Глава 359 - Ляо Тинтин получает пощёчину
Чжоу Цзыян редко появлялся в университете, и в этот раз он хотел собрать всех и угостить ужином. Под «всеми» он, разумеется, не имел в виду только своих женщин — те, кто уже стал его женщинами, считались семьёй, и с ними церемониться не стоило. В понятие «все» входили и Тао Сяофэй, уже работавшая на Цзыяна, и однокурсница Гу Я — обе в своё время здорово помогли ему в университете.
По-хорошему, надо было бы позвать и Чжэн Ганя с Сунь Цы, но из-за Сюй Чжэна выходила неувязка: позови этих двоих, не позвав Сюй Чжэна, — нехорошо; позови и Сюй Чжэна — тоже нехорошо.
Поэтому он решил не звать никого из троих, а просто пригласить девушек на ужин. С Чжэн Ганем можно было встретиться отдельно в другой день, захватив с собой Сун Шихань и Лю Лин, и устроить свидание на четверых.
А сегодня — без этого. Сегодняшняя цель проста: познакомить всех с Ляо Тинтин.
Когда Чжоу Цзыян подъехал к отелю, Цзян Юэ уже была там. Она снова сменила образ: волосы, тонированные в лёгкий каштановый оттенок, стали ещё изысканнее; на ней была свободная белая рубашка, а длинные стройные белоснежные ноги обтягивали чёрные чулки.
Чулки сидели на её ногах идеально — вроде бы чёрные, но сквозь них просвечивала белизна кожи. Цзян Юэ приехала на машине, поэтому выглядела расслабленно и чуть лениво, а под чёрными чулками красовались туфли на каблуках. Завидев машину Чжоу Цзыяна, она тут же принялась ворчать:
— Почему вы только сейчас?! Знаешь, сколько я вас прождала?!
— Мы же договаривались на пять вечера? — удивился Чжоу Цзыян.
— Сун Шихань сказала мне, что в половине пятого! — Цзян Юэ мгновенно поняла, в чём дело, и уставилась на Сун Шихань.
Сун Шихань тут же парировала:
— Ну а как же! Тебе же надо накраситься, я думала, ты опоздаешь, поэтому и сказала пораньше.
— Ты просто коварная стерва, чистой воды зелёный чай! — с презрением бросила Цзян Юэ. На самом деле она действительно опоздала — приехала только в 16:50. Сначала её мучила совесть: «Всё, я точно опоздала». Но, придя и увидев, что вообще никого нет, она от стыда перешла в ярость.
Сун Шихань фыркнула:
— Ага, не думай, что я не знаю — ты сама только что пришла.
— Хрень собачья! — отрезала Цзян Юэ.
Чжоу Цзыян заявил, что если им не терпится поругаться — пусть валят домой и там выясняют отношения, а не устраивают разборки на публике.
Цзян Юэ арендовала в отеле отдельный кабинет, и Чжоу Цзыян повёл туда всех девушек. В студенческом городке компания из парня и нескольких девушек — не редкость, но вот чтобы один парень вёл сразу нескольких таких красавиц, да ещё каждая со своей изюминкой, — такое видели впервые.
Чжоу Цзыян отправил их в кабинет, а сам пошёл заказывать блюда.
Цзян Юэ никого там толком не знала, поэтому принялась препираться с Сун Шихань, а та, ничуть не смущаясь, отвечала колкостями. Когда они заходили, Ляо Тинтин попыталась протиснуться в дверь.
Но в самый последний момент она столкнулась с Шэнь Пэйпэй. Та лишь скользнула по Ляо Тинтин взглядом, не уступая дороги, и, развернувшись, первой вошла в кабинет.
Ляо Тинтин, глядя на Шэнь Пэйпэй, невольно пробормотала себе под нос:
— И чего ты злишься?
Подумав немного, она подошла к Гу Я и тихонько спросила:
— Сестра Гу Я, а кто эта девушка? Почему она говорит, что она сестра моего брата? Она тоже недавно стала его сестрой?
Гу Я посмотрела на простодушную Ляо Тинтин и усмехнулась про себя: «Глупышка, я уже два года в очереди стою, а до меня так и не дошло. А тут ты заявилась — теперь будет весело».
— Она родная сестра твоего брата Цзыяна, — прямо ответила Гу Я.
Ляо Тинтин опешила:
— П-правда? Но почему? Она — Шэнь, а мой брат — Чжоу. Так не бывает!
Гу Я не стала ничего объяснять и, развернувшись, вошла в кабинет.
Ляо Тинтин, оставшись одна, внезапно осознала что-то и перевела взгляд на переругивающихся Сун Шихань и Цзян Юэ. Всё встало на свои места. Эта подлая Сун Шихань нарочно подставила её!
Чжоу Цзыян вернулся с заказом. В кабинете у каждой девушки было своё настроение: Сун Шихань и Цзян Юэ продолжали пикироваться, Гу Я, как истинная дипломатка, мило болтала с Тао Сяофэй.
Шэнь Пэйпэй молчала, не проронив ни слова, а Ляо Тинтин, сидя перед старшими «сёстрами», чувствовала себя скованно. Главным образом потому, что ей казалось, будто Шэнь Пэйпэй постоянно на неё смотрит. И что ей надо?
Ну сестра и сестра. Я же не родная сестра, я просто так называю. Может, в будущем я ещё выйду замуж и стану твоей невесткой!
Ляо Тинтин хорошенько поразмыслила: Сун Шихань обидеть можно — она же соперница в любви. А вот Шэнь Пэйпэй, раз уж она родная сестра Чжоу Цзыяна, обижать никак нельзя — ведь она собирается выйти замуж за Цзыяна. Нужно найти момент и всё ей объяснить.
Только она об этом подумала, как Шэнь Пэйпэй сама дала ей шанс — поднялась и пошла в туалет.
Ляо Тинтин поспешила за ней.
Чжоу Цзыян тем временем уже вернулся в кабинет и перешучивался с Гу Я, расспрашивая её, куда она ездила на каникулы. В прошлом семестре он пропустил кучу занятий, и Гу Я прикрывала его, отмечая присутствие.
В этом семестре тоже придётся на неё положиться.
Чжоу Цзыян сказал, что в университете у него теперь только одна настоящая подруга — Гу Я.
Услышав это, Гу Я презрительно фыркнула:
— Да брось! У тебя таких «настоящих подруг» — пруд пруди.
— Да где они? Вон, весь стол — и одна только ты, — улыбнулся Чжоу Цзыян.
Гу Я задумалась: а ведь и правда, у остальных девушек какой-то свой статус. Хм, выходит, «настоящая подруга» — это самый низкий ранг. Но тут её взгляд упал на Тао Сяофэй, и она радостно воскликнула:
— А, точно! Сяофэй же тоже твоя подруга!
Стоило этим словам сорваться с языка, как в воздухе повисла неловкость. Тао Сяофэй сидела молча, не проронив ни звука.
И только тут многие заметили, что Тао Сяофэй вообще пришла. Цзян Юэ глянула на неё и удивлённо протянула:
— О? Сяофэй, и ты здесь?
— Ага, — кивнула Тао Сяофэй, не добавив больше ничего.
— Верно, — поспешил вмешаться Чжоу Цзыян, чтобы Сяофэй не чувствовала себя неловко. — Сяофэй — подруга и моя, и Цзян Юэ.
Цзян Юэ, услышав это, не стала возражать.
А тем временем Шэнь Пэйпэй, выйдя из туалета, наткнулась на поджидавшую её Ляо Тинтин.
— П-Пэйпэй, сестра Пэйпэй! — дрожащим голосом позвала Ляо Тинтин.
Шэнь Пэйпэй обернулась, увидела Ляо Тинтин и с лёгким пренебрежением спросила:
— Что-то хотела?
— Я… — Ляо Тинтин ещё сильнее занервничала, заикаясь: — Я… это… Я не знала, что ты родная сестра брата Цзыяна. Я не собиралась отбирать у тебя брата, я просто маленькая, поэтому и называю его братом. Я… я хочу стать девушкой брата Цзыяна. Сестра Пэйпэй, давай жить дружно, ладно? У моей семьи много денег, я могу дарить тебе кучу подарков.
В вопросах денег Ляо Тинтин никогда не скупилась, но проблема в том, что Шэнь Пэйпэй сейчас тоже не бедствовала. А если бы и бедствовала — вряд ли бы позарилась на подачки Ляо Тинтин.
Поэтому на попытку подлизаться Шэнь Пэйпэй лишь холодно смахнула руку Ляо Тинтин, сжимавшую её ладонь, и спросила:
— Кто тебе сказал, что я родная сестра Цзыяна?
— Сестра Гу Я сказала. А разве нет? — захлопала глазами Ляо Тинтин.
Шэнь Пэйпэй кивнула:
— Я тоже его девушка.
— ?!?!
Лицо Ляо Тинтин вытянулось от изумления, а Шэнь Пэйпэй продолжила:
— В этом кабинете либо девушки брата, либо те, кто вот-вот ими станет. Советую тебе, если у тебя есть хоть капля самолюбия, самой отказаться. Ты не пара брату.
— Я… — попыталась возразить Ляо Тинтин.
— Хочешь сказать, что у тебя дома куча денег и мама — банковский управляющий? — перебила её Шэнь Пэйпэй. — И сколько ты прямо сейчас можешь выложить? На этой карте — двадцать миллионов, и это мои собственные деньги. А ты можешь столько достать? — с этими словами она вытащила чёрную банковскую карту.
Зрелище повергло Ляо Тинтин, первокурсницу, в настоящий шок. Она была избалованной и своенравной, но вся её дерзость годилась разве что на то, чтобы куражиться перед Сун Шихань.
Перед Шэнь Пэйпэй она была никем. Шэнь Пэйпэй безжалостно продолжила:
— Девушек богаче тебя — пруд пруди. Вон ту женщину на улице, что на маленьком «мерседесе», видела? Это первая любовь моего брата, и у неё есть «мерседес». А у тебя что? Ты сейчас можешь позволить себе «мерседес»?
— Ты даже несколько сотен тысяч вытащить не в состоянии — и называешь это «богатством»? Даже если ты отдашь брату всё, что есть у твоей матери, ему это даром не нужно. А теперь о тебе самой: что ты из себя представляешь? Фигура? У Сун Шихань фигура лучше твоей. Характер? У Гу Я характер лучше твоего. Какое у тебя право быть девушкой брата?
Шэнь Пэйпэй одним махом пригвоздила Ляо Тинтин к позорному столбу. И поделом — нечего было заявлять, что она хочет быть единственной сестрой брата.
Ты вообще достойна такой чести?
Достойна?
Речь Шэнь Пэйпэй заставила Ляо Тинтин сгореть со стыда. Это было её первое в жизни унижение. Раньше она всегда полагалась на богатство семьи, и никто не смел её обижать. А теперь Шэнь Пэйпэй сорвала с неё последнюю завесу.
Шэнь Пэйпэй вернулась в кабинет, а следом, понурившись, плелась Ляо Тинтин.
Все в кабинете видели: эту бесстрашную девчонку укоротили. Сун Шихань при виде этого просто сияла от радости — даже злорадствовала.
Чжоу Цзыян заметил, что у Ляо Тинтин губы надуты, того гляди расплачется. Он и не думал, что его драгоценная сестрёнка умеет быть такой беспощадной в бою.
Он поспешил утешить новенькую:
— Ты чего? Что за слёзы? Иди сюда, садись рядом со мной.
С этими словами Чжоу Цзыян поманил Ляо Тинтин рукой.
Ляо Тинтин, захлёбываясь от обиды, едва не расплакалась, но послушно подошла и, не раздумывая, плюхнулась рядом с Чжоу Цзыяном и уткнулась лицом ему в грудь. Крупные слёзы, словно горошины, закапали одна за другой.
И тут Шэнь Пэйпэй вдруг осознала: всё, она упустила самое главное.
А все остальные, увидев плачущую Ляо Тинтин, дружно прозрели. Ну надо же! Кто сказал, что у неё ничего нет? У неё есть молодость — и она умеет этим пользоваться!
И точно: Ляо Тинтин, прижимаясь к Чжоу Цзыяну, молча плакала, уткнувшись ему в грудь, и ничего не говорила.
А что оставалось Чжоу Цзыяну? Только обнять её и успокаивать:
— Всё-всё, сёстры просто шутили с тобой. Они все злючки. Запомни: никому из них верить нельзя!