Глава 217 - Цзян Юэ: Сестра Пэйпэй, это я...
Сун Шихань на цыпочках пробралась в ванную, плотно задёрнула штору на стеклянной стене и, прижимая руку к воротнику, тихо выдохнула. Она, конечно, любила Чжоу Цзыяна, но от одной мысли о том, что должно было произойти сегодня вечером, сердце её сжималось от смущения.
Одежда медленно соскользнула с плеч. Девушка нанесла на тело столько геля для душа, что пена поднялась пышной шапкой, и принялась тщательно оттирать себя дочиста, словно стараясь смыть вместе с дорожной пылью и все свои тревоги.
Она провозилась в ванной добрых двадцать минут, а затем надела новую чистую футболку, которую Чжоу Цзыян купил ей сегодня. Сердце её колотилось, как пойманная птица. Высунув из-за двери сначала одну стройную ножку, она, крадучись, вышла в комнату.
В старину говаривали: «Омывшись в купели Хуацин, что бьёт горячим ключом, красавица выходит, и кожа её бела, словно снег». И впрямь — после купания человек становится на три доли краше обычного. Это касается и женщин, и мужчин, но особенно заметно на девушках, не знающих косметики.
Сун Шихань было восемнадцать — самый расцвет девичьей красы. После душа её длинные волосы, всё ещё влажные, рассыпались по плечам тёмным шёлком. На ней была лишь белая футболка с мультяшным принтом на груди, а ниже — ничего, кроме пары гладких, чуть тронутых лёгкой полнотой ног. Белоснежных и безупречных.
Она немного страшилась того, что должно было случиться, но, вспомнив, что Цзян Юэ уже прошла через это с Чжоу Цзыяном, устыдилась собственной робости. «Когда это произойдёт, — подумала она, — я стану его девушкой». От этой мысли на губах её сама собой расцвела робкая, довольная улыбка.
Но когда она подняла глаза, то обнаружила, что Чжоу Цзыян... спит. Прямо на кровати.
— ? — Сун Шихань опешила, глядя на похрапывающего юношу. Она непонимающе подошла к кровати и заглянула ему в лицо.
Он спал так крепко и безмятежно, что подделать такое было невозможно. Должно быть, сегодняшняя прогулка с ней и правда вымотала его.
Сун Шихань засмотрелась на его чёткий, словно высеченный профиль, на линию скул, на спокойные черты лица, и мысли её унеслись далеко. Вот так, сидя у его изголовья, она поняла, что уже целую вечность не была с ним так близко. Он даже не догадывается, что она к нему чувствует.
С тех пор, как в прошлом году мать силой разлучила их, она, бывало, плакала по ночам, вспоминая его. А после выпускных экзаменов они кое-как восстановили отношения.
Она прекрасно знала, что Чжоу Цзыян и Цзян Юэ не расставались, но предпочитала обманывать себя. Это так странно: она понимала, что он всё ещё с Цзян Юэ, но стоило ему самому сказать, что он будет ждать её, как сердце Сун Шихань наполнялось радостью, и она с новыми силами садилась за учебники.
Она верила, что однажды Чжоу Цзыян непременно расстанется с Цзян Юэ. Поэтому, когда узнала об их разрыве, она была по-настоящему счастлива. Ей даже казалось, что поступление в университет не имеет значения. Если она не сможет быть с Чжоу Цзыяном, то какой смысл во всех этих экзаменах?
Она должна быть с ним. Этот год переподготовки, бессонные ночи над учебниками — всё ради того, чтобы снова встретиться с ним.
Просто быть рядом с Чжоу Цзыяном — уже счастье для неё. Она приподняла одеяло и, словно проворная ящерка, скользнула под него, обвила его руками и уткнулась лицом ему в грудь.
Лежать вот так, положив голову ему на грудь, — что может быть лучше? Сун Шихань чувствовала себя совершенно счастливой.
Чжоу Цзыян, казалось, что-то почувствовал сквозь сон: нахмурился и пошевелился. Девушка испуганно приподнялась, но он не открыл глаз, лишь перевернулся на бок и продолжил спать.
Сун Шихань выдохнула с облегчением. Больше ни о чём не думая, она выключила ночник и устроилась рядом, обняв его за талию. Дорога в поезде, долгая прогулка — она и правда устала, и в объятиях Чжоу Цзыяна сон пришёл мгновенно. Ей снилось что-то чудесное — на губах её застыла счастливая улыбка.
Незаметно наступила глубокая ночь. Луна заглядывала в окно, заливая комнату серебристым светом. В тишине было слышно лишь мерное дыхание спящих. Сун Шихань обнимала Чжоу Цзыяна, и её лёгкое дыхание щекотало ему плечо.
Убедившись, что она заснула, Чжоу Цзыян открыл глаза. Он осторожно повернулся, пытаясь высвободиться из её объятий.
Но девушка держала его мёртвой хваткой. Почувствовав, что он пытается уйти, она лишь крепче прижалась к нему. Чжоу Цзыян с лёгкой досадой повернулся обратно и посмотрел на спящую Сун Шихань.
Он надолго замолчал. Вспомнилось их знакомство. Тогда он только-только начал свою новую жизнь. Сун Шихань была самой красивой девушкой в классе. Если бы он не вмешался, она бы поступила в политехнический университет, а после выпуска устроилась бы на неплохую работу и жила бы тихой, обычной жизнью.
Но из-за него всё изменилось.
Чжоу Цзыян не мог не признать: он испытывал к ней чувства. Разве это не естественно — мужчина и женщина? Тогда он мечтал, как они вместе пойдут в университет, будут встречаться и спокойно проживут всю жизнь.
Но вмешалась Вэй Шуфэнь, и всё пошло прахом. Чжоу Цзыян понял, что не способен любить одну девушку вечно. Сун Шихань, Цзян Юэ — ему была важна лишь сама влюблённость, а вот кто станет её объектом — не имело значения.
Поэтому после истории с Вэй Шуфэнь он не стал удерживать Сун Шихань, а быстро закрутил роман с Цзян Юэ. Он думал, что на этом всё и закончится. Но кто же знал, что эта девушка будет целый год цепляться за него, и её чувства не только не остынут, но и станут ещё глубже?
Глядя на Сун Шихань в своих объятиях, Чжоу Цзыян не знал, что делать дальше.
Вздохнув, он притянул её за тонкую талию к себе. Так они и уснули, обнявшись.
Наутро, когда солнце уже поднялось высоко, Сун Шихань открыла глаза и обнаружила, что Чжоу Цзыян всё ещё держит её в объятиях. Сердце её наполнилось радостью. «Когда я поступлю в университет, — подумала она, — мы будем просыпаться вот так каждое утро».
Она посмотрела на его спящее лицо, прислушалась к его ровному дыханию. Так хорошо! Не удержавшись, она протянула руку и принялась теребить его брови.
Чжоу Цзыян не просыпался. Сун Шихань надула губки и, подумав, зажала ему нос пальцами.
Он чуть не задохнулся.
— Пф-ф! — Чжоу Цзыян распахнул рот, жадно хватая воздух, и смахнул её руку.
Он проснулся, а Сун Шихань, прикрыв рот ладошкой, заливалась тихим смехом.
Чжоу Цзыян недовольно посмотрел на неё и, потянувшись, начал щекотать ей подмышки:
— Нарочно, да?
— Ай! Нет, Чжоу Цзыян, я больше не буду! Ха-ха-ха-ха! — Сун Шихань, извиваясь под его пальцами, прижимала локти к бокам, умоляя о пощаде. Ноги её поджались, и она вся сжалась в комочек. Тело у неё было мягкое и гибкое, и в этой утренней возне они то и дело касались друг друга.
Щекоча её, Чжоу Цзыян невольно задевал рукой её грудь.
Сун Шихань покраснела.
Чжоу Цзыян, ощутив под пальцами мягкость, тоже смутился. Надо же, а у малявки формы-то неплохие. И, похоже, без белья.
— Кхм-кхм! — кашлянул он.
Сун Шихань, вся пунцовая от смущения, сжалась и отвернулась к краю кровати, не смея на него смотреть. Но в глубине души, помимо стыда, в ней шевельнулось что-то вроде радости.
— Ладно, собирайся, — сказал он. — Пойдём поедим, и я отвезу тебя домой.
— Угу.
Они быстро собрались и в половине десятого выехали. Чжоу Цзыян вёл машину сам. Дорога занимала часа четыре, но он, не останавливаясь, добрался за три.
К половине первого они были на месте. Вэй Шуфэнь, увидев, что дочь вернулась целой и невредимой, рассыпалась перед Чжоу Цзыяном в благодарностях. Она и правда очень волновалась за Сун Шихань, и хорошо, что рядом был Чжоу Цзыян.
Вэй Шуфэнь непременно захотела угостить его обедом в знак признательности.
Чжоу Цзыян отказался, но Сун Шихань, конечно, хотела побыть с ним подольше и принялась уговаривать остаться. Делать нечего — пришлось согласиться. Вэй Шуфэнь выбрала неподалёку небольшую закусочную. Чжоу Цзыян поел, хотя и без особого аппетита, — время обеденное, надо было подкрепиться.
За столом Вэй Шуфэнь снова благодарила его и сказала, что, когда Шихань поступит в Университет Цзиньлина, пусть он, мол, присматривает за ней.
Чжоу Цзыян взглянул на смущённую Сун Шихань и ответил:
— Когда Шихань поступит, я обязательно о ней позабочусь.
Вэй Шуфэнь, довольно улыбнувшись, сказала:
— Тогда, Цзыян, я вверяю тебе Шихань.
Чжоу Цзыян промолчал. После обеда Вэй Шуфэнь пригласила его отдохнуть у них, но он отказался, сказав, что в университете его ждут дела.
С большим трудом ему удалось уехать в половине второго. Один, без пассажирки, он домчался до Цзиньлина за два с половиной часа.
Едва он проводил Сун Шихань, как с поезда сошла другая юная красавица. В отличие от Сун Шихань, Цзян Юэ чувствовала себя здесь как рыба в воде. Одетая по последней моде, в июньскую жару она щеголяла в шортах, открывавших её длинные ноги, и чёрной шифоновой футболке с вырезом на плече, из-под которого выглядывала белоснежная кожа.
Сойдя с поезда, она снова попробовала дозвониться до Чжоу Цзыяна — безрезультатно. Взяла такси и поехала прямо в Университет Цзиньлина.
Благодаря его знаменитому «супер-расписанию» теперь можно было ходить на любые пары. Цзян Юэ быстро выяснила, какие у Чжоу Цзыяна занятия, и устроилась у дверей аудитории, поджидая его. Она дождалась конца пары и, когда студенты начали выходить по одному, внимательно вглядывалась в каждого.
На ней были чёрная футболка и белые шорты. Фигура — стройная, высокая. Тёмная бейсболка, на лице — медицинская маска.
Несколько месяцев упорных тренировок не прошли даром: её осанка и манера держаться выдавали в ней человека, умеющего себя подать. Сейчас Цзян Юэ действительно выделялась из толпы — её было видно за версту, настолько её аура отличалась от обычной студентки.
Многие выходящие из аудитории студенты бросали взгляды на закутанную незнакомку. Несмотря на маску, её длинные ноги в белых кроссовках притягивали внимание.
Из аудитории, о чём-то весело болтая, вышли Гу Я и Тан Юй.
— Сегодня в Байцаоюане опять скидки на доставку, — говорила Тан Юй. — Может, заглянем?
Гу Я улыбнулась в ответ, но тут её взгляд упал на Цзян Юэ. Девушка показалась ей смутно знакомой.
Кажется... это бывшая девушка Чжоу Цзыяна?
Гу Я видела Цзян Юэ всего пару раз, поэтому не была уверена.
Аудитория почти опустела, а Чжоу Цзыян так и не появился. Цзян Юэ начала нервничать. Как всегда, медленнее всех выходили Сунь Цы и его двое друзей.
— Как думаете, старина Чжоу вчера затащил ту старшеклассницу в постель? — со смешком спросил Сюй Чжэн.
— Думаешь, Чжоу на тебя похож? — фыркнул Чжэн Гань. — Жрёт всё подряд. Вон, даже с Лю Сюэмэй переспал!
Сюй Чжэн лишь усмехнулся, ничуть не обидевшись:
— А ты, я смотрю, верный пёс Чжоу Цзыяна.
— Да пошёл ты! — Чжэн Гань разозлился. — Ещё раз скажешь — получишь!
Сунь Цы, как всегда, пытался их помирить. Толкаясь и переругиваясь, они вышли из аудитории. Цзян Юэ, увидев их, почувствовала проблеск надежды и окликнула:
— Сунь Цы!
Сунь Цы обернулся. Перед ним стояла красивая девушка. Сюй Чжэн и Чжэн Гань тоже застыли. К Сунь Цы пришла девушка?! С каких это пор?!
— Ничего себе! Сунь Цы, ты что, тайком завёл себе пассию по интернету?! — тут же воскликнул Сюй Чжэн.
Чжэн Гань тоже подхватил, обнимая Сунь Цы за плечи:
— Красавица, это и есть твой Сунь Цы! Говори, что хотела!
— Да отстаньте вы! — Сунь Цы, смутившись, стряхнул их руки, поправил очки и, глядя на закутанную длинноногую незнакомку, вежливо спросил: — Я Сунь Цы. Чем могу помочь?
Цзян Юэ закатила глаза. «Господи, что за соседи у Чжоу Цзыяна?» — подумала она и спросила напрямую:
— А Чжоу Цзыян разве не приходил на пары?!
Услышав, что красавица пришла не к нему, а к Чжоу Цзыяну, Сунь Цы разочарованно вздохнул. Двое других, рассчитывавших на зрелище, тоже разом скисли.
Опять Чжоу Цзыян.
Да сколько можно?! Каждый день какие-то девушки к нему приходят!
— Красавица, если тебе нужен Чжоу Цзыян, ты не туда пришла, — заявил Чжэн Гань.
— Вот именно! К нам за день таких, как ты, по девятьсот штук приходит! Нам скоро за консультации брать надо будет! — подхватил Сюй Чжэн, хвастливо поглядывая на неё. — Хотя... фигурка у тебя что надо. Сними маску — глядишь, и старина Чжоу на тебя клюнет.
Сказав это, он прищурился:
— Слушай, а ты мне кого-то напоминаешь... — Он вгляделся в её глаза. — Где-то я тебя уже видел.
Цзян Юэ, глядя на их любопытные физиономии, не колеблясь сняла маску.
Перед ними предстало миловидное овальное личико. Сейчас Цзян Юэ была действительно красива и статна, к тому же похудела ещё сильнее. Но даже без маски Сюй Чжэн и остальные не могли её узнать.
Всё же они виделись всего пару раз, да и тогда у Цзян Юэ были розовые волосы и вид зазнавшейся богатенькой девицы. Сейчас её волосы были чёрными — разница слишком велика, чтобы узнать её сразу.
— Ни хрена себе! Цзян Юэ?! — Сюй Чжэн опомнился первым. Вот это поворот — эта красотка и есть Цзян Юэ?!
— Чего?! — Чжэн Гань тоже опешил, вгляделся — и правда, похожа.
Но Цзян Юэ было не до болтовни с этими придурками. Она нетерпеливо спросила:
— Где Чжоу Цзыян?
— А тебе-то какое дело, где Чжоу Цзыян? — Сюй Чжэн, узнав её, мгновенно посмурнел. — Ты же говорила, что у тебя никого не было.
Он, конечно, и сам был тем ещё гулякой, но таковы уж парни: они могут сколько угодно быть козлами, но девушку-изменщицу не прощают.
История Чжоу Цзыяна и Цзян Юэ прогремела на весь универ. Соседи Чжоу Цзыяна не могли испытывать к ней симпатии.
Цзян Юэ поняла, что он имеет в виду. Она разозлилась. Да, она виновата перед Чжоу Цзыяном и готова перед ним и плакать, и каяться, но перед этим Сюй Чжэном она унижаться не собиралась.
«А ты кто такой, чтобы меня судить? Сам-то кобель кобелём!»
— Мои дела с Чжоу Цзыяном тебя не касаются, — холодно отрезала она. — Просто скажи, где он.
— Ну да, не касаются, — усмехнулся Сюй Чжэн. — Тогда с какой стати я тебе что-то говорю? Слушай, с Чжоу всё кончено. Он уже и думать про тебя забыл — вон, с новой развлекается. Сдалась ты ему. Брось ты это дело. Не хочешь — так другие захотят.
— Что ты сказал? — Цзян Юэ нахмурилась.
— Да ладно тебе, Сюй Чжэн, — вмешался Сунь Цы. — Помолчи немного. Цзян Юэ, дело вот в чём...
— ? — Цзян Юэ перевела взгляд на него.
Сунь Цы поправил очки, подбирая слова:
— Кхм, в общем... Вчера к Чжоу Цзыяну приезжала девушка, ещё из школы. Скорее всего, сейчас он с ней. Можешь спросить в кафе-молочной?
— Одноклассница? Парень или девушка? — быстро спросила Цзян Юэ, хотя ответ уже знала.
— Девушка, конечно! — подхватил Сюй Чжэн. — И очень даже симпатичная. В тысячу раз красивее тебя!
Цзян Юэ проигнорировала его и снова посмотрела на Сунь Цы.
Сунь Цы неловко кашлянул:
— Э-э, девушка.
— Сун Шихань?! — выпалила Цзян Юэ.
— Да, кажется, её так зовут, — подтвердил Сунь Цы.
Не сказав больше ни слова, Цзян Юэ развернулась и ушла. Сюй Чжэн смотрел ей вслед с ухмылкой:
— Что, приревновала? А ты имеешь право ревновать? Брось, шалава! Дай старине Чжоу спокойно пожить!
Сунь Цы дёрнул его за рукав, прося замолчать, но Сюй Чжэн продолжал свои выкрики.
Уходя, Цзян Юэ бросила на него долгий взгляд, но ничего не сказала.
У неё не было времени на пустые разговоры с этим Сюй Чжэном. Ей нужно найти Чжоу Цзыяна и всё ему объяснить.
Не раздумывая, она направилась в кафе-молочную.
Народу там было порядочно — обеденное время, многие забегали за напитками.
За стойкой суетились Ху Шутун, Шэнь Пэйпэй и подоспевшая Фан Цин.
Фан Цин работала бесплатно. Она была убеждена, что Чжоу Цзыян основал Байцаоюань ради неё, и это наполняло её сердце особым чувством благодарности. Она хотела хоть так отплатить ему за доброту.
В этот момент в кафе вошла замаскированная Цзян Юэ.
— Добро пожаловать! Что будете заказывать? — не поднимая головы, спросила Шэнь Пэйпэй, стоявшая за кассой.
Прошёл уже год учёбы в университете, и Шэнь Пэйпэй сильно изменилась. Перемены в её душе начались ещё на первом курсе, но ей не хватало толчка, чтобы выйти в люди.
После той истории с Цзян Юэ характер Шэнь Пэйпэй прорвался наружу. И эта перемена не встретила сопротивления в обществе — наоборот, на форуме её поддержали многие.
Так что Шэнь Пэйпэй стала гораздо увереннее. В начале учёбы она была тихоней, потому что боялась людей. Но окружающие считали её высокомерной.
Сейчас она по-прежнему мало с кем разговаривала, но уже не из страха, а потому что не доверяла людям и не хотела с ними общаться. Со стороны это по-прежнему выглядело как холодность. Вот только перед Чжоу Цзыяном она оставалась всё той же слегка застенчивой девчонкой.
Сейчас, принимая заказы за кассой, Шэнь Пэйпэй выглядела по-деловому занятой.
Цзян Юэ, видя, что Шэнь Пэйпэй даже не смотрит на неё, на мгновение заколебалась, но всё же заговорила:
— Сестра Пэйпэй...
Шэнь Пэйпэй подняла голову.
— Это я.