дома виконта Нойниля. Как я и предполагал, у виконта нашлись оппозиционеры. К моему удивлению, это был довольно молодой дворянин.
— Моё имя – Френдель фон Нойниль. Для меня честь видеть великого Рыцаря Шторма и правителя Розенхайма. Мы благодарны вам за предоставленную возможность.
— Я ещё не озвучил никаких предложений, а вы уже благодарите?
— Если бы вы хотели договориться миром, на этом месте сидел бы наш глава. Но, как вам известно, виконт не намерен склоняться перед домом Штрайт.
Значит, старик выбрал сопротивление.
Гордыня древней крови, не иначе.
— Сейчас в особняке пятьдесят восемь солдат, пять рыцарей-вассалов и поддержка трёх союзных семей, — буднично начал он выдавать секреты. — Оборона крепка, так что вам стоит подготовиться как следует.
Он выкладывал всё, даже не дожидаясь вопросов. Схема расположения лучников и арбалетчиков тоже оказалась у меня. Почему этот человек так одержим идеей предать свою семью?
— Честно говоря, я поражён. Вы так жаждете падения Нойнилей?
— Только так у побочных ветвей появится шанс. Виконт правил слишком деспотично. Когда он решил связаться с Мортом, мы были против, но он втянул нас в эту грязную политику вопреки здравому смыслу. Сделать врагом дом Штрайт! Это же чистое безумие!
По его словам, будь это обычная политическая грызня, они бы не пошли на такое.
Но они не понимали, на что рассчитывал виконт, связываясь с Мортом и бросая вызов могущественному феодалу и прославленному воину. Френдель был убеждён, что старик просто выжил из ума.
— Но вы ведь понимаете, что ответственность всё равно ляжет на всех вас?
— …Я не отрицаю этого, но мы лишь побочная ветвь.
— Если бы не сведения от управляющего из Схафена, мы бы сейчас здесь не сидели. Возможно, я бы даже пошёл на компромисс ради возвращения Бодо.
— Но ведь всё сложилось именно так, как вы желали, барон?
Ударив по трущобам, я в пух и прах разнёс амбиции Нойниля и Морта. Манипуляторы просчитывают выгоду на заданной сцене, я же просто ломаю саму сцену об колено.
В этом наше коренное различие.
— Информация ценная, но это не всё, что мне нужно.
— Главный инспектор Морт сейчас в главном поместье.
— Виконт прячет его у себя?
— Не знаю, о чём они договорились, но глава делает всё, чтобы защитить его.
Корабль идёт ко дну, а они решили утонуть вместе? Казалось бы, логичнее выдать Морта мне и молить о сохранении рода. Это было бы куда практичнее.
— Есть ещё кое-что, совершенно секретно: виконт выходил на связь с графом Базелем.
— Этот проклятый южанин в каждой бочке затычка.
— Похоже, Морта хотят переправить к нему. Насколько я знаю, отношения барона Розенхайма и графа Базеля, мягко говоря, не заладились…
— Не просто «не заладились». При первой же возможности мы прикончим друг друга.
— В-вот как.
Вмешательство Базеля спутает все карты. Нужно кончать с этим быстро, пока враг не успел среагировать. Я пристально посмотрел на Френделя.
Тот ощутимо занервничал и сглотнул.
— За всё ответит только лично виконт Нойниль. Остальных это не коснётся.
— Благодарю вас, барон! Вина целиком и полностью лежит на главе!
Моим лучшим даром для них станет сокрушительный удар по основной ветви рода, что позволит побочным занять их место. Если виконт погибнет в бою – тем лучше.
Однако я не собираюсь просто так отдавать им власть.
Пусть грызутся между собой, чтобы не было времени смотреть на сторону.
Старый проверенный метод князя Карлуса.
Хм, кажется, я начинаю мыслить как заправский политик.