Глава 102
Бешеный порыв кавалерии, пронесшийся по полю подобно яростной волне, был зрелищем поистине величественным. Это напоминало кадры из старых фильмов о рыцарских атаках, которые я когда-то любил смотреть. Разве что масштаб здесь был раз в десять скромнее.
— Ду-ду-ду-ду-ду!
Вообще-то, я не большой любитель кавалерийских наскоков.
Пусть рывок и считается венцом тактики, а каждый всадник мечтает лихо смять вражеский строй, риск в таких маневрах запредельный. К тому же теперь я не просто какой-то там рыцарь, а рыцарь-лорд.
Моим правилом стало минимизировать риски и действовать в тесной связке с подчиненными. Но разве мог я придерживаться осторожности, когда мой собственный дом оказался под ударом?
Опасность? Плевать!
Моя семья в беде!
Кровь в жилах вскипела, словно жидкое пламя. Сейчас перед моими глазами были лишь враги, чье число в пять раз превышало население Пойзена.
Несущиеся с южного холма четыреста семьдесят пять всадников напоминали сорвавшийся под откос болид. Захваченные азартом штурма, захватчики совершенно не ожидали появления кавалерии и не успели подготовиться к отпору.
— Ду-ду-ду-ду-ду!
Для нас это был идеальный момент.
Когда дистанция сократилась настолько, что стали различимы лица врагов, идущие в авангарде тяжелые всадники направили копья вперед, намертво зажав их под мышками. Наступила фаза максимального ускорения.
Я до боли стиснул зубы.
Подстраиваясь под бешеный ритм скачки Монблана, я следил, чтобы наконечник кавалерийского копья не дрогнул. За мгновение до столкновения я широко раскрыл глаза и нацелился точно в грудь пехотинца, застывшего в немом ужасе.
На пике скорости Монблан врезался в ряды врага, и мое копье в мгновение ока прошило грудь солдата. Несмотря на колоссальную отдачу, я удержался в седле. Тело переполняла мощь.
[Рыцарь турнира E-ранга (Удар 30%, Защита 30%)]
Тело пехотинца на миг взмыло в воздух. Острие, пробив его насквозь, не сломалось и прошило следующего воина, а затем вонзилось в шею третьего, пытавшегося отступить. Лишь после этого древко с треском лопнуло.
— Ква-джик!
— Хрусть! Хрусть!
Повсюду, точно лепестки, разлетались щепки обломков. Легкая броня бойцов особого отряда не могла сдержать напор, и копья безжалостно обрывали одну жизнь за другой.
[Командир кавалерии D-ранга (Прорыв 40%, Скорость 40%)]
Отбросив обломок, я выхватил кавалерийский меч и, начиная с четвертого пехотинца, принялся косить их, словно солому. Воздух наполнился криками. Но я не останавливался.
Я терзал их, как изголодавшийся волк, вгрызающийся в глотку добыче.
Чтобы захватчики навсегда запомнили, почему меня зовут Вольфганг – «Благородный волк», – я обрушивал меч, разя их, точно клыками. Жажда битвы не утихала. Мимо ушей проносились вопли тех, кого растаптывал Монблан.
На поле боя, залитом кровью и мольбами о пощаде, кавалерия бушевала подобно великому шторму. Теперь-то мятежники осознали.
Какова цена вторжения на территорию волка со своими жалкими планами.
И насколько жестокими могут быть клыки разъяренного зверя.
— Вперед! Вперед!
— Не останавливаться! Вперед!
Среди нас не было трусов, способных отступить, едва смяв строй. Сохраняя порядок, всадники прорвались вглубь и принялись кромсать мечами спины бегущих пехотинцев.
— Хрусть! Хрусть!
Нет нужды смотреть по сторонам.
Нет времени оглядываться назад.
— Ду-ду-ду-ду-ду!
Только вперед! Только натиск!
В какой-то момент я понял, что весь пропитан кровью.
Результат того, что я рубил врагов, пока руки не онемели.
Придя в себя, я обнаружил, что передо мной больше нет противников. Оглядевшись, я увидел, как забрызганные кровью тяжелые всадники и Орден Рыцарей Шторма рассредотачиваются, чтобы нанести новый удар.
Прорыв был идеальным: нам удалось отрезать врага от Пойзена.
Теперь захватчикам предстояло стать кормом для свирепой кавалерии в хаосе ближнего боя.
— Ура-а-а-а!
— Лорд пришел!
Осажденные защитники Пойзена разразились ликующими криками, увидев подмогу, на которую так надеялись. Глядя на это, я почувствовал, как к горлу подкатил комок. Враги, успевшие взобраться на частокол, были перебиты, не успев ничего предпринять.
Слава богу, мы успели.
Что они чувствовали все это время?
Я гордился своими людьми, которые до последнего держались, веря, что их господин вернется. Аугуст, военный комендант Пойзена, поднял в приветствии меч, будучи с головы до ног в крови.
Поручить ему оборону земель было верным решением.
Однако рядом с Аугустом я заметил еще одного рыцаря в полных латных доспехах. В моем доме рыцарем был только Аугуст, кто же это? Этот воин тоже прошел через горнило битвы и был залит багрянцем.
Но вскоре я узнал его. Гравировка в виде вихря на кирасе, плащ с гербом дома Штрайт и фигура чуть изящнее, чем у обычного рыцаря.
Моя благородная валькирия – Хильда.
В истории нечасто встретишь леди, которая, рискуя собой, защищает поместье. Подобно Жанне д'Арк, спасшей Францию, Хильда, несомненно, стала тем символом, что вдохнул мужество в жителей Пойзена.
Кажется, мне досталась невероятная жена.
Я и раньше знал, что она выдающаяся женщина, но не отступить в настоящем бою – это совсем другой уровень.
Впрочем, битва еще не была окончена.
Хотя кольцо осады лопнуло, врагов оставалось много, и они ожесточенно сражались с рассредоточенными всадниками. К счастью для нас, у противника не было копейщиков – видимо, в своем рейде они сделали ставку на мобильность.
Легко вооруженная пехота предсказуемо пасовала перед конным натиском. После успешного прорыва вражеское войско разбилось на мелкие группы, которые наши всадники планомерно истребляли.
В неразберихе свалки спина врага всегда открыта. В такие моменты кавалерия превращается в демонов, безжалостно выкашивающих всех на своем пути. Чаша весов стремительно склонялась в нашу сторону.
Особенно яростно, точно изголодавшиеся звери, бились рыцари Штайнхофа и Фиэль со своим личным отрядом. Обычно спокойный, Фиэль был вне себя от гнева, ведь в Пойзене находилась его любимая жена Элизабет.
То же касалось и Виктора.
Пойзен, где жили его сын и невестка, стал для него домом, который он обязан был защитить.
Каждый из них, ведомый собственной яростью, разил и разил сопротивляющихся врагов.
Рядом со мной оставались лишь Антон и один мой личный взвод. Антон не столько сражался, сколько усердно размахивал знаменем, подавая сигналы.
Оставив зачистку остатков на подчиненных, я занялся своим делом.
Пришло время охоты на командиров.
Используя Скаут командира, я точно определил позиции вражеских офицеров, которые пытались приободрить павших духом солдат, и устремился к ним. Первым на моем пути оказался рыцарь из Райнкальсена.
— Проклятье, откуда они взялись?!
Если бы не граф Башуртен, я бы не смог разгадать замысел южных мятежников. Все висело на волоске. И умение обратить этот мизерный шанс в свою пользу тоже было талантом.
Что бы со мной стало, не получи я Систему при переносе в мир Medieval Knight? От одной мысли поджилки трясутся. Слава небу, что Хильда и Пойзен целы.
Я верну вам этот леденящий ужас сторицей. — С этими мыслями я обрушил кавалерийский меч на рыцаря Райнкальсена.
— Добро пожаловать в Пойзен, сукин ты сын!
— Дьявол! Это еще что за… кха!
Он не успел принять удар, и я снес ему шлем вместе с головой. Вернее, на нем был полный латный доспех, так что лезвие не перерубило шею, но удар был такой силы, что рыцарь едва не вылетел из седла.
Я не упустил момент и пошел в атаку. Мы проделали путь от Розенхайма до Пойзена, я рубил врагов в бешеной скачке, и тело должно было налиться свинцом, но силы, наоборот, прибывали.
— Я Леопольд, рыцарь Райнкальсена! А ты кто такой?!
— Я лорд Пойзена, на который вы напали!
Рыцарь на мгновение замер. Под забралом не было видно лица, но Система считала его состояние: «смятение». Видимо, он и в страшном сне не мог представить, что хозяин этих земель явится прямо на поле боя.
При обычных обстоятельствах их план бы сработал.
Расправиться с замявшимся противником было проще простого.
Я схватил дезориентированного рыцаря за руку и попросту стащил его вниз. Потеряв равновесие, он не смог совладать с весом брони. Стоило ему рухнуть, как на него тут же набросились мои люди.
Одолев рыцаря Райнкальсена, я захватил еще троих командиров рангом пониже. Они были из разных мест. А затем вдали я приметил воина в особенно роскошных доспехах.
— Не паниковать! Держать строй!
Судя по тому, как хладнокровно он подбадривал солдат, это был высокопоставленный командир отряда. Он был невероятно силен и одного за другим сражал моих всадников, пытавшихся к нему приблизиться.
Его подчиненные старались избегать свалки и во что бы то ни стало сохраняли формацию. Пока кругом все в ужасе бежали, они умудрялись держать оборону?
Определенно, элита. Атаковать сплоченную пехоту для кавалерии всегда накладно, и их тактика в условиях общего хаоса была весьма эффективной.
С помощью Скаута администратора я узнал личность командира: Зигмунд фон Хандендорф, вассал графа Базеля и лорд Вирспфельтена. В информации значился особый титул.
[Рыцарь Вспышки]
После Гюнтера, Рыцаря Роз, это был второй встреченный мной обладатель именного прозвища. Он пытался прорваться, чтобы вывести своих людей из окружения, но мои всадники не давали ему уйти.
Поняв, что это «крупная рыба», я пришпорил коня.
— Милорд! Нужно отступать! Если так пойдет и дальше…
— Поздно, Вансен. Мы проиграли этот бой.
— В Башуртене еще остались силы! Вам нужно уходить!
— Уходи хотя бы ты, уводи людей. Я выгадаю время.
— Где это видано, чтобы вассал бросал своего господина?!
— Со мной все будет в порядке. Даже если попаду в плен – за меня заплатят выкуп. А если случится худшее, титул унаследует Лутер. Уходи же!
Когда я приблизился, рыцарь как раз приказывал своему вассалу спасаться вместе с остатками солдат. Убежать? Вы напали на Пойзен и думаете, что я вас отпущу?
— Я Зигмунд фон Хандендорф, рыцарь Базеля и лорд Вирспфельтена.
Его вежливость казалась странной среди криков и лязга стали.
— Я Вольфганг Риттер фон Штрайт, лорд Пойзена.
— Прошу, дайте мне возможность сразиться с одним из лучших рыцарей Берена.
Солдаты Зигмунда начали отход. Они четко отражали атаки кавалерии, не давая сломать строй. Действительно, отборные бойцы. Впрочем, от конницы им все равно не оторваться.
— Поймите мое положение: я вынужден тянуть время, чтобы мои люди могли уйти невредимыми.
— Фиэль! Виктор! Преследовать беглецов и уничтожить! Ни один не должен уйти!
Отдав приказ, я ринулся на Зигмунда. В момент столкновения наших клинков я ощутил такую тяжесть и остроту удара, с какими прежде не сталкивался.
— Чанг! Чанг-чанг!
Его атаки, нацеленные в уязвимые точки, были невероятно чистыми и лаконичными. Это напоминало фехтование, которому меня учила Хильда: минимум лишних движений, максимум эффективности.
Когда после обмена ударами я попытался приподнять локоть и сбросить его с коня, он ухватил меня за плечо, удержался и с силой оттолкнул. Я едва не завалился на бок.
Силен, ничего не скажешь.
Заблокировав его меч гардой своего клинка, я быстро выхватил кинжал, целясь в сочленение доспеха под мышкой, но он вовремя пришпорил коня и разорвал дистанцию.
Как и я с помощью Монблана, он мастерски управлял конем, идеально контролируя дистанцию. Из-за этого маневра я выронил один из двух своих кинжалов.
— Рыцарь Шторма, пусть моя слава не выходит за пределы земель Базеля, меня зовут Рыцарем Вспышки. Возможно, я уступаю вам в мастерстве, но здесь и сейчас я покажу всё, на что способен!
Он оправдывал свое прозвище: его атаки были стремительны и жалящи. Скорость, с которой он переходил от связывания клинков к следующему движению, поражала.
Я впервые столкнулся с такой техникой и поначалу оказался в обороне.
Однако и я получил титул Рыцаря Шторма не в кости. Сохраняя спокойствие, я отражал выпады Зигмунда. Его стиль чем-то напоминал фехтование на рапирах, и я постепенно начал к нему привыкать.
Я ждал момента для контратаки.
Когда острие его меча метнулось к прорези моего шлема, я резко отбил его в сторону, перехватил свой меч за середину клинка и крутанул его. Массивная гарда с размаху впечаталась в его шлем.
— Трах!
— Кха-а!
Крестовина меча – отличное дробящее оружие. Это был прием ханишфехтен, или полумеч – вершина мастерства фехтования в доспехах. Не ожидав такой атаки, Рыцарь Вспышки сильно пошатнулся.
— Бах!
Я навалился на него, пытаясь применить приемы борьбы в седле, но в этот миг он выхватил подвешенное у пояса ударное орудие и огрел меня по голове. От гулкого удара по шлему у меня самого искры из глаз посыпались, и я чуть не вылетел из стремян.
Он тут же попытался ударить мечом в щель забрала, но я перехватил его клинок за середину и рванул на себя, заставляя противника податься вперед. В тот же миг мой последний кинжал вошел ему под мышку.
Удерживая глубоко засевший кинжал, я подцепил его стопу своим носком и с силой толкнул. Рухнувший на землю Зигмунд больше не мог сопротивляться.
— Кха… Действительно, слухи не лгали. Я проиграл.
— И вы… кх… знатно же приложили меня по голове.
[Рыцарь D-ранга (Сила 40%, Доблесть 40%)]
В голове гудело так, будто я получил сотрясение. Тем временем остатки отряда Зигмунда окончательно рассыпались под натиском Фиэля и Виктора.
— Я сдаюсь… прошу, пощадите моих людей…
С этими словами Зигмунд потерял сознание. Сказать по правде, этот вражеский командир вызвал у меня уважение. Редко встретишь аристократа, готового пожертвовать собой ради спасения простых солдат.
Он был ценным пленником, а еще – редким типом рыцаря-лорда со склонностью к Справедливости (Добру). Я принял его капитуляцию и приказал взять выживших в плен.
— Я взял рыцаря!
— И я!
Повсюду слышались торжествующие крики всадников. Пленение рыцаря – это не только почет, но и огромный выкуп. Настоящая золотая жила.
Лишенные командования, враги либо бежали, либо бросали оружие. Победа была полной. Хотя исход стал ясен еще в момент первого прорыва.
— Командир! Посмотрите туда!
Антон указал в сторону тыла. К лесу на всех парах уходил отряд всадников. Мне не нужно было приглядываться – это были гербы гвардейского рыцарского ордена. Вот вы где прятались!
— Антон, сигнал к сбору!
Я снова пришпорил неутомимого Монблана. Пока я мчался через поле боя, Антон размахивал флагом, и к нам один за другим начали примыкать бойцы ордена, рассеянные по округе.
Вскоре за моей спиной было уже полсотни всадников.
Потери Ордена Рыцарей Шторма в этой свалке оказались минимальными. Подоспели Фиэль и Виктор – их жажда мести еще не была утолена. Удирающие гвардейцы стали нашей новой целью.
Ну что же, командир гвардейских рыцарей.
Пора покончить с этой враждой раз и навсегда.