Глава 126
Шёл пятый день после захвата Башуртена. Трёхдневное разграбление закончилось, и обстановка постепенно стабилизировалась. Горожане, понесшие огромные потери, с облегчением выдохнули: этот ад наконец-то подошёл к концу.
— Вернитесь к своим делам! Грабежей больше не будет!
— Именем Альтлингенов вам гарантирована защита и право на жизнь!
Наследный принц распорядился раздать захваченные запасы провианта, чтобы жители, лишившиеся всего, не умерли от голода. Сначала покалечил, а потом поднёс лекарство? Как бы то ни было, мера была необходимой.
Считалось, что за три дня грабежей вина за мятеж была искуплена. Раз горожанам больше не нужно было платить по счетам, Наследный принц официально издал указ о помиловании Башуртена.
Теперь наёмники не смели и пальцем тронуть жителей города. За поддержание порядка отвечали рыцари Оффенбурга и Орден Рыцарей Шторма – те, кто ни разу не участвовал в грабежах.
Стычки всё ещё случались, но в большинстве случаев наёмники шли на попятную. Швейцарские наёмники взяли на себя охрану замка Башуртена, а командовали ими Лето и Гедель.
Ответственность швейцарцев, безупречно исполнявших свой долг даже сразу после набега, произвела на Наследного принца глубокое впечатление. Похоже, их дисциплина – именно то качество, которое он хотел бы видеть в своей гвардии, – покорила его сердце.
Я же был полностью поглощён заготовкой каменных ядер.
Пушки, в чьи запальные отверстия попала вода, снова были в строю, но для производства самого важного – снарядов – я нанял почти всех каменщиков Башуртена. В итоге была создана мастерская, где трудилось около сотни человек.
На самом деле на работу оставалось всего два дня.
Трудно было ожидать нормальных результатов после того хаоса, что творился в городе три дня подряд.
К счастью, тридцать каменщиков из Брайсбурга, находившиеся в лагере, уже успели изготовить пятьдесят ядер. Мой необходимый минимум – двести штук.
То, что нам удалось выбить ворота шестьюдесятью выстрелами, было чистой удачей. Больше я не собирался так рисковать и планировал подготовиться с запасом, чтобы вдоволь поколотить по вражеским стенам.
Я опасался, что пороха не хватит, но, к счастью, его запасы всё ещё были велики. Ядра можно вытесать из камня, но достать порох в нынешних условиях невозможно.
Поэтому порох следовало беречь пуще ядер и молить богов – нет, Господа, – чтобы не пошёл дождь. До сих пор нам везло.
Наступил декабрь, и холод стал ещё свирепее.
Говорили, что на юге будет холоднее, и я начал беспокоиться, смогу ли приспособиться к средневековой зиме с её ужасным отоплением. Честно говоря, я всегда плохо переносил холода.
В это время греются каминами или жаровнями, но они не могут прогреть всю комнату. Приходится спать, кутаясь в толстые одеяла и шкуры животных, а в крестьянских домах люди и вовсе зимуют в обнимку со скотиной.
Вот откуда плодятся вши.
Говорят, в римскую эпоху системы отопления были весьма развиты, но с приходом Средневековья большая часть знаний была утрачена. Жаль, что такая великолепная технология исчезла.
Определённо, нужно соорудить что-то вроде ондоля.
Хильда беременна, ей будет тяжело зимой, так что я хочу построить ей в подарок виллу с тёплым полом. Конечно, сидеть на полу для неё будет в диковинку, но, попробовав один раз, она уже не сможет от этого отказаться.
Как бы то ни было, я старательно готовился к следующей битве, а в свободное время упражнялся с алебардой. Не хочу принижать мастерство рыцарей, охраняющих лордов, но с этим оружием всё стало куда проще.
Благодаря этому я сейчас словно открываю для себя новый мир. Пусть алебарда не универсальна, но для меня это определенно самое подходящее холодное оружие. Хотя бросать длинный меч я, конечно, не собираюсь.
— Х-ха! Слишком трудно ею управлять! Х-хап!
— Следи за центром тяжести, не заваливайся вперёд.
— Х-ха-а-ап! Сто раз! Я закончил!
Я выкупил за приличную цену алебарду из вещей павшего швейцарского наёмника и пожаловал её Антону. Теперь я обучал его технике алебарды, делая упор на те приёмы, что пригодятся в реальном бою.
Предрассудок о том, что алебарду использует только пехота, давно развеялся.
Антон, казалось, был тронут до глубины души, когда я всерьёз занялся его обучением. Хм, неужели я был настолько невнимателен к своим вассалам?
Вообще-то, я и раньше подумывал передать им свои навыки владения мечом, но большинство просто не тянуло мои уроки, поэтому я и забросил это дело.
Концепция Фюлен была для них слишком сложной. Чувствовать движение противника на шаг вперёд в тот самый миг, когда скрещиваются мечи, – это область за гранью их понимания.
Однако с алебардой, даже просто умея держать дистанцию, можно получить преимущество над мечом, так что для вассалов это было отличным решением. Но возникла другая проблема.
В отличие от меча, алебарда – крайне непослушное оружие. Весь вес сосредоточен в «голове», она очень тяжелая. Поэтому сначала мы сосредоточились на тренировках на выносливость и привыкание к весу.
Антон с энтузиазмом следовал моим наставлениям.
После сотни взмахов я заставил его укреплять мышцы ног.
— Кстати, ты всё ещё не думал о женитьбе?
— Х-ха! Пока… х-ха! нет!
В отличие от Теда, который только и делает, что грезит о свадьбе, Антон к этому делу был совершенно равнодушен. А раз сам не хочет – заставлять не в моих правилах, так что я больше не лез.
Винтер, кажется, тоже не горел желанием связывать себя узами брака.
Странные они ребята, хоть и мои вассалы.
— Командир! Приказ о сборе от Его Высочества Наследного принца!
Приказ о сборе, значит.
Наконец-то определились с планом действий?
Впервые за долгое время собрались все дворяне и командиры. Лица у большинства так и лоснились – видать, урвали знатную добычу. А кто-то в это время из кожи вон лез, налаживая производство ядер.
— Я собрал вас, чтобы сообщить две новости и определить нашу дальнейшую стратегию, — произнёс Наследный принц, обводя присутствующих взглядом. В его голосе чувствовался вес. Похоже, междоусобная война закалила его, добавив авторитета. Можно считать это позитивным ростом.
Один из командиров беспечно спросил:
— Обе новости хорошие, Ваше Высочество?
— Хотелось бы, чтобы так и было. К сожалению, обе плохие.
Плохие новости? Для меня плохой новостью было бы поражение армии князя от войск герцога. Если так, то битва может развернуться прямо у порога Брайсбурга. К счастью, ситуация оказалась не настолько катастрофической.
— На южном фронте наши силы прорвали оборонительную линию Райнкальсена. Неизвестно, продолжат ли мятежники сопротивление, но войск, способных нас остановить, больше не осталось.
С того момента, как граф Базель попал в плен, южное сопротивление лишилось своего стержня. Они пытались сдержать натиск Армии западных феодалов в Райнкальсене, но в итоге пали и фактически рассеялись.
— Ваше Высочество, если я всё правильно понял, разве это не добрая весть?
— Нет, плохая. Потому что на юге больше не осталось ни славы, ни трофеев.
На вопрос командира ответил Фрид. Только тогда до дворян дошло: все лавры и богатства, которые могли достаться им, уже подгребла под себя Армия западных феодалов.
Мало им того, что нахапали в Башуртене, ещё хотят?
Как бы то ни было, наши победили, и общее настроение было приподнятым.
— Армия князя отступила от Деллингена.
— …
Но это длилось лишь до второй новости. На равнине Деллинген армия князя, столкнувшись с войсками герцога, имела все шансы на успех, но после поражения в третьем сражении их пыл поугас.
Отступление от Деллингена означало переход от наступления к обороне. Почему? Даже проиграв третий бой, они всё ещё обладали значительным численным перевесом.
Мы победили южных мятежников, но в итоге исход этой гражданской войны снова стал туманным. Пока все в замешательстве перешёптывались, Наследный принц оставался на удивление спокойным.
— Из-за того, что нанятые герцогом венгерские наёмники постоянно жалят наши тылы и нарушают снабжение, армия князя предпочла стратегическое отступление. Однако это означает, что основные силы врага теперь ближе к столице.
Стратегическое отступление? Если положение невыгодное, отойти – верное решение, но это палка о двух концах. Стоит солдатам принять отход за поражение, и ситуация может выйти из-под контроля.
— Нам дан приказ: пройти через Зельтхаузен и Констанц, чтобы атаковать Ладенсдорф. Если мы захватим логово врага, то сможем закончить эту войну своими руками.
Градус воодушевления в зале мгновенно взлетел.
Дворяне, несмотря на все свои различия, фанатично дорожили честью. Обещание принца покончить с войной прозвучало для них сладкой музыкой.
Не хотелось бы выливать на них ушат холодной воды, но неужели они думают, что это так просто?
Бог с ним, с Райнкальсеном, но как они собираются решать вопрос со снабжением и разрозненным сопротивлением на пути к Ладенсдорфу через Зельтхаузен и Констанц?
Игнорируя радостные лица знати, я посмотрел на генерала Александра и Бенджамина. Судя по их хмурым минам, они думали о том же.
Фрид с глубокой тревогой произнёс:
— Стратегия удара по Ладенсдорфу через южные земли превосходна, но проблема в том, что это займёт слишком много времени. Ваше Высочество, осталось всего пять дней.
— …Неужели срок уже подходит?
Фрид имел в виду срок обязательной службы феодалов короне. Герцогство Берен заключило с лордами соглашение на сорок пять дней. С начала войны прошло уже сорок.
— Звучит безответственно, но, полагаю, отец что-нибудь придумает.
— Боюсь, требования феодалов посыплются градом.
— Сэр Эзнерк, я же не могу решить эту проблему за него, верно?
Хм, а Наследный принц поднаторел в наглости.
Впрочем, он прав. Он лишь наследник и не в силах удовлетворить запросы лордов. Это забота старого лиса-князя.
В течение обязательного срока феодалы беспрекословно подчиняются командованию, но стоит ему истечь хоть на день, как они начинают давить на престол, выбивая себе привилегии.
Я не приводил свои войска, так что на меня эти сроки не распространялись, да и награды я получал такие, что жаловаться грех. Если не считать того, что война затягивается и я не могу увидеть Хильду.
Могу предположить, что граф Оэз под предлогом превышения срока службы потребует часть земель Башуртена. Именно для этого он втянул в это дело соседа – графа Белфорта – и меня.
Если семью Герхильт лишат титула и Башуртен станет доменом короны, такой раздел вполне возможен. Дальновидности Оэзу не занимать: он предвидел падение Башуртена задолго до начала.
— Для взятия Ладенсдорфа нам критически важна артиллерия. Вы все видели падение Башуртена и понимаете её мощь, не так ли?
Дворяне согласно закивали.
Рыцари всё ещё недолюбливали пушки, но отрицать их силу было невозможно. Не нашлось ни одного воина, который не содрогнулся бы, глядя, как рушатся крепостные ворота под градом ядер.
— Сэр Штрайт, сколько каменных ядер у нас в запасе?
— На данный момент готовы лишь пятьдесят штук.
— Ты задействовал всех каменщиков Башуртена и получил всего столько?
Они что, думают, ядра по щелчку пальцев появляются?
Дайте людям хоть время на работу!
— Ваше Высочество, с начала работ прошло всего два дня. Камень нужно обтесать вручную, работая резцом с ювелирной точностью. Вы действительно верите, что это делается за мгновение?
— Хм, но времени у нас в обрез.
— Опытному мастеру нужно минимум четыре дня, чтобы полностью выточить одно ядро. К тому же у каждой пушки свой калибр, и подгонка снаряда под ствол тоже требует времени.
Я знал, что так и будет, поэтому лично контролировал производство. Слишком много вокруг идиотов, верящих, что окрик ускорит процесс.
Будь на моём месте обычный чиновник, его бы уже завалили обвинениями, но здесь перечить мне могли только принц да Фрид.
Наследный принц, очарованный мощью артиллерии, понимал ценность снарядов. Притихший было Шнайдер тоже активно меня поддержал. Что толку от пушек без ядер?
В итоге принц решил задержаться в Башуртене.
Даже если на юге начнётся осада, у нас есть королевский артиллерийский полк. И нужно обеспечить его боеприпасами, чтобы он смог разнести стены врага.
Спешить на соединение с основной армией без подготовки – бессмысленно.
За неделю, проведённую в Башуртене, произошло много событий.
На восточном фронте наступило затишье, но граф Райнкальсен, державший оборону на юге, предложил условия сдачи и затребовал переговоров. По слухам, условия были совершенно абсурдными.
Когда к переговорам один за другим присоединились графы Зельтхаузен и Констанц, Наследный принц был вынужден первым отправиться в Райнкальсен.
Поскольку это были официальные переговоры об условиях капитуляции с Армией западных феодалов, присутствие главнокомандующего было обязательным.
Временным командующим гарнизона Башуртена стал Фрид, и положение горожан тут же ухудшилось. Жизнь простого люда всегда трепещет на ветру, меняясь в зависимости от нрава правителя.
Я не отвлекался на посторонние дела и сосредоточился на выполнении плана.
В итоге мы произвели даже больше двухсот каменных ядер.
Этого должно хватить на первое время.
Иронично, но именно эта мастерская по производству снарядов стала опорой для экономики разрушенного осадой Башуртена. Рядом были каменоломни, и мы могли полностью сфокусироваться на деле.
Перевыполнить план удалось лишь потому, что я распорядился платить рабочим ежедневно и в первую очередь. В военное время о плате обычно и не заикаются – людей просто сгоняют силой.
Башуртен был оккупированной территорией, и я имел полное право на принудительный труд. Однако я предпочёл не близорукую эксплуатацию, а честную оплату, чтобы повысить эффективность труда.
Естественно, экономика начала оживать, а люди получили хоть какой-то шанс прокормиться. Эффективность производства взлетела до небес.
Разумеется, дворяне моего подхода не оценили.
Я и не ждал понимания, мне просто были нужны ядра, так что переубеждать их я не собирался. Зато я завоевал расположение жителей Башуртена.
И этот результат дорогого стоил.
Переговоры в прекрасном замке Райнкальсен, откуда открывался вид на реку Майн, шли ни шатко ни валко. К нашему прибытию соглашение так и не было достигнуто: южные лорды не желали признавать себя окончательно побеждёнными.
— Эти чертовы свиньи требуют статуса победителей! Что за чушь они несут! — Наследный принц был вне себя от ярости и, вопреки обыкновению, сорвался на брань.
Надо же, статус победителей? Мятежники?
За столом сидели графы Эссенбах, Оэз и Белфорт. Последний был ранен – его плечо туго стягивали бинты.
— Они ждут вестей о победе герцога. Это единственный способ мгновенно переломить ситуацию в свою пользу.
— Какая наглость! Эти пустые переговоры обречены на провал.
— Раз уж прибыла артиллерия, сокрушившая Башуртен, почему бы нам не возобновить боевые действия?
Феодалы, порядком уставшие от проволочек, склонялись к продолжению войны.
Если враг не знает своего места и выдвигает невыполнимые требования, ответ может быть только один.
— Возобновите переговоры завтра, — предложил я.
— Переговоры? Ты хочешь, чтобы я снова объявил им войну?
— У меня есть отличный план.
Я не мог гарантировать успех на сто процентов, но попробовать стоило.
Выслушав мою задумку, Наследный принц хлопнул в ладоши и расхохотался во весь голос.
Лорды же, не понимая причин его веселья, лишь растерянно переглядывались.