Глава 270 - Вэй Юйжун против Сун Шихань
Тот вечер был прекрасным... но лишь наполовину.
Изначально Сун Шихань полагала, что, когда Чжоу Цзыян расстанется со своей девушкой, настанет её черёд. Но после знакомства с Ляо Тинтин в ней поселилась тревога: она отчётливо поняла, что даже после разрыва Чжоу Цзыяна очередь может и не дойти до неё. Слишком уж она себе проигрывала. Взять хоть ту же своенравную и капризную Ляо Тинтин, хоть Тао Сяофэй, что так и рвалась в бой у витрины чайной — у обеих за спиной был крепкий средний класс. А что у неё? Ничего.
И вот, после долгих внутренних метаний, Сун Шихань приняла решение: сесть на поезд, пока не ушёл, и занять место, купив билет задним числом. Когда каша заварится, Чжоу Цзыяну уже не отвертеться.
Она забралась к нему на колени. В темноте салона её белоснежные, словно выточенные из нефрита, ноги перекинулись через его бёдра. Они слились в поцелуе, и Сун Шихань сделала смелый шаг, о котором потом не пожалела.
Чжоу Цзыян поначалу пытался отказаться, но Сун Шихань твёрдо заявила, что не пожалеет.
— Ты... с Вэй Юйжун... уже был? — голос её дрожал от смущения.
— Нет. Ещё нет.
— Значит, ты был только с Цзян Юэ?! — в голосе Сун Шихань проскользнула радость.
Чжоу Цзыян неловко усмехнулся, не ответив на вопрос, и лишь мягко произнёс:
— Шихань, ты ещё слишком молода. Не стоит торопиться с такими вещами.
Говоря это, он потянулся, чтобы вернуть на место её белые хлопковые трусики.
Но Сун Шихань лишь упрямо спросила:
— Я тебе не нравлюсь?
— Конечно, нравлюсь.
— Тогда чего ты боишься?! — глаза её влажно блестели в полумраке.
Чжоу Цзыян посмотрел на неё — такую решительную, с твёрдым блеском в глазах — и перестал колебаться.
— Не пожалеешь?
— М-м.
И он поцеловал её, притянув к себе. Они целовались самозабвенно, и Чжоу Цзыян впервые потянулся расстегнуть её одежду.
Его пальцы коснулись нежной, гладкой кожи Сун Шихань. По её телу пробежала дрожь, отозвавшись приятным покалыванием.
Воздух в машине накалялся. Вскоре оба были покрыты испариной.
Белые трусики Сун Шихань, перелетев через стройные бёдра, приземлились на пассажирское сиденье.
Увы, этому прекрасному действу суждено было прерваться на середине. Во-первых, Q5 хоть и был внедорожником, но места в салоне отчаянно не хватало. А во-вторых, для Сун Шихань это был первый раз.
С первым разом всегда тяжело. Они бились долго и мучительно, пока Сун Шихань не разревелась в голос. Чжоу Цзыяну пришлось зажать ей рот ладонью, умоляя не плакать.
И правильно! Хоть они и стояли не слишком близко к женскому общежитию, но и не так уж далеко. Если бы их застукали — это был бы не просто позор. Это было бы всенародное презрение.
И что тогда делать Чжоу Цзыяну? Выложить пост: «Дорогие однокурсники, вы всё неправильно поняли, она просто моя сестрёнка»?
— Не плачь, — зажав ей рот, прошептал Чжоу Цзыян.
— Н-но... — глаза Сун Шихань покраснели, она всхлипывала.
— Эх, ладно. В другой раз, — вздохнул Чжоу Цзыян.
— Нет! Я больше не буду плакать! — поспешно заверила она.
— Тогда завтра, — сказал Чжоу Цзыян, пытаясь её успокоить.
Услышав это, Сун Шихань немного поколебалась, но в конце концов согласилась. И вправду, было слишком тесно. Маленькое пространство вынуждало их жаться друг к другу, Чжоу Цзыян не мог развернуться, да и ей самой было некомфортно.
Чжоу Цзыян пообещал, что завтра снимет номер, и они поедут туда.
— Правда? — спросила Сун Шихань.
— Зачем мне тебя обманывать? Могу и прямо сейчас поехать, — ответил он.
Сун Шихань поспешно замотала головой и, покраснев, сказала:
— Я же ушла с тобой... Если не вернусь...
Верно. Чжоу Цзыян сейчас фигура публичная, ему нужно следить за репутацией. Тем более они с Сун Шихань и так были под пристальным вниманием всех сплетников кампуса.
Узнав, что на сегодня всё, Сун Шихань с облегчением выдохнула. Сначала она была настроена биться до последнего, но после стольких мучений устала так, что и думать ни о чём не хотелось. Вот так вот лежать, прижавшись к груди Чжоу Цзыяна, было на удивление уютно. И ничего больше не надо.
Она ткнулась носом ему в грудь, как котёнок, и пробормотала:
— Так хочу, чтобы ты обнимал меня, пока я сплю.
Чжоу Цзыян лишь усмехнулся в ответ. Её прекрасные ноги по-прежнему покоились в его руках — на ощупь просто сказка. А трусики так и сиротливо лежали на пассажирском сиденье.
Так он и держал её, наслаждаясь близостью, пока не приблизилась полночь. Только тогда Сун Шихань вернулась на своё место, натянула трусики и, полная нежелания, выскользнула из машины.
— Тогда... завтра не забудь за мной заехать.
— Угу. Завтра после пар сразу дуй в чайную, — ответил Чжоу Цзыян.
На том и порешили. Сун Шихань с нетерпением ждала завтрашнего дня. Сегодняшняя ночь стала для них обоих новым рубежом. Она искренне хотела подарить себя Чжоу Цзыяну, но судьба распорядилась иначе. И не сказать, чтобы Чжоу Цзыян остался доволен — подвешенное состояние никого не красит. Да и сама Сун Шихань чувствовала себя не лучшим образом.
Всю ночь она не могла сомкнуть глаз. Щёки горели, будто в лихорадке. Она вновь и вновь прокручивала в голове события в машине, а мысли о завтрашнем дне в доме Чжоу Цзыяна и вовсе распаляли воображение.
Так, в сладостном ожидании, она и провалилась в тревожный сон, где её ждал прекрасный сон.
Чжоу Цзыян, проводив Сун Шихань, тоже не находил себе места. Нет для мужчины ничего хуже, чем разгоревшийся огонь желания, который уже не погасить. К счастью, дома его ждала прекрасная и послушная учительница Ху.
Если честно, рядом с наивной девчонкой Сун Шихань Чжоу Цзыян предпочитал учительницу Ху. И фигура что надо, и голосок тихий, ласковый — обнимать её во сне одно удовольствие.
Так он и проспал, прижимая к себе Ху Шутун, аж до десяти утра, прогуляв все утренние пары.
Проснувшись, первым делом увидел сообщение от Сун Шихань.
Отправлено в три часа ночи.
«Ты спишь?»
«Я не могу уснуть.»
«Чжоу Цзыян, я так по тебе скучаю.»
Солнечный свет заливал комнату. Чжоу Цзыян всё ещё обнимал нежную, словно цветок, Ху Шутун. Её длинные волосы рассыпались по подушке, а белоснежная рука, выпроставшись из-под одеяла, обвивала его плечо.
Чжоу Цзыян смотрел на сообщения Сун Шихань. Около восьми утра она написала снова: мол, пошла на пары.
«Мне сегодня снился сон. Будто я пришла к тебе домой. Было так больно... Чжоу Цзыян, мне страшно.»
Чжоу Цзыян задумался и ответил:
— Тогда, может, перенесём?
— Нет!
Едва он успел отправить сообщение, как пришёл мгновенный ответ. Сун Шихань всё это время ждала его. Она написала, что раз уж пообещала, надо держать слово.
«И потом, это всё равно должно случиться.»
«Я просто немного боюсь. Когда вспоминаю прошлую ночь, у меня ноги подкашиваются.»
Чжоу Цзыян, слушая её, лишь вздохнул. Ответил, что вчера он поторопился.
«Просто места было слишком мало, я не сдержался. Сегодня будет лучше.»
«Угу!»
Только он ответил, как Ху Шутун зашевелилась во сне. Она ещё не до конца проснулась, сонно промычала что-то и пробормотала:
— А? А где мой муженёк?
Чжоу Цзыян отложил телефон и, улыбнувшись, поцеловал её.
— Твой муженёк здесь.
А Сун Шихань продолжала забрасывать его сообщениями, называя «братиком».
Чжоу Цзыян спросил, почему она зовёт его братом.
Сун Шихань ответила, что он и правда похож на её старшего брата, который всегда её защищал.
«Теперь я всегда буду звать тебя братиком.»
Чжоу Цзыяну ничего не оставалось, кроме как отправить пару смайликов, чтобы отмахнуться. Он и вправду не знал, что ответить. Некоторые нежные девушки любят называть своих парней «братиком» — это нормально.
Весь день Сун Шихань не давала ему покоя сообщениями. То писала, что закончилась первая пара.
«Опять урок. Чжоу Цзыян, я так ненавижу этого преподавателя.»
«Чжоу Цзыян, уже полдень. У меня сегодня всего две пары, после них я сразу пойду в чайную, ладно?»
— Хорошо, иди. А у меня тут дела, надо съездить в университетский городок Цзяннин.
Чжоу Цзыян вообще-то был человеком занятым. Не мог же он вечно прохлаждаться. К тому времени Байцаоюань уже разрослась до трёх городов — Цзянсу, Чжэцзян и Шанхай. Забот хватало.
Особенно с системой репетиторства. Чжоу Цзыян всерьёз подумывал продать этот бизнес и сосредоточиться на «Байцаоюань».
— Хорошо! Тогда я пойду в чайную и буду ждать тебя там.
Итак, Чжоу Цзыян уехал в Цзяннин, а Сун Шихань, сидя в аудитории, сгорала от нетерпения. От одной мысли о предстоящей ночи её бросало в жар, и она, сама того не замечая, сжимала бёдра под партой.
Наконец занятия закончились. Чжоу Цзыян как раз управился с делами в Цзяннине и сел в машину, чтобы ехать обратно в кампус. В дороге ему позвонила Вэй Юйжун.
— Алло, Юйжун.
На том конце провода повисла долгая пауза. Наконец она произнесла:
— Я в Цзиньлине.
— Где? — Чжоу Цзыян на миг опешил, но тут же сказал, что заедет за ней.
— Не надо, — ответила Вэй Юйжун. — Я уже в чайной. Ты где сейчас?
— А, еду обратно в кампус.
— Угу.
Они перекинулись ещё парой ничего не значащих фраз и повесили трубку. Чжоу Цзыян набрал Сун Шихань — никто не ответил. А Сун Шихань уже подходила к чайной, когда увидела пропущенный вызов. Она не смогла сдержать улыбку.
«Ишь, какой нетерпеливый. Уже заждался.»
Она почти пришла.
Увидев второй звонок от Чжоу Цзыяна, Сун Шихань прибавила шагу и наконец добралась до дверей чайной.
Толкнув дверь, она остолбенела.
Внутри не было Чжоу Цзыяна. Зато у окна, облачённая в роскошное древнее платье, сидела девушка. Она задумчиво смотрела на растущую за окном десятилетнюю гингко.
Стоял ноябрь. Похолодало, и листья гингко пожелтели, устилая землю за окном золотым ковром.
Казалось бы, погода стояла не по-зимнему мягкая, но каждый порыв ветра невольно навевал грусть.
Было около четырёх часов пополудни. Солнце уже клонилось к закату, и его золотистые лучи, проходя сквозь окно, озаряли фигуру Вэй Юйжун, придавая ей почти божественное сияние.
В этом свете кожа Вэй Юйжун казалась настолько чистой, что почти просвечивала.
Она сидела у окна, лениво перелистывая книгу.
Услышав звук открывающейся двери, Вэй Юйжун подняла взгляд и посмотрела на Сун Шихань.
Сердце Сун Шихань ёкнуло. Её вдруг накрыло ощущение, будто её застали на месте преступления. Она виновато опустила голову.
Но Вэй Юйжун лишь скользнула по ней взглядом и снова уткнулась в книгу.
Сун Шихань, чувствуя себя не в своей тарелке, уставилась на носки своих туфель.
— Шихань, а ты чего пришла? — раздался голос Ху Шутун.
— Я... я... — замялась Сун Шихань. Странное дело, но рядом с Вэй Юйжун она с трудом подбирала слова.
Видя, как Сун Шихань заикается, Ху Шутун удивлённо захлопала глазами.
— Ты пришла подменить Лю Лин?
— Да! Я подменяю Лю Лин! — выпалила Сун Шихань.
Но не успела она договорить, как в дверях появилась запыхавшаяся Лю Лин:
— Ну ты даёшь! Шихань, чего ты так бежала? Я же говорила, пойдём вместе!
— ? — Ху Шутун снова захлопала глазами.
Не подменять Лю Лин? Тогда зачем она пришла?
Шум у дверей снова заставил Вэй Юйжун поднять голову. Но она лишь спокойно смотрела на Сун Шихань, не произнося ни слова.
Сун Шихань кожей чувствовала этот взгляд.
— Слушай, Шихань, а зачем ты пришла в чайную? У тебя же сегодня не смена, — недоумевала Лю Лин.
— Ладно уж, раз пришла — помогай. Сегодня посетителей много, — пришла на выручку Ху Шутун.
— Хорошо!
Сун Шихань вздохнула с облегчением, будто ей даровали помилование.
И вот они втроём занялись делом: кто-то мыл стаканы, кто-то подметал. Время было учебное, так что посетителей было немного.
Из гостей в зале была только Вэй Юйжун, всё так же тихо читавшая у окна.
Подметая, Сун Шихань старалась не приближаться к Вэй Юйжун. Сама не зная почему, рядом с ней она испытывала странную вину, как мышь перед кошкой.
Она подмела весь пол, но стол Вэй Юйжун так и остался нетронутым. В конце концов, там сидит гостья — убирать при ней было бы неудобно.
Сун Шихань, чувствуя себя спасённой, уже собралась уйти.
— Сун Шихань, верно? — внезапно раздался голос Вэй Юйжун.
Сун Шихань замерла.
— Да.
Вэй Юйжун поднялась.
— Я девушка Цзыяна. Он часто о тебе рассказывал. Приятно познакомиться.
Она протянула руку, лицо её оставалось бесстрастным.
Рядом с этой женщиной Сун Шихань всегда чувствовала себя ниже на голову.
— П-приятно познакомиться.
— Присядешь? Поболтаем? — вежливо спросила Вэй Юйжун.
— Я... — Сун Шихань не хотела соглашаться, но и отказать не могла. В конце концов она, скованная, села напротив.
На столе у Вэй Юйжун стоял чёрный кофе. Солнечные лучи падали на них обеих, создавая атмосферу ленивого послеполуденного отдыха.
Тонкие пальцы Вэй Юйжун помешивали кофе ложечкой. На свету они казались почти прозрачными. Вся её поза дышала изяществом и интеллектом.
— Будешь что-нибудь? — спросила Вэй Юйжун, глядя на Сун Шихань.
— Н-нет, спасибо.
— Лимонад подойдёт? — тоном, не терпящим возражений, произнесла Вэй Юйжун.
— Я...
— Учитель Ху, будьте добры, ещё один лимонад.
— Хорошо, минуточку! — игриво отозвалась Ху Шутун и принялась готовить напиток за стойкой.
В чайной было пусто. Вэй Юйжун сидела у окна, а Сун Шихань скованно замерла напротив.
Ху Шутун готовила лимонад, Лю Лин протирала тарелки, искоса поглядывая на эту сцену. Ей всё казалось странным, и она шёпотом спросила у Ху Шутун:
— Учитель Ху, а кто эта красивая девушка? От неё прямо веет силой!