Глава 397 - Послушай мои оправдания
Ся Янь тем временем жалобно давила на жалость перед Чжоу Цзыяном, расписывая свои несчастья, но тот оставался совершенно невозмутим. — Раз назначили тебя начальником — вот и сиди смирно, — пожал он плечами. — Денег тебе не урезали, за спиной у тебя сама Вэй-цзун стоит. Чего тебе бояться?
Услышав это, Ся Янь тут же подхватила: — Ой, да что вы! Мою-то спину Вэй-цзун не прикроет. Мне нужна опора самого Чжоу-цзуна! — Она лукаво прищурилась. — Вот, потрогайте, какая у меня талия тонкая!
Ся Янь была выпускницей художественного училища, занималась танцами, и талия у неё была не то что тонкой — осиной! Она вскочила, задрала блузку и продемонстрировала её Чжоу Цзыяну.
Чжоу Цзыян окинул взглядом её точёный стан, задумчиво протянул руку и пару раз провёл ладонью по талии, впрочем, без всякой корысти — скорее символически, после чего усмехнулся: — Ну и язычок у тебя подвешен.
То, что Чжоу Цзыян сам вызвался прикоснуться к ней, словно придало Ся Янь смелости. Она тут же выложила всё начистоту: — Чжоу-цзун, я человек, которого наняли именно вы. И кому я хочу служить — вы и сами прекрасно знаете. Конечно, я не в такой близости, как Вэй-цзун или Шэнь-цзун, но пока я в компании — я ваш козырь в рукаве. Захотите использовать — используйте в любой момент. А взамен мне нужно лишь чуточку вашего внимания, Чжоу-цзун.
— Совсем чуточку, — повторила Ся Янь, изящно сложив пальчики с наращёнными ногтями в щепотку.
Чжоу Цзыян лишь улыбнулся, не став развивать тему, и сказал: — Раз Юйжун поставила тебя начальником надзорного отдела — работай как следует, не подведи её. А если возникнут трудности — приходи ко мне.
Вэй Юйжун в делах была куда осмотрительнее Чжоу Цзыяна. И хотя большинство руководителей отделов сменилось, перед должностями всех нынешних начальников красовалась приставка «исполняющий обязанности». Включая и Ся Янь — она тоже была лишь временным начальником надзорного отдела.
Когда Вэй Юйжун создавала новый отдел, она сперва думала пригласить кого-то со стороны, но потом решила, что новый человек не разберётся в положении дел компании. А Ся Янь хоть и начинала с ресепшена, зато потом вместе с Шэнь Пэйпэй обошла всю кадровую службу. Назначение Ся Янь на надзор было решением временным — останется ли она на этой должности, ещё бабушка надвое сказала.
— С этих слов мне и довольно. — В глазах Ся Янь заплясали лукавые огоньки. — Тогда, Чжоу-цзун, я ведь теперь начальник новоиспечённый... Может, приглашу вас на ужин — в качестве взятки?
Чжоу Цзыян рассмеялся: — Это ты не ужинать меня зовёшь, а прожужжать все уши намерена! Нет уж, уволь.
Ся Янь залилась серебристым смехом и шутливо упрекнула начальника в недогадливости.
Чжоу Цзыян сказал, что если у неё больше нет вопросов, пусть возвращается на пост — он позвал её лишь для того, чтобы перекинуться парой слов и узнать, нет ли у неё проблем.
— А если говорить о проблемах... — Ся Янь, раз уж представился случай, решила выложить всё как есть. — Есть одна.
— Говори.
Раньше, пока компания ещё не разрослась, график у всех был гибкий, без всякой системы отметок о приходе. Кто закончил работу — тот и ушёл пораньше, кто не закончил — остался допоздна. Турникеты, конечно, стояли, но Чжоу-цзун был щедр — и в мыслях не держал вычитать премии за пропущенную отметку.
Но теперь всё иначе: компания встала на рельсы формальной системы, и учёт рабочего времени обязателен. Более того, отвечать за него поручили самой Ся Янь.
С момента введения системы посещаемости большинство сотрудников отмечались исправно. Лишь единицы опаздывали день ото дня. По правилам, таким положено урезать премию. Премии других Ся Янь резала без сожаления — пусть за спиной шепчутся, что у неё совести нет, ей было плевать.
Но была одна премия, которую Ся Янь не знала, трогать или нет.
Речь о единственной в компании «голубой крови» — Цяо Хуэй, принцессе Цяо.
Впрочем, Цяо Хуэй не то чтобы специально опаздывала. Просто она привыкла приходить к половине девятого. Раньше опоздание на десять-пятнадцать минут никого не волновало. А когда ввели новый порядок, она, затаив обиду из-за того, что её не перевели из стажёров в штат, и подавно не собиралась являться вовремя. В глубине души она даже думала: «Меня не оформили — так неужели Чжоу Цзыян посмеет вычесть мне зарплату за пару минут опоздания?»
Узнай об этом Вэй Юйжун — она бы, чего доброго, урезала ей жалованье, да ещё и вдвойне.
Но Ся Янь была девушкой умной. С какой стати ей докладывать об этом Вэй Юйжун? Она давно хотела обсудить это с Чжоу Цзыяном и посмотреть, как он отреагирует.
В конце концов, эта Цяо Хуэй — родственница самого Чжоу-цзуна. Что он об этом думает?
Выслушав доклад Ся Янь, Чжоу Цзыян вспомнил: на новогоднем корпоративе Цяо Хуэй стала свидетельницей его истории с Ху Шутун. После этого она притихла и даже не явилась на семейный ужин. Видимо, тот случай произвёл на неё сильное впечатление.
Премия за полное посещение — всего-то несколько сотен юаней. Чжоу Цзыяну не было никакого резона ссориться с Цяо Хуэй из-за таких денег. Урежь он ей премию — она побежит жаловаться тётушке, тётушка — его отцу, и пойдёт круговерть, которой вполне можно избежать.
Но и то, что Цяо Хуэй продолжает в том же духе, — тоже не дело. Деньги — не проблема, проблема в том, что дурной пример заразителен.
Чжоу Цзыян на мгновение задумался и сказал: — Премию ей не трогай. Но чтобы так продолжалось — нельзя. Вот что: когда пойдёшь, заодно загляни к ней и позови в мой кабинет. Я уже полгода не видел эту дальнюю родственницу.
— Да уж, полгода! — усмехнулась Ся Янь. — В отделе уже поговаривали, будто вы с ней с детства не разлей вода.
Чжоу Цзыян покачал головой: — Куда там. Дальняя троюродная сестра, не более.
Услышав это, Ся Янь всё поняла.
Разговоры закончены. Ся Янь развернулась и направилась к двери, а на прощание Чжоу Цзыян напомнил ей не забыть зайти в бухгалтерию и позвать Цяо Хуэй.
Ся Янь показала жест «ОК» и, с ленцой покачивая бёдрами, покинула кабинет Чжоу Цзыяна.
В бухгалтерии в это время кипела работа, и только Цяо Хуэй только-только явилась. Впрочем, сегодня она была молодцом — опоздала всего на десять минут. И то лишь потому, что с вечера поставила будильник.
Цяо Хуэй прекрасно понимала: времена изменились, хорошая жизнь кончилась. Теперь в компании действует строгая система учёта, и десятки глаз следят за ней. Надо брать себя в руки, хотя бы не опаздывать.
Так она думала, но каждое утро, стоило прозвенеть будильнику, в голове проносилось: «Ещё две минуточки... Ещё две минуточки — и всё, встаю...»
Из-за этих «двух минуточек» она не успела на автобус и опоздала на целых десять минут. Не будь этих проклятых двух минут — ни за что бы не опоздала.
Она на цыпочках прокралась в офис: коллеги все как один были заняты делом. Цяо Хуэй тихонько пробралась на своё место, завтракать ей было некогда.
Хорошо ещё, в ящике стола завалялось печенье — можно перебить голод.
И она, стараясь, чтобы никто не заметил, принялась украдкой жевать печенье на рабочем месте.
Начальник бухгалтерии, сухопарый мужчина лет тридцати с небольшим, в очках и с начинающейся лысиной, заметил её. В руках у него была пачка бумаг. Убедившись, что все заняты, он вспомнил, что ему поручала Вэй Юйжун, и подошёл к Цяо Хуэй:
— Цяо Хуэй.
— А? — Вздрогнув от неожиданности, Цяо Хуэй подняла голову — на губах у неё ещё остались крошки печенья.
Увидев её в таком виде, начальник невольно поморщился, а другие сотрудники, подняв головы, прыснули в кулак и тут же принялись перешёптываться.
— Пойдём со мной, — коротко бросил начальник.
Цяо Хуэй проследовала за ним в кабинет. Минут через десять она вышла, вся понурая. Вечно любопытные коллеги при виде этого не проронили ни слова, а сделали вид, что заняты своими делами.
По их поведению Цяо Хуэй поняла: эти люди наверняка судачат о ней за спиной. Мол, называлась сестрой босса, а вон как с ней обошлись — и слова поперёк не сказал. Явно строит из себя важную птицу, а на деле — пустышка.
Цяо Хуэй почувствовала, что больше не может находиться в этом офисе. В какой-то момент она всерьёз подумывала уволиться.
И как раз в эту минуту в бухгалтерию, цокая каблучками, вошла Ся Янь.
— Цяо Хуэй, — обведя взглядом комнату, окликнула она сидящую за столом девушку.
Цяо Хуэй подняла голову с недоумением.
— Чжоу-цзун просит тебя зайти к нему в кабинет, — сказала Ся Янь.
— ? — Цяо Хуэй опешила. Опешили и все в бухгалтерии. Что происходит? За полгода работы в компании Чжоу Цзыян ни разу не вызывал Цяо Хуэй к себе. Более того, даже при случайных встречах в коридоре он едва удостаивал её взглядом.
Все уже успели решить, что Цяо Хуэй — самозванка, прикидывающаяся роднёй босса. А когда пришло время переводить стажёров в штат и перевели всех, кроме неё, над ней начали откровенно посмеиваться.
В открытую никто её не травил, но Цяо Хуэй лишилась ореола «голубой крови», а других выдающихся заслуг за ней не числилось. Естественно, её стали презирать. А уж сегодняшнее утро и вовсе убедило всех, что эта женщина, непонятно какими связями устроившаяся в компанию, — пустое место.
И тут вдруг сам Чжоу-цзун, да ещё так демонстративно, шлёт за ней начальницу надзорного отдела?
Неужели и правда родственница, да ещё в фаворе?!
Пока все хлопали глазами, Ся Янь усмехнулась: — Чего застыла? Иди скорее. Или будешь ждать, пока Чжоу-цзун сам за тобой придёт?
— Ах да, иду! — спохватилась Цяо Хуэй и, торопливо цокая каблуками, выбежала из бухгалтерии.
Ся Янь за ней не пошла. Кабинет Чжоу Цзыяна находился этажом выше, где сидело всё высшее руководство. За полгода Цяо Хуэй была здесь от силы раз пять.
Ли Цзюань как раз выходила из кабинета Вэй Юйжун с пачкой бумаг в руках. Увидев Цяо Хуэй, она удивилась: — Ты что здесь делаешь?
— Я... — Цяо Хуэй на миг растерялась, не зная, что ответить.
В этот момент дверь кабинета Чжоу Цзыяна открылась, и он сам вышел наружу: — Это я её позвал. Заходи.
Чжоу Цзыян указал на Цяо Хуэй.
Ли Цзюань остолбенела. Но Цяо Хуэй, не обращая на неё внимания, молча проследовала за Чжоу Цзыяном в кабинет.
Чжоу Цзыян, склонив голову, сосредоточенно изучал бумаги. Цяо Хуэй, хоть и числилась ему сестрой, по сути, почти не пересекалась с ним. А после того как она устроилась в компанию, строгая служебная иерархия и вовсе развела их по разные стороны баррикад. Чжоу Цзыян — на вершине, а Цяо Хуэй, познавшая всю превратность людского отношения, стояла перед ним, не смея даже дышать полной грудью.
Честно говоря, она боялась, что Чжоу Цзыян припомнит ей всё. Ведь на новогоднем корпоративе ей довелось лицезреть ту самую пикантную сцену.
Минут через десять Чжоу Цзыян наконец оторвался от бумаг. Взглянув на замершую Цяо Хуэй, он с удивлением произнёс: — Да ты присядь, сестрёнка. Свои же люди.
— Нет-нет, я и постоять могу, — отказалась Цяо Хуэй.
Чжоу Цзыян посмотрел на её скованную позу и невольно усмехнулся. Без малейшей напыщенности, совсем как с родной сестрой, он поднялся из-за стола и прошёл в зону с диваном для гостей.
Цяо Хуэй поплелась следом. Чжоу Цзыян спросил: — Кофе умеешь заваривать?
— Растворимый? — уточнила Цяо Хуэй.
Чжоу Цзыян взглянул на неё — в глазах у неё застыли искреннее недоумение и растерянность. Он решил, что не стоит слишком уж мучить девушку, и, криво усмехнувшись, попросил: — Тогда просто налей мне воды.
— Ах да, конечно! — спохватилась Цяо Хуэй и послушно отправилась наливать воду.
Принеся стакан, она поставила его перед Чжоу Цзыяном. Тот сидел на диване, а Цяо Хуэй так и осталась стоять в сторонке, вся сжавшись.
— Присядь, — снова предложил он. — Здесь никого чужого нет.
Цяо Хуэй снова отказалась. Чжоу Цзыян уже начал терять терпение: — Садись, раз говорю! Мы же родня, сестрёнка. В детстве вместе играли.
С этими словами он потянул Цяо Хуэй за руку, усаживая. Лишь когда он сам прикоснулся к ней, девушка осмелилась присесть рядом. Но не успела она устроиться, как Чжоу Цзыян неожиданно добавил: — Впредь, если что-то нужно, говори прямо мне. Незачем гонять тётушку с поручениями к моему отцу.
От этих слов Цяо Хуэй словно на иголки села — она вскочила было, но Чжоу Цзыян мягко удержал её за запястье: — Да сядь ты, сядь. Я с тобой по-честному говорю.
— Ну что мы, чужие, что ли, брат с сестрой? Чтобы я через тётушку да через отца всё выяснял? Тем более тётушка уже в возрасте, ноги у неё не ходят. Тебе бы только позвонить — а ей пришлось бы тащиться в уездный город. Удобно ли это? — прямо сказал Чжоу Цзыян.
Цяо Хуэй поняла: Чжоу Цзыян вызвал её, чтобы свести счёты. Слёзы, крупные, как горошины, брызнули у неё из глаз. Причин было несколько. Первая — страх: она помнила, как при поступлении на работу Чжоу Цзыян предупреждал её, чтобы она не дёргала Чжоу Голяна и не создавала ему проблем. А она опять побеспокоила отца. Вторая — все неудачи на работе, которые она терпеливо сносила, не позволяя себе расплакаться, — а теперь, когда Чжоу Цзыян заговорил с ней, страх прорвал плотину, и слёзы хлынули сами собой.
— Чжоу-цзун... — всхлипнула она.
— Какие тут цзуны! — перебил её Чжоу Цзыян. — Нет здесь посторонних. Зови меня просто «младший брат».
Но Цяо Хуэй ни за что не осмелилась бы на такую фамильярность. Она лишь плакала: — Чжоу-цзун, я виновата. Я ничего такого не говорила, просто парой слов перекинулась с мамой. Я и думать не думала, что она пойдёт к третьему дяде! Чжоу-цзун, честное слово, я не нарочно!
Чем больше она говорила, тем громче рыдала. У некоторых девушек слёзы — странная штука: плачут по любому поводу. А Чжоу Цзыян, честно говоря, вовсе не собирался её наказывать. Он хотел лишь уладить вопрос с её посещаемостью, сказать пару ободряющих слов и заодно попросить забыть ту ночную сцену.
Но кто же знал, что от пары невинных фраз Цяо Хуэй разревётся в голос! Чжоу Цзыян даже растерялся: — Ну чего ты плачешь? Я тебя не обижаю! Я лишь говорю: если что-то нужно — приходи сразу ко мне, а не гоняй свою маму и моего отца. У меня и в мыслях не было тебя упрекать!
Цяо Хуэй продолжала рыдать. Чжоу Цзыян, не находя слов, вздохнул: — Я позвал тебя из-за работы. Чего ревёшь? Слёзы проблему решат?
От его слов слёзы Цяо Хуэй разом прекратились. На ресницах ещё блестели капли, но она перешла на тихие всхлипы.
Глядя на неё, Чжоу Цзыян помрачнел. Он протянул ей салфетки, и Цяо Хуэй, вся обиженная, принялась промокать глаза.
Чжоу Цзыян понял: с этой девушкой нежность не поможет. Лучше говорить напрямую. — Я слышал от тётушки, что тебя, сестрёнка, не устраивает нынешняя должность?
— Я...
— Говори как есть, сестрёнка. Я же сказал: мы не чужие. Если продолжишь отмалчиваться, а потом за моей спиной будешь наушничать матери — я просто не знаю, чем тебе помочь. — Чжоу Цзыян оборвал её, не дав и рта раскрыть.
Этими словами он окончательно загнал Цяо Хуэй в угол. Она приоткрыла рот, хотела что-то сказать, но в итоге лишь кивнула и жалобно произнесла: — Дело не в том, что меня не устраивает. Просто все вокруг думают, что я твоя сестра, а тут — всех стажёров перевели в штат, а меня одну нет. Люди говорят...
Тут она запнулась.
— Что говорят? — спросил Чжоу Цзыян.
Цяо Хуэй с несчастным видом выдавила: — Говорят, что эта компания не Чжоу, а Вэй.
Чжоу Цзыян усмехнулся, ничего не ответил, наклонился и взял стакан с водой.
Поняв, что он не разгневался, Цяо Хуэй набралась храбрости и продолжила: — Цзыян, я знаю: перевод в штат решала не ты, а эта... эта Вэй-цзун. Но я, как-никак, твой человек! Она перевела всех, а меня одну оставила за бортом. Это же значит, что твоё слово в компании ничего не весит! Честное слово, Цзыян, я именно так и думаю!
К концу этой тирады Цяо Хуэй и сама почти поверила в свои слова. Чжоу Цзыян, выслушав, усмехнулся: — Так ты только перевода в штат и хочешь?
Он посмотрел на неё. Цяо Хуэй под его взглядом занервничала, опустила голову и пробормотала: — Да не в переводе дело... Просто... просто то, что она меня не перевела, — это как плевок в твою сторону.
— И всё? — Чжоу Цзыян смотрел на неё.
Цяо Хуэй едва заметно кивнула.
— А мне сказали, что раньше твою работу за тебя делала Ли Цзюань. Это что за история?
Лицо Цяо Хуэй побелело.
— И ещё говорят, ты каждый день опаздываешь?
— Я... Цзыян, дай мне объяснить! — При этих словах Цяо Хуэй запаниковала и лихорадочно принялась подыскивать оправдания. Про Ли Цзюань она затараторила: мол, та сама напросилась помочь.
— Я тогда только пришла в компанию, ничего не понимала. Ли Цзюань сама сказала, что поможет. У меня работы было невпроворот, я не успевала, вот и попросила её. Она моя однокурсница, она давно знала, что ты мой брат. Она специально так делала, чтобы привлечь твоё внимание! Я и не думала, что она будет помогать мне постоянно! — жалобно оправдывалась Цяо Хуэй.
Чжоу Цзыян, закинув ногу на ногу, слушал её сбивчивые объяснения, а затем спросил: — А опоздания?
— Я... от моего общежития до компании прямого автобуса нет. Нужно идти до остановки, потом две остановки ехать... Я думала, что две минуты — не страшно.