Глава 363 - Клеймо Чжоу Цзыяна
Самые наблюдательные могли заметить, что Ляо Тинтин выбралась именно с заднего сиденья. А кое-кто даже разглядел, что на пассажирском месте рядом с Чжоу Цзыяном сидела та самая новоиспечённый председатель студсовета — обычно молчаливая, но производящая впечатление Шэнь Пэйпэй.
Впрочем, студентов куда больше занимали собственные сплетни. А самой лакомой темой был, конечно же, «властный старшекурсник» Чжоу Цзыян — молодой, богатый, талантливый, и всего на второй день учёбы уже увёз самую хорошенькую первокурсницу, да так, что та не вернулась до утра.
А почему это у малышки походка такая странная, ноги будто не свои?
Ах, так вот она какая, жизнь богатых?
Так или иначе, слух о том, что Ляо Тинтин провела ночь вне кампуса, укрепился окончательно. Даже когда она потом объясняла соседкам по комнате, что ездила домой, вопросы возникали один за другим: «А зачем?» — «Заботилась о пьяной маме». — «А папа где?» — «Что? Неполная семья? Мама напилась посреди ночи?»
Ну не могла же она ответить на такое! И потому, когда Ляо Тинтин отвечала, она запиналась. А запинка эта лишь породила ещё больше домыслов.
— Боже мой, Тинтин, так ты и правда знакома с Чжоу Цзыяном?!
— Да уж, отношения у вас явно не простые!
— Ну всё, теперь вся наша комната на тебе держится!
— Тинтин, я хочу ухватиться за твою сильную руку! Я после выпуска мечтаю устроиться в Байцаоюань. Рассчитываю на тебя!
— Мы же только на первом курсе, ты не слишком ли далеко загадываешь?
— Это называется «человек без дальних планов непременно столкнётся с близкими бедами»! Нужно думать наперёд! Все старшекурсники говорят, что в Байцаоюане условия — сказка. Нельзя мне, что ли, заранее подготовиться?
Соседки по комнате тараторили наперебой, но одно было точно: относиться к Ляо Тинтин они стали куда почтительнее. Никто больше не смел подшучивать над ней — как-никак, девушка, которую Чжоу Цзыян водил ночевать!
Более того, в последующие дни Ляо Тинтин пользовалась особыми привилегиями. Вот, например, при наборе в студсовет: старшекурсница, вербовавшая новичков, увидев имя Ляо Тинтин, подняла голову и переспросила:
— Ты — Ляо Тинтин?
Та робко кивнула.
— А, ты же сестричка Цзыяна! Мне о тебе Шихан рассказывала, я соседка твоей старшей сестры Шихан по комнате. — Лю Ии приветливо улыбнулась и без лишних слов зачислила её. Затем повернулась к парню рядом и бросила: — Эй, это Ляо Тинтин, новая фаворитка Чжоу Цзыяна.
От этих слов Ляо Тинтин залилась краской. Лю Ии, впрочем, просто пошутила, давая понять: раз она знакома с Чжоу Цзыяном, то и к ней все должны относиться с особым вниманием.
Положение Чжоу Цзыяна в Цзиньлинском университете было примерно таким же, как у босса Ма в Алибабе. В своё время, с 16-го по 19-й год, слава Ма достигла пика: сотрудники внутренне поклонялись ему как божеству. В одном из университетов Ханчжоу чуть ли не каждый преподаватель на каждой лекции упоминал босса Ма, приговаривая, что когда-то учился с ним вместе.
Чжоу Цзыян в Цзиньлинском университете тоже фигура легендарная. Главное — проект «Байцаоюань», который он запустил, приносил студентам немалую выгоду. У многих в университете вечно не хватало денег на жизнь, а после появления Байцаоюаня многие студенты получили возможность подрабатывать в сети в свободное время.
Чжоу Цзыян никогда не рекламировал это, но многие студенты всё равно считали, что обязаны ему. А стоит человеку стать знаменитым — найдутся и те, кто будет его поносить, и те, кто будет боготворить. Будь то босс Ма или Лю Цяндун — у каждого есть свои фанаты и свои хейтеры. Та же история и с Чжоу Цзыяном.
Часть студентов не переваривала его привычку появляться в компании разных красивых девушек и поливала его в интернете: мол, всё бесплатно, а сам потом Байцаоюань приватизировал, не иначе как ради наживы.
На что другие резонно возражали: как ни крути, Чжоу Цзыян дал им отличную площадку для подработки.
— Я знаю одно: не будь Чжоу Цзыяна, я бы до сих пор вкалывал частным репетитором по чёрному за жалкие десять юаней в час.
В сети репутация у него была противоречивой, но в стенах Цзиньлинского университета его авторитет достиг зенита. Третий курс, на который Чжоу Цзыян оказал наибольшее влияние, а также два последующих набора, пропитанных той же атмосферой, относились к нему с благоговением. И в такой обстановке Ляо Тинтин, прикрываясь именем Чжоу Цзыяна, могла идти по жизни, не глядя под ноги.
Назвать её «новой фавориткой» было, конечно, преувеличением, но как «хорошую сестрёнку Чжоу Цзыяна» её пропускали почти везде. Даже в столовой тётушка за раздачей спрашивала:
— Слышь, девонька, ты, говорят, знакома с этим самым Чжоу? Ты его новая девушка, что ли?
— А? — От таких расспросов Ляо Тинтин становилось неловко, она опускала голову и прятала улыбку, пока соседки по комнате с завистью поглядывали на неё.
На первом же классном часе новость о том, что Чжоу Цзыян провёл с Ляо Тинтин ночь вне кампуса, уже разлетелась по всей академии. Полкурса оборачивалось на неё, перешёптываясь:
— Это она и есть, Ляо Тинтин?
— Миленькая. А у неё с Чжоу Цзыяном и правда что-то есть?
— Да нет, вроде сестрёнка.
— Правда, что ли?
Перешёптывания стихли лишь когда в аудиторию вошёл куратор. При выборе старосты кто-то вдруг выкрикнул фамилию Ляо Тинтин.
— А кто такая Ляо Тинтин?
— Господин куратор, это сестрёнка нашего старшего Чжоу Цзыяна!
Группа грохнула смехом, а куратор, опешив, переспросил:
— Так ты сестра Чжоу Цзыяна?
И вот так, ни с того ни с сего, она стала старостой группы на время военных сборов. Сама по себе Ляо Тинтин была росточком не выдающейся, и без Чжоу Цзыяна в группе вряд ли бы выделялась. Но благодаря ему её носили на руках, и многие девушки в группе наперебой заискивали перед ней.
Впрочем, у медали была и обратная сторона: девушки её задабривали, зато парни обходили стороной.
Например, на военных сборах второкурсники, промышлявшие охотой на свеженьких первокурсниц, быстро заприметили Ляо Тинтин. Но едва они собрались подкатить, как один из них тут же одёрнул другого.
— Ты чё, жить надоело?! Её же сам Цзыян водил ночевать! Хочешь с самим Цзыяном тягаться?
— Какое сейчас время-то?! — возмутился кто-то.
— Ну давай, попробуй. Только потом не говори, что я не предупреждал. Отобьёшь девушку у старшего — значит, против всех старшекурсников пойдёшь. Тогда и в студсовет можешь не соваться.
— Да блин, неужто всё так серьёзно?
Слова были храбрыми, но парень всё же стушевался. Чжоу Цзыян, вообще-то, пальцем не пошевелил. Но слава бежит впереди человека: если уж на какую-то красотку положил глаз сам председатель студсовета, остальные парни и пикнуть не смеют. А тут — сам некоронованный король университета, Чжоу Цзыян.
Второкурсники не смели и близко подойти к Ляо Тинтин, а уж первокурсники-желторотики и подавно. Даже если она казалась им хорошенькой, заговорить с ней никто не решался: это же девушка старшего Цзыяна, с ними шутки плохи.
Так Ляо Тинтин с первого дня учёбы получила клеймо «девушки Чжоу Цзыяна». Впрочем, всё это были лишь россказни студентов, которые сами же и раздували легенду о его могуществе. Находились и умники, ворчавшие: с чего вы взяли, что всё настолько серьёзно? Мы живём в современном обществе, а вы тут средневековье развели!
Но правда это или вымысел — всегда найдутся те, кто поверит.
Ляо Тинтин, ни сном ни духом, попала в студсовет, а затем по заведённому порядку устроилась в кафе-молочную, прихватив с собой соседку по комнате на подмогу.
В эти первые дни семестра Чжоу Цзыян не покидал кампус. С одной стороны, нужно было светиться на парах, с другой — только начался учебный год, следовало поддерживать хорошие отношения с руководством. Как-никак, Байцаоюань вышел из стен Цзиньлинского университета, и большинство сотрудников — его выпускники. Университет считал Байцаоюань образцовым предприятием студенческого предпринимательства, в студенческих клубах существовала даже специальная организация, посвящённая ему. Сам Чжоу Цзыян ныне числился в студсовете, хотя делами почти не занимался.
На парах он обычно сидел рядом с Гу Я. Они болтали, дурачились; Чжоу Цзыян дремал, а Гу Я исправно конспектировала для него — ну вылитая школьная парочка.
Сентябрь подошёл к концу, наступили октябрьские каникулы. Ляо Тинтин целый месяц провела на военных сборах, впервые по-настоящему вкусив студенческой жизни. Ей всё нравилось, а влияние Чжоу Цзыяна в университете вызывало всё большее восхищение.
Все эти месяцы у Ляо Тинтин не было и минуты, чтобы забежать к Чжоу Цзыяну поболтать. И вот наконец сборы закончились, и она выкроила время, чтобы специально прийти к нему в аудиторию.
Она даже прихватила для него молочный чай. Когда занятия кончились, первым из аудитории вышел Сюй Чжэн. Заметив милую девчушку с двумя хвостиками, которая с любопытством заглядывала внутрь, он сам подошёл и спросил:
— Ты кого-то ищешь?
— А, здравствуйте, старший! Я ищу старшего Чжоу Цзыяна. Он здесь?
— Ты ищешь Чжоу Цзыяна? — Сюй Чжэн нахмурился, вгляделся в Ляо Тинтин, будто что-то припоминая, и спросил: — Так ты и есть та самая Ляо Тинтин?
— Ой, старший, вы меня знаете? — Ляо Тинтин смутилась, щёки её порозовели. Всё из-за Чжоу Цзыяна: казалось, куда ни пойди — все её знают.
Едва Ляо Тинтин подтвердила, Сюй Чжэн без обиняков поинтересовался:
— А какие у тебя с Чжоу Цзыяном отношения?
— А? — Ляо Тинтин почувствовала в его голосе неприязнь, но не поняла, с чего вдруг.
Сюй Чжэн продолжил:
— Ты вообще в курсе, что у Чжоу Цзыяна есть девушка?
При этих словах лицо Ляо Тинтин омрачилось.
К счастью, тут из аудитории вышел сам Чжоу Цзыян. Увидев её, он окликнул:
— Тинтин!
Завидев его, Ляо Тинтин вновь расплылась в улыбке и радостно бросилась к нему:
— Братец Цзыян!
Чжоу Цзыян обнял её за плечи. Ростом Ляо Тинтин действительно не вышла — как старшеклассница, поэтому многие прохожие оборачивались.
Чжоу Цзыян не стал жадничать: подвёл её знакомиться со старшекурсниками, представляя как свою сестрёнку.
— Ничего себе, старина Чжоу, откуда у тебя такая симпатичная сестрёнка? На каком курсе учится? — пошутил Чжэн Гань.
— Да брось ты, она уже на первом! — отмахнулся Чжоу Цзыян.
— Серьёзно?!
Чжэн Гань явно не ожидал. Тут Чжоу Цзыян наконец заметил стоящего перед ним Сюй Чжэна. Взгляд того был откровенно недружелюбным.
Ляо Тинтин не спускала глаз со странного старшего, который разговаривал с ней так грубо. Видя, что Сюй Чжэн с мрачным лицом направляется к ним, она ещё сильнее прижалась к Чжоу Цзыяну, обхватив его за талию.
— Ты знаешь, что Фан Цин сейчас страдает из-за тебя, а ты тут разводишь шашни с другими девушками? Тебя это не смущает? — холодно осведомился Сюй Чжэн.
Чжоу Цзыян усмехнулся:
— А тебе-то какое дело?
— Если ты считаешь, что поступаешь правильно, тогда мне больше нечего сказать. Но запомни: Бог всё видит. За такие дела рано или поздно воздастся! — отрезал Сюй Чжэн.
Он просто не переваривал Чжоу Цзыяна. Фан Цин больше нет, но Сюй Чжэн будет следить за ним от её имени. Он не позволит Чжоу Цзыяну безнаказанно предавать её память. А если тот посмеет — пусть пеняет на себя.
Чжэн Гань, услышав это, поспешил вмешаться:
— Да ладно тебе, старина Сюй, опять ты за своё! Какое тебе дело до чужих семейных разборок? Всё кончено, так и забудь. Старина Чжоу — наш брат, не стоит из-за ерунды ссориться.
С этими словами он обнял Сюй Чжэна за плечи, пытаясь утихомирить.
Но тот лишь оттолкнул его руку:
— Отвали! Тебе-то что — не тебе же рога наставили!
Сюй Чжэн в последний раз сверкнул глазами на Чжоу Цзыяна, затем перевёл взгляд на Ляо Тинтин:
— Держись от него подальше. Он нехороший человек.
Развернулся и ушёл. Чжоу Цзыян так и не понял, что на того нашло. Чжэн Гань лишь отмахнулся:
— Да брось ты, старина Чжоу, не обращай на него внимания. Сюй Чжэн в последнее время сам не свой. Тем более что ты тут со всех сторон — с этой малышкой с первого курса — слухи пошли. Он хотел Фан Цин позвонить, нажаловаться на тебя, да так и не дозвонился.
Чжоу Цзыян не придал этому значения, усмехнулся:
— Так Фан Цин давно номер сменила.
— А, вот оно что!
— Братец… — робко позвала Ляо Тинтин.
— Что такое?
— Пойдём поедим, а?
Ляо Тинтин смотрела на него жалобно. Она ведь пришла именно затем, чтобы позвать его на ужин. Месяц на сборах — это месяц впроголодь, и ей не терпелось вывалить на Чжоу Цзыяна всё, что она там повидала и услышала.
Чжоу Цзыян вспомнил об уговоре и обратился к обступившим его однокурсникам:
— Ну, я пойду, мне ещё её домой отвезти надо.
— Ага, давай, — щедро разрешил Чжэн Гань.
И Чжоу Цзыян, взяв Ляо Тинтин за руку, увёл её. Ели они стейки. Хотя приглашала Ляо Тинтин, платил в итоге Чжоу Цзыян.
Ляо Тинтин всё не могла выкинуть из головы слова того странного старшего:
— Братец, а почему тот старший такой… чудной?
— А, этот… После того как его бывшая его бросила, он таким и стал. Ты не обращай внимания, — отмахнулся Чжоу Цзыян.