Глава 47 - Вода и небеса едины
Вопрос Тао Сяофэй застал Цзян Юэ расплох. Девушка замерла, не зная, что ответить, но в этот момент одна из девчонок, стоявшая у самого выхода из хореографического зала, звонко крикнула:
— Цзян Юэ, за тобой твой ухажер пришел!
Остальные ученицы тут же подхватили, защебетав наперебой:
— У-у-у, Цзян Юэ, твой парень просто прелесть!
— Как же он о тебе заботится!
Цзян Юэ повернула голову и действительно увидела Чжоу Цзыяна, опирающегося о дверной косяк. Стремительно бросившись к раздевалке, она бросила Тао Сяофэй через плечо:
— Завтра договорим, я побежала!
Она исчезла за дверью, а Тао Сяофэй ещё долго смотрела в след уходящей подруге и ждавшему её Чжоу Цзыяну, погруженная в глубокие раздумья.
Быстро ополоснувшись под душем и сменив репетиционный купальник на свежую одежду, Цзян Юэ выбежала в коридор.
— Ты там что, запор лечила? — с порога неласково буркнул Чжоу Цзыян. — Чего так долго?
— Чжоу Цзыян! Ты можешь выражаться хоть немного культурнее?! — надула губки Цзян Юэ, закидывая ремень сумочки на плечо. — Я вообще-то наводила красоту, чтобы тебе приятно было смотреть!
— Да ты хоть весь тюбик штукатурки на себя вывали, красивее не станешь, — привычно поддел её парень.
За всё время их общения Цзян Юэ уже успела привыкнуть к его ядовитому язычку. Фыркнув, она предпочла пропустить колкость мимо ушей:
— Ты обещал угостить меня ужином! Куда поедем?
— За мной иди, на месте увидишь.
Рядом с Чжоу Цзыяном Цзян Юэ чувствовала себя совсем иначе, чем с другими парнями. Все её прежние ухажеры казались глупыми, незрелыми мальчишками. Их попытки ухаживать сводились к копеечным подаркам за тридцать-пятьдесят юаней, на которые Цзян Юэ и смотреть-то не хотела, да к приглашениям пожевать дешёвую лапшу малатань в забегаловке у школы. Неужели они думали, что у неё нет денег на нормальную еду?
С Чжоу Цзыяном всё было по-другому. Ей безумно нравилось мчаться с ним на мотоцикле: крепко обняв его за талию и уткнувшись лицом в широкую спину, она забывала обо всех страхах. Рядом с ним возникало удивительное, подзабытое ощущение абсолютной безопасности.
За эти полмесяца они изъездили весь город вдоль и поперек. Вместе зависали в интернет-кафе, где Чжоу Цзыян неизменно приходил первым в онлайн-гонках, вместе ходили в игровой центр. Там Чжоу Цзыян проявил чудеса ловкости и выбил для неё из автомата самого огромного плюшевого медведя.
Как-то раз Цзян Юэ решила показать ему свой танцевальный талант и забралась на платформу танцевального автомата. Яркая, невероятно привлекательная, в коротком красном топе, обнажающем плоский животик, и в белоснежных микро-шортах, подчеркивающих бесконечно длинные стройные ноги, она двигалась в такт музыке настолько гипнотически, что вокруг моментально собралась толпа зевак.
Естественно, тут же подгребли какие-то местные гопники: «Эй, красотка, классно двигаешься! Может, познакомимся?»
Цзян Юэ лишь высокомерно отвернулась, но назойливые типы и не думали отступать. Девушка уже собиралась дать им отпор, чтобы не втягивать Чжоу Цзыяна в неприятности, как парень сам уверенно шагнул вперёд. Взяв Цзян Юэ за руку, он с холодным превосходством посмотрел на приставал:
— Это моя девушка. У вас к ней какие-то вопросы?
Оба гопника были едва выше метра шестидесяти. Окинув взглядом высокого, плечистого Чжоу Цзыяна, они мгновенно сдулись и поспешили ретироваться. В тот вечер Цзян Юэ была на седьмом небе от счастья. Она повисла у него на руке, уткнулась носом в плечо и прошептала:
— Мой парень самый лучший! Дай я тебя расцелую!
— Отвали, — буркнул Чжоу Цзыян.
Цзян Юэ лишь забавно надула губки. Она давно забыла о своих прежних жестоких планах, о которых болтала с Тао Сяофэй, полностью растворившись в этом романе. Цзян Юэ росла с отцом. Вечно занятый на работе, он почти не уделял ей внимания, и в глубине души девушка была безумно одинока. Друзья у неё, конечно, имелись, но ни с кем из них не возникало настоящей душевной близости.
Взять ту же Тао Сяофэй. Цзян Юэ считала её неплохой девчонкой, но между ними всегда стояла незримая стена. И эту стену возводила сама Тао Сяофэй. Цзян Юэ из-за своего прямого характера часто наживала врагов, и близкая подруга, казалось бы, должна была железно держать её сторону. Но Цзян Юэ не раз замечала, как Тао Сяофэй мило бетает и хихикает с теми девицами, которые ее терпеть не могли.
А ещё эти бесконечные разговоры: «А вот моя мама…», «Мама мне сказала…».
Цзян Юэ это ранило. Однажды она не выдержала и тихо обронила: «Знаешь, мой папа тоже ко мне отлично относится». На что Тао Сяофэй тут же ляпнула: «Ну это же совсем другое! Отец — это отец, он никогда не заменит материнскую любовь».
Такие мелочи оставляли глубокий осадок в душе Цзян Юэ. Но кроме Сяофэй у неё никого не было, и она заставляла себя закрывать глаза на её бестактность.
А вот Чжоу Цзыян никогда не заводил подобных глупых тем. Он заботился о ней молча, ненавязчиво, словно весенний дождь, питающий землю. Находиться рядом с ним было невероятно легко и комфортно.
Сегодня после занятий Чжоу Цзыян полчаса гнал мотоцикл к городскому водохранилищу, остановившись у пришвартованного у берега огромного плавучего ресторана.
На самом деле это судно давно списали: оно намертво село на мель, и его переоборудовали в рыбный заведение. Здесь подавали парную рыбу и свежих речных креветок, которых ловили прямо из садков и тут же готовили. Особенно славилась тушёная мелочь с нежнейшим соевым творогом — блюдо получалось острое, пряное и невероятно вкусное.
Цзян Юэ никогда раньше не бывала в таких местах и понятия не имела, что у воды скрывается подобный уголок.
Спрыгнув с мотоцикла, она с естественной грацией взяла Чжоу Цзыяна под руку, слегка прижавшись к нему. Парень не стал отстраняться — в последние дни это стало её привычным жестом, наглядно демонстрирующим их близость. По сути, для полноценного статуса пары им не хватало лишь официального признания.
Чжоу Цзыян и сам испытывал к ней всё большую симпатию. Узнав об её одиноком детстве, он проникся к этой девчонке искренней жалостью. Сопоставляя её жизнь со своей, он понимал, что Цзян Юэ держится куда лучше и оптимистичнее, чем он сам в её возрасте.
Держась за руки, они поднялись на борт.
— О-о, Цзыян, здорово! — хозяин заведения, углядев знакомое лицо, тут же с широкой улыбкой направился к ним.
Отец Чжоу Цзыяна, хоть и не уделял сыну много времени, на деловые ужины часто брал его с собой. Поэтому Чжоу Цзыян знал практически все рестораны в округе. Подобные рыбные таверны у воды были любимым местом его отца для пьянок с партнёрами, так что хозяин узнал парня мгновенно.
Чжоу Цзыян слегка кивнул:
— Дядя, сообрази нам пару фирменных блюд.
Мужчина перевел взгляд на сияющую Цзян Юэ и понимающе усмехнулся:
— Без проблем, всё сделаю в лучшем виде!
Он провёл их на открытую палубу второго этажа. С водохранилища дул приятный прохладный ветерок. Вдали, над гладью воды, догорали багровые языки заката, одинокие птицы кружили в темнеющем небе, а вода и небеса сливались в единое безбрежное полотно.
Цзян Юэ впервые видела такую красоту. Хозяин усадил их за столик друг напротив друга, но девушка тут же перебежала на его сторону и бесцеремонно плюхнулась на скамью вплотную к Чжоу Цзыяну.
— Чжоу Цзыян! — возбуждённо воскликнула она, блестя глазами. — Откуда ты знаешь про это место? Я и не подозревала, что у нас в городе есть такая красотища!