Глава 243 — Надумки Чжао Цзя
После «красных конвертов» все, кто минуту назад восхищались Ли Сюйдуном, разом переключились на Цзян Чэна. По ту сторону экрана у Ли Сюйдуна лицо то багровело, то зеленело. Возразить было нечего: он сам ведь тоже успел «урвать» — всего-то чуть больше пяти юаней. Сумма смешная, но деньги на дороге не валяются.
Даже молчаливая Чжоу Ин отметила @Цзян Чэна:
«Спасибо, у меня выпало больше пяти сотен. Ты на встречу выпускников придёшь?»
Класс тут же оживился: почему красавица Чжоу Ин пишет лично Цзян Чэну? Все знали, что он расстался с Чжао Цзя. Неужели и Чжоу Ин он успел «подцепить»?
Любопытство любопытством, но с богиней многие поспешили поздороваться:
Ван Цзычэн:
«@Чжоу Ин, у богини и удача богини — мне всего сотня с копейками досталась.»
Чэнь Чжо:
«@Чжоу Ин, ты сама-то придёшь?»
Чжоу Ин:
«Если Цзян Чэн придёт, то и я приду.»
Ли Сюйдун и оттого бесился, что его затмили, и оттого, что девушка его мечты словно бы «подпевала» Цзян Чэну. Но, глядя на размер конвертов, он осознал, что тягаться бессмысленно. Даже если после вуза он и выйдет на зарплату «в несколько десятков тысяч», это лишь стартовая линия там, где у некоторых уже давно финиш. А если у Цзян Чэна ещё и «специфическая» семейная спина, нарвёшься — сам себе яму выроешь.
Когда Ли Сюйдун заткнулся, Чжоу Чжиюнь тут же его отметил:
«@Ли Сюйдун, ты посмотри: конвертов столько, суммы жирные, а у одного только ты урвал копейки. Рука у тебя с шиком не дружит, а понтов — на троих, ха-ха.»
В школе Ли, пользуясь статусом старосты, вечно вздёргивал нос кверху: строил, поучал, стучал. Не только Цзян Чэну и Чжоу Чжиюню доставалось — полкласса помнили его «уроки морали». Раньше он и Цзян Чэна задевал, но после той шанхайской истории с Ferrari поостыл. А вот на Чжоу Чжиюня сорваться считал безопасным:
Ли Сюйдун:
«@Чжоу Чжиюнь, следи за собой. Конверты не ты раскидывал — с чего ты вообще разошёлся?»
Чжоу Чжиюнь:
«А письма о зачислении тоже не ты рассылал, но трещал без умолку. Так что не ной.»
Подтянулись и другие, кому староста давно поперёк горла стоял:
«Экзамен сдала средне, а вот конверты — ого! В сумме больше восьмисот! Спасибо щедрому!»
«У меня поменьше, но всё равно шестьсот+. Тоже благодарю!»
Ли Сюйдун глотал желчь молча. Раз уж деньги Цзян Чэна — лучше притвориться мебелью. Увидев, что тот не реагирует, Цзян Чэн вообще закрыл чат.
Он, к слову, слегка пересмотрел мнение о Ли Сюйдуне. С таким гибким позвоночником этот тип в жизни, пожалуй, и правда пробьётся. Печально, но факт: тихие трудяги чаще всего оказываются крайними, а вот гладкие и скользкие всплывают — их охотнее подтягивают.
Чжао Цзя тем временем кипела. Она ещё надеялась, что после их разрыва Цзян Чэн хоть как-то попытается её вернуть. Вместо этого — блок во «вичате», молчание, да ещё и конверты на пятнадцать тысяч. Раньше он максимум мог кинуть символические «520», а теперь — так размахнулся. Выходит, он богаче, чем она думала. А Чжоу Чжиюнь ещё и написал про Ferrari за восемьсот с лишним тысяч…
Желчь пополам с отчаянием: «Если бы я не рассталась, сейчас бы на пассажирском у Ferrari сидела я!»И почему он внезапно стал таким жёстким? Раньше же всё терпел, делал, как она скажет. Не иначе — из-за Чжоу Ин.
Надумав красивую версию, Чжао Цзя почувствовала себя жертвой. Что это она когда-то «продалась» — мысли не допускала. Во всём виноваты ветреник Цзян Чэн и «разлучница» Чжоу Ин. Иначе чего ему было ни с того ни с сего бросать её?
Написать Цзян Чэну она не могла — в чёрном списке. Отметить в чате Чжоу Ин и устроить разборки? Страшно: а вдруг Цзян Чэн окончательно отвернётся?Не заметила, как роли поменялись: раньше Цзян Чэн ходил на цыпочках, чтобы не рассердить её, а теперь уже она боится его реакции. «Сила купюры» сделала своё дело — захотелось «вернуть».
В итоге Чжао Цзя рискнула и отметила @Цзян Чэна:
«Хоть мне и мало выпало, всё равно приятно. Спасибо.»
И уставилась в чат, ожидая ответа. Не дождалась. Во-первых, Цзян Чэн уже перелистывал другие диалоги. Во-вторых, даже увидев, он бы не ответил.
Класс стих и превратился в зрительный зал: минуту назад Чжоу Ин отмечала Цзян Чэна, теперь — бывшая. Намечается драма?
Чжоу Чжиюнь тут же сделал скрин и отправил Цзян Чэну в личку:
«Лао Цзян, вы с Чжао Цзя опять на связи? Ты же сам меня учил — “не будь больше шавкой”.»
Но Цзян Чэн в этот момент читал два других сообщения: от Чэнь Сюэ’эр и от своей службы безопасности.Охрана уже нарыла следы: незадолго до трудоустройства Ло Цзя на её счёт из-за границы упало $500,000. Перевод оформлен не на имя Ван Хао, но регион совпадает с местом, где он сейчас «пасётся». Связь, похоже, прямая.
Чэнь Сюэ’эр тоже отметила: Ло Цзя в последнее время слишком усердно втирается в доверие и проталкивает пару «своих» сделок.
Цзян Чэн поставил в обоих чатах «прочитано». Своей службе безопасности он доверял на сто процентов — не зря система её «выдала». Раньше он уже предупредил: если ниточка ведёт к Ван Хао — работать на опережение. За границей это делается куда чище. Дай вернуться — с их ресурсами потом хлопот не оберёшься.