Глава 216 - Теперь твоя очередь
Чжоу Цзыян не повёл Сун Шихань в какое-то роскошное место, а просто перекусил с ней в студенческой столовой — тарелкой рисовой лапши с утиной кровью. Для Сун Шихань здесь, в университете, всё было в новинку, и она с любопытством разглядывала окружающих.
Чжоу Цзыян нашёл укромный уголок и позвонил родителям Сун Шихань. Когда Вэй Шуфэнь узнала, что дочь в одиночку уехала в Цзиньлин, она просто остолбенела — никак не могла ожидать, что у девочки, всегда сидевшей дома, хватит на это смелости.
Вскоре в голосе Вэй Шуфэнь зазвучал гнев: она немедленно едет в Цзиньлин и заберёт Сун Шихань домой.
— Тётушка, не спешите, — сказал ей тогда Чжоу Цзыян. — Наверное, Шихань просто переутомилась от подготовки к экзаменам. Пусть немного развеется. Она здесь под моим присмотром, а завтра я отвезу её обратно на машине.
— Ох, как же это тебя утруждать, Цзыян... — Вэй Шуфэнь тут же рассыпалась в благодарностях. Она была женщиной простой, и даже если бы приехала в Цзиньлин, толку от неё было бы мало. А вот Чжоу Цзыян, хоть и молод годами, на удивление надёжен.
Эх, если бы она тогда не вмешалась между Цзыяном и Шихань, может, и не дошло бы до всего этого...
Вэй Шуфэнь в трубке рассыпалась в бесконечных благодарностях, а затем с горечью добавила:
— Эх, как подумаю — зря я тогда всё это затеяла. Цзыян, тётушка — женщина тёмная, если чем-то тебя обидела, ты уж не держи зла. Неважно, поступит Шихань в этом году или нет, тётушка больше не будет противиться вашим отношениям.
Чжоу Цзыян прекрасно слышал эту маленькую хитрость в словах Вэй Шуфэнь, но не стал заострять на ней внимание, лишь сказал:
— Сейчас главное — чтобы Шихань сдала экзамены.
Перекинувшись ещё парой фраз, Чжоу Цзыян повесил трубку. Сун Шихань, завидев, что он идёт обратно, замялась в нерешительности.
— Наелась? — спросил Чжоу Цзыян. — Может, ещё одну порцию?
Сун Шихань покачала головой и скованно ответила, что не надо.
Она и сама понимала, что натворила, и теперь смотрела на Чжоу Цзыяна с опаской, словно провинившийся котёнок.
Чжоу Цзыян, впрочем, вовсе не сердился. В её возрасте совершать импульсивные поступки — совершенно нормально. Сун Шихань тогда рассуждала так: раз Чжоу Цзыян расстался с Цзян Юэ, она должна немедленно приехать и застолбить своё место рядом с ним.
Глядя на её осторожный, боязливый вид, Чжоу Цзыян сказал:
— Я поговорил с твоей мамой. Сегодня я покажу тебе город как следует, а завтра сам отвезу тебя домой.
Услышав, что она может остаться на целый день, Сун Шихань мгновенно просияла и радостно закивала.
Чжоу Цзыян собирался сводить её в храм Конфуция и к мавзолею Сунь Ятсена, но Сун Шихань отказалась — сказала, что это слишком расточительно.
— Просто проведи меня по кампусу, — улыбнулась она. — Заодно посмотрю, где мне предстоит учиться.
— Давай лучше в город сходим. В университете ничего интересного, у тебя ещё будет куча времени всё здесь осмотреть, — ответил Чжоу Цзыян. А про себя подумал: «Вот столкнёшься ты здесь с Вэй Юйжун — и что тогда? С ней я, может, и полажу, ну, в крайнем случае улажу всё. А вот если у тебя, с твоей-то чувствительностью, снова всё внутри рухнет — вот это будет настоящая катастрофа».
Поэтому Чжоу Цзыян настоял на прогулке по городу, что слегка расстроило Сун Шихань — она всё же хотела побольше погулять по кампусу.
Но слова Чжоу Цзыяна её тронули, и она, застенчиво улыбнувшись, сказала:
— Лишь бы мне быть с тобой — мне хорошо где угодно.
— Ладно, хватит болтать, пошли, — сказал Чжоу Цзыян и, взяв её за руку, повёл к выходу.
Он и минуты не хотел оставлять Сун Шихань в кампусе, но она ведь приехала в Цзиньлин, и ей, конечно, хотелось хорошенько здесь всё осмотреть.
Чжоу Цзыян попросил её подождать его у входа в столовую, а сам пошёл за машиной.
И вот в это самое время Сун Шихань не удержалась и решила немного прогуляться и поглазеть по сторонам. Библиотека Цзиньлинского университета, галереи, огромные сосны — всё здесь притягивало взгляд.
А ещё — старшекурсники и старшекурсницы. Они проходили мимо, оживлённо болтая, с книгами под мышкой. Девушки в белых гольфах и плиссированных юбках, с сияющими уверенностью улыбками.
Сун Шихань подумала: «Как же здесь здорово! Я обязательно должна поступить в университет».
В этот момент налетел порыв ветра, и мимо пронёсся красный полиэтиленовый пакет. Сун Шихань решила, что такой мусор портит вид такого прекрасного места, и захотела поднять его и выбросить в урну.
Но стоило ей присесть, как пакет, подхваченный ветром, улетел дальше. Сун Шихань пришлось пуститься за ним в погоню. А пакет, словно назло, всё летел и летел вперёд.
Сун Шихань это страшно разозлило — она решила во что бы то ни стало его поймать.
Так они и бежали: пакет впереди, Сун Шихань позади. Пока пакет не приземлился у ног девушки в белых расшитых туфельках.
Девушка грациозно присела и подняла трепыхающийся пакет.
Вэй Юйжун. С распущенными, ниспадающими на плечи волосами, с изящной заколкой в причёске. На ней был голубой ханьфу из лёгкой полупрозрачной ткани, под которым виднелась белоснежная одежда.
Ветер усиливался, раздувая голубые полы её одеяния. Вэй Юйжун, бесстрастно подняв пакет, взглянула на подбежавшую Сун Шихань.
И протянула ей пакет.
— С-спасибо... — выдохнула Сун Шихань. Эта девушка казалась ей просто небожительницей. Она никогда не видела такой красоты. Такие ханьфу она видела только по телевизору, и не могла поверить, что кто-то действительно носит их в реальной жизни.
Вэй Юйжун слегка кивнула Сун Шихань и прошла мимо, не сказав ни слова. Но этот мимолётный образ навсегда врезался в память Сун Шихань.
Вот это да... Так вот какой он, университет?
Сун Шихань, глядя вслед удаляющейся Вэй Юйжун, застыла как вкопанная. Вэй Юйжун была из тех девушек, чью красоту признают даже другие девушки. А главное — на ней было ханьфу. Это придавало ей особый, ни с чем не сравнимый шарм.
— Ты чего застыла? — раздался вдруг голос Чжоу Цзыяна.
Сун Шихань вздрогнула от неожиданности, но, обернувшись и увидев Чжоу Цзыяна, облегчённо выдохнула. А затем, захлёбываясь от восторга, принялась взахлёб рассказывать ему о том, что только что видела.
Ханьфу! Фея! Университет — это просто потрясающе!
— Чжоу Цзыян, ты её знаешь? По-моему, она просто красавица! — щёки Сун Шихань раскраснелись от волнения.
Чжоу Цзыян на самом деле уже заметил Вэй Юйжун, потому и не подходил раньше. Услышав вопрос Сун Шихань, он лишь улыбнулся:
— В университете много девушек в ханьфу. Не знаю, о ком ты говоришь.
— Правда, много? — Сун Шихань обрадовалась ещё больше. Она сказала, что ханьфу просто прелесть, и что она тоже хотела бы такое носить.
Чжоу Цзыян ответил:
— Поступишь в университет — куплю тебе.
— Не надо! Ты мне никто, чтобы мне подарки дарить! — Сун Шихань снова принялась ломаться.
Чжоу Цзыян только вздохнул:
— Ладно, пошли. Схожу с тобой в храм Конфуция.
Для того, кто впервые приезжает в Цзиньлин, этот город — это, пожалуй, шумный храм Конфуция, сакура у храма Цзимин и ночные огни реки Циньхуай.
А для тех, кто живёт здесь давно, всё это — обыденность. Многие туристы за два дня обегают все достопримечательности, щёлкая фотоаппаратами, а потом понимают, что так ничего толком и не увидели.
Как бы то ни было, за весь день Чжоу Цзыян успел показать ей много всего: от храма Конфуция до улицы Саньшань и храма Цзимин. Сегодня была суббота, народу было полно. Сун Шихань всё здесь казалось диковинным. Чжоу Цзыян накупил ей кучу безделушек: сахарную вату, леденцы на палочке и прочие сувениры, что продают у достопримечательностей.
Стоило Сун Шихань задержать взгляд на какой-нибудь мелочи, как Чжоу Цзыян тут же спрашивал, нравится ли она ей.
Она, боясь, что он потратит на неё деньги, поспешно качала головой:
— Пойдём отсюда.
— Нравится — значит, берём.
В итоге Чжоу Цзыян всё равно купил ей все эти безделушки. Общение с Сун Шихань иной раз напоминало ему заботу о ребёнке. Но, честно говоря, сам факт того, что она приехала к нему перед самыми экзаменами, тронул его до глубины души. Поэтому он хотел, чтобы она запомнила этот день только хорошим.
Он не только водил её по достопримечательностям, но и купил ей красивую одежду, а заодно прихватил для Вэй Шуфэнь немного тонизирующих средств — чтобы Сун Шихань передала матери.
В общей сложности он потратил несколько тысяч юаней. Сун Шихань, глядя на это, была готова расплакаться. Она чувствовала себя виноватой — Чжоу Цзыян тратил на неё так много! Если бы она знала, что он будет так сорить деньгами, она бы ни за что не приехала.
Покупки, прогулки, вечером — ночные огни на реке Циньхуай, затем ужин в ресторане сучжоуской кухни. Стол ломился от яств, которые Сун Шихань была физически не в силах осилить.
Этот день стал для Сун Шихань поистине незабываемым. За ужином она спросила Чжоу Цзыяна:
— Чжоу Цзыян, почему ты так ко мне добр?
Чжоу Цзыян посмотрел на её наивное личико и просто улыбнулся:
— А к кому же мне ещё быть добрым?
Он не стал пояснять, что имел в виду, но щёки Сун Шихань уже залились румянцем.
После ужина они прогуливались по каменным ступеням набережной. Ночью Циньхуай была прекрасна: кругом огни, повсюду люди, а вдоль реки переливались всеми цветами радуги неоновые вывески.
Чжоу Цзыян шёл впереди, Сун Шихань — за ним. Глядя на его заложенные за спину руки, она набралась смелости и, шагнув вперёд, взяла его за руку.
Они гуляли почти до девяти вечера. В это время Вэй Юйжун позвонила Чжоу Цзыяну и спросила, как у него дела с семьёй.
— Всё хорошо. Купили кое-что из одежды, сейчас вот устраиваю их в гостиницу.
— Понятно. Тебе чем-нибудь помочь?
Чжоу Цзыян тихо усмехнулся. Он забронировал приличный отель неподалёку от Цзиньлинского университета. Когда он подошёл к стойке оплатить, администратор попросил его удостоверение личности. Чжоу Цзыян ответил:
— Я здесь жить не буду.
Тогда удостоверение у него не спросили.
Перебросившись ещё парой слов с Вэй Юйжун по телефону, он повесил трубку. Гостиница была забронирована, и Чжоу Цзыян проводил Сун Шихань наверх.
Номер с панорамными окнами от пола до потолка и небольшим балконом. Такие традиционные пятизвёздочные отели обычно имеют собственный сад с пейзажным парком. В номере — тёплая двуспальная кровать.
Сун Шихань никогда не жила в таких роскошных отелях, и в душе у неё всё пело от радости. Глядя на сад за окном и на бесконечный поток машин вдалеке, она впервые по-настоящему ощутила притяжение большого города. «В этот раз я обязательно должна поступить в Цзиньлин!» — решила она про себя.
Чжоу Цзыян, видя, что она довольна, подумал, что его миссия выполнена, и сказал:
— Оставайся здесь. Если что-то понадобится — звони. А я пойду.
Услышав, что Чжоу Цзыян уходит, Сун Шихань перепугалась. Её лицо мгновенно побледнело, она вцепилась в его рукав:
— Ты... уходишь?
Глядя на её наивное личико, Чжоу Цзыян улыбнулся и перевёл взгляд на двуспальную кровать:
— А что, мне остаться?
— Я... — Сун Шихань запнулась, заливаясь краской. Ей было страшно, но в то же время... чего-то хотелось. Она вдруг вспомнила, что Цзян Юэ, кажется, провела ночь с Чжоу Цзыяном примерно в это же время в прошлом году. Так чего же ей бояться?
Чжоу Цзыян действительно не собирался ничего такого с Сун Шихань. До экзаменов оставалось всего две недели. Даже будь он последним подлецом, он не опустился бы до такого. Сейчас она напоминала ему младшую сестрёнку.
Он сказал:
— Всё, успокойся тут. Отдохни хорошенько. Завтра я за тобой заеду. Ладно?
Немного подумав, Чжоу Цзыян всё же обнял её и развернулся, чтобы уйти.
Но, сделав пару шагов, он почувствовал, что его рукав по-прежнему зажат в её кулачке. Сун Шихань смотрела на него умоляющим взглядом.
Она просто смотрела на него широко распахнутыми глазами, раскрасневшись, вся в сомнениях, закусив нижнюю губу. Она и сама была страшно напряжена, но всё же выдавила из себя, запинаясь:
— Ты... можешь остаться?
— ? — Чжоу Цзыян опешил, уставившись на неё. В её глазах читалась решимость.
— И где же я тогда буду спать? — спросил он с усмешкой.
— А... — Сун Шихань покраснела так, что не могла вымолвить ни слова. Сказать ему «давай спать в одной кровати» — язык не поворачивался. Но и мысль о том, чтобы провести одну ночь в незнакомом месте, была для неё невыносима.
Глядя на её нерешительный вид, Чжоу Цзыян и так всё понял. Он сказал:
— Ладно, возьму номер с двумя кроватями?
— Да! — выпалила Сун Шихань.
Чжоу Цзыян молча смотрел на неё.
Щёки Сун Шихань горели так, что, казалось, вот-вот пойдёт кровь. Она невольно вжала голову в плечи.
Они переехали в номер с двумя кроватями. Чжоу Цзыян хотел лишь поскорее пережить эту ночь и поскорее отправить Сун Шихань домой. Видя, что она смущается, он сказал:
— Ну что, помыться и спать? Я первый?
— ...
Сун Шихань молчала.
Чжоу Цзыян зашёл в ванную и вскоре вышел оттуда в халате.
Стены в душевой в таких отелях, как правило, стеклянные, но там были шторы. Чжоу Цзыян задёрнул их, пока мылся, но из-за шторы всё равно доносился шум льющейся воды.
Сун Шихань, одетая в платье, сидела на кровати, сведя вместе бледно-розовые стройные ножки, положив руки на колени. Всё её тело было напряжено. Ей и вправду было страшно. При мысли о том, что должно произойти, она невольно сжала бёдра.
В голове уже всплывали совсем уж неприличные картинки, и лицо её становилось всё краснее и краснее.
Тем временем Чжоу Цзыян, уже в халате, вышел, вытирая голову полотенцем. Щёлкнув пальцами, он сказал:
— Чего застыла? Теперь твоя очередь.
---
Примечание автора:
Следующей главы не будет, даже не ждите!
Ваш брат Чжоу играет в чистую любовь.