Глава 166. Нужно ли мне и дальше жить у тебя?
Е Фэй вовсе не бросался словами — он был в бешенстве. Гнев тёмной волной захлестнул его, когда он осознал масштаб предательства. Чтобы докопаться до истины, он рискнул собой, отправившись в это осиное гнездо. И пусть по пути удалось сцапать банду международных киллеров, это не отменяло главного: Ван Линь намеренно облил грязью репутацию «Лунтан». С какой стати Е Фэй должен был проявлять милосердие?
Услышав о судебном иске, Ван Линь побледнел и задрожал, точно осиновый лист.
— Пожалуйста, господин Е, пощадите! — взмолился он, едва не падая на колени. — Я пошёл на это от отчаяния! Счета из больницы за лечение отца просто неподъёмные... У меня не было ни юаня за душой, вот я и выдумал эту схему, чтобы вытянуть из вас денег!
Он судорожно сглотнул, ища сочувствия в холодном взгляде собеседника.
— Я не хотел зла, клянусь! Просто выхода другого не видел. Я всё осознал, правда! Пожалуйста, простите меня. Моему отцу сейчас нужен уход, если меня заберут, кто...
— Разве за твоим отцом не присматривает сестра? — ледяным тоном оборвал его Е Фэй.
— У сестры своя семья, — затараторил Ван Линь, — маленький ребёнок на руках, она же не разорвётся!
— Раз ты так пёкся об отце и знал, что ему нужна забота, зачем пошёл на преступление? — Е Фэй сделал шаг вперёд, его голос так и сочился презрением. — У тебя уже есть судимость. Неужели годы за решёткой ничему тебя не научили? Ты прекрасно знал, что нарушаешь закон.
— Знал! — выкрикнул Ван Линь в порыве ложного благородства. — Но я должен был спасти отца!
— Хватит прикрываться отцом! — Вспылил Е Фэй ещё сильнее, его кулаки непроизвольно сжались. — То, что твоему отцу нужна помощь, не даёт тебе права клеветать на нас! Ты нанял армию ботов, два дня удерживал нас в топах позора! Ты хоть представляешь, какие убытки мы понесли из-за твоей жадности?
Он подошёл почти вплотную к жалкому человеку.
— Ради спасения своего отца ты решил растоптать других? С чего ты взял, что кто-то обязан оплачивать твою так называемую «сыновнюю почтительность»? Тебе никто ничего не должен. Я не святой и не собираюсь подставлять вторую щеку. Ты преступил закон — значит, получишь по заслугам. И это будет справедливо.
Ван Линь поник, его голова бессильно опустилась на грудь. Сяо Ли, видя, как тяжело дышит её начальник от едва сдерживаемого гнева, легонько коснулась его плеча.
— Господин Е, не тратьте на него нервы. Раз всё выяснилось, полиция разберётся с ним по всей строгости закона.
Затем она повернулась к задержанному, и в её глазах вспыхнули недобрые искры.
— Хм! А в больнице ты был куда смелее, не так ли? Бросался на нашего директора с кипятком! Это ли не покушение на нанесение тяжких телесных? Если бы господин Е не обладал такой реакцией, он бы сейчас лежал в ожоговом отделении. И ты ещё смеешь лепетать, что «не хотел зла»?
Ван Линь промолчал, не смея даже поднять глаз.
— Облил кипятком? — вмешался полицейский, ведущий протокол. — Расскажите подробнее, что произошло.
— Господин Е пришёл навестить отца этого типа, — начала Сяо Ли, её голос дрожал от возмущения. — Но стоило директору представиться, как Ван Линь схватил чайник и плеснул водой прямо в лицо господину Е! От воды шёл густой пар, это явно был крутой кипяток. Мы не знаем точно температуру, но в палате стоит кулер, а в коридоре — титан с горячей водой. Если он набрал её только что, там было под сто градусов! А если бы попал в глаза?
Полицейский сурово взглянул на Ван Линя.
— Это правда?
— Я... я просто был в ярости... — едва слышно пробормотал тот.
— В ярости? — Сяо Ли едва не сорвалась на крик. — Ты прекрасно знал, что мы ни в чём не виноваты, так с чего тебе злиться? А мой телефон? Ты вырвал его и разбил об пол только для того, чтобы я не вызвала полицию! Ты был готов калечить людей и уничтожать чужое имущество ради своей лжи. Ты об этом в своих показаниях упомянуть не забыл?
Ван Линь снова промолчал. Сяо Ли кипела от злости не меньше начальника. Её телефон, верой и правдой служивший ей несколько лет, теперь лежал в кармане с паутиной трещин на экране. И хотя её нынешняя зарплата позволяла купить хоть десяток новых флагманов, сама мысль о том, что её вещь намеренно уничтожили, приводила её в бешенство. К тому же, в памяти устройства остались важные документы, перенос которых потребует времени и нервов.
В этот момент в комнату вошли офицер Дэн и Лу Минъюань. Заметив гневные лица Е Фэя и Сяо Ли, Лу Минъюань сочувственно кивнул.
— Господин Е, Сяо Ли, всё ещё кипите? Разве этот тип не во всём сознался?
— Сознаться-то сознался, — фыркнула Сяо Ли, — но разве это отменяет то, что он натворил? К тому же, он «забыл» рассказать, как пытался ошпарить директора и как разбил мой телефон. Сейчас вот дополняем протокол.
— Вода была не такой уж и горячей! — огрызнулся вдруг Ван Линь.
— Не горячей? — Сяо Ли иронично выгнула бровь. — Это ты так решил? Кто знает, может, ты её только что из бойлера принёс! Я видела, палата совсем рядом с душевой и титаном. Даже если она постояла пять минут, там всё равно градусов восемьдесят было. Не смеши меня!
Офицер Дэн перевёл взгляд с одного на другую.
— Есть ещё что добавить?
— Думаю, на этом всё, — ответила Сяо Ли.
— Я намерен подать на него в суд, — твёрдо произнёс Е Фэй. — Пусть пройдёт курс «перевоспитания» за решёткой.
— Господин Е, умоляю! — снова заскулил Ван Линь. — Я виноват, я всё осознал! Но отец без меня пропадёт!
— Я уже всё сказал, — отрезал Е Фэй. — С чего ты взял, что я должен оплачивать твою «добродетель» из своего кармана?
Офицер Дэн на мгновение задумался.
— Господин Е, вы действительно хотите довести дело до суда?
— Именно так. Или закон мне это запрещает?
— Разумеется, нет, — покачал головой офицер. — Каждый имеет право защищать свои интересы. Однако, чтобы привлечь его за подрыв деловой репутации, нужно, чтобы ущерб соответствовал определённым критериям. Вам придётся обратиться в центр судебной бухгалтерской экспертизы, чтобы оценить реальные убытки Игрушечного завода Лунтан. Как правило, уголовная ответственность наступает, если прямой экономический ущерб превышает пятьсот тысяч юаней.
— Пятьсот тысяч? — Сяо Ли нахмурилась. — Мы среагировали быстро, и многие пользователи сети нас поддержали. Трудно сказать, наберётся ли такая сумма.
— Если ущерб окажется меньше, — продолжил Дэн, — мы сможем применить к нему только административное наказание. То есть арест на несколько суток.
— Даже если там нет полумиллиона, убытки-то всё равно есть! — не сдавалась Сяо Ли. — Мы ведь можем потребовать компенсацию через гражданский иск?
— Конечно. Вы вправе заявить любые требования судье. Но учтите: финансовое положение семьи Ван Линя весьма плачевное. Даже если суд обяжет его выплатить миллионы, у него их просто нет. Я не пытаюсь его выгородить, просто обрисовываю перспективы. Решение за вами.
Сяо Ли посмотрела на Е Фэя.
— Он несколько дней трепал нам нервы, нельзя просто так его отпустить. Как минимум, он обязан извиниться и публично опровергнуть свою ложь. Господин Е, что скажете?
— Разумеется, — кивнул Е Фэй, его взгляд стал жёстким. — Он должен принести извинения. Причём на видео, которое мы опубликуем в Вэйбо. В противном случае тень сомнения так и останется висеть над заводом.
— Это мы организуем, — пообещал офицер Дэн.
Вскоре на официальной странице полиции Дунчэна в Вэйбо появилась новая запись. К ней было прикреплено видео: бледный и понурый Ван Линь, глядя прямо в камеру, признавался в обмане и подтверждал, что термокуртки от «Лунтан» абсолютно безопасны. Следом полиция опубликовала официальный отчёт о задержании мошенника и применении к нему мер административного воздействия.
Сяо Ли тут же набрала номер коллег из отдела маркетинга.
— Ребята, быстро делайте репост полицейской сводки! Нужно максимально быстро задавить негатив в сети.
Лу Минъюань тем временем подозвал четверых соратников. Те подогнали машину к дверям участка.
— Пора возвращаться, — сказал Лу, жестом приглашая Е Фэя и Сяо Ли в салон. — Мы едем в Цзянчэн.
— Что ж, финал истории вышел неплохим, — облегчённо вздохнула Сяо Ли, когда машина тронулась. — Но раз уж международные киллеры пойманы... Господин Е, мне всё ещё нужно жить у вас?