Глава 96 - Безумие: весь интернет смотрит танец льва
— Нам конец, директор! Линии трансляции сейчас лопнут по швам!
Штаб-квартира телеканала «Моду». Главная студийная рубка съёмочной группы проекта «Отцовская любовь краше гор».
Один из технических сотрудников влетел в кабинет, едва не сбив с ног Гу Фукуя.
Сам Гу Фукуй в этот момент сидел вжавшись в кресло перед монитором и неотрывно следил за эфиром. Услышав вопль подчинённого, он тут же вскочил:
— Что значит «лопнут»?! Я же приказал задействовать все десять резервных каналов! С ума сошли?!
Его полномочия позволяли подключить максимум десять магистральных линий. По предварительным расчётам, этого должно было хватить с лихвой даже для самого дикого всплеска рейтингов.
— Не хватает! — панически выкрикнул сотрудник, размахивая планшетом. — Каждая линия рассчитана максимум на миллион одновременных пользователей. А у нас на серверной панели сейчас горит цифра в одиннадцать миллионов! И народ валит валом, шлюзы трещат! Директор, сделайте что-нибудь, иначе трансляция через пару минут просто рухнет в небытие!
Глаза парня горели смесью безумного восторга и смертельного ужаса.
— Ладно, ладно, без паники! — Гу Фукуй сжал кулаки, в его глазах блеснул азартный огонёк. — Передай техникам: пусть держат серверный каркас зубами и когтями! А я — к генеральному!
Не теряя ни секунды, Гу Фукуй выскочил из кабинета и почти припрыжку помчался по коридорам телецентра. Ворвавшись в кабинет генерального директора без стука, он едва не снёс массивную дубовую дверь.
Руководитель канала, вальяжно откинувшись в кожаном кресле, с увлечением переписывался с кем-то в телефоне. От неожиданности он вздрогнул и судорожно сбросил вызов. В следующий миг его лицо налилось гневом, а брови сошлись к переносице:
— Старик Гу! Ты совсем страх потерял?! Забыл, кто здесь генеральный дирек...
— Заткнись и послушай! — безапелляционно перебил его Гу Фукуй, тяжело дыша. — Все линии эфира «Отцовской любви краше гор» загружены под завязку! Сервера раскалены докрасна, трансляция падёт в любую секунду! Выделяй дополнительные магистрали. Немедленно!
Генеральный застыл с открытым ртом. Гнев на его обрюзгшем лице сменился глубоким изумлением:
— Все десять линий выбиты? Ты хотишь сказать, что вас прямо сейчас смотрят больше десяти миллионов человек в прямом эфире?!
Он знал, что шоу бьёт рекорды. Но чтобы НАСТОЛЬКО?!
— Да! Именно так! Разблокируй резервные мощности, мне некогда лясы точить! — Гу Фукуй навис над письменным столом, чеканя каждое слово.
Генеральный директор замер. В его глазах блеснул огонёк алчности, а в голове мгновенно сложился коварный план.
— Кхм-кхм... — он нарочито вальяжно поправил галстук. — Выделить линии, говоришь? Можно, отчего же нельзя... Но давай сначала вернёмся к разговору о спонсорских интеграциях.
Сколько рекламных гигантов стучались к ним с чеками на астрономические суммы! А этот упрямый старый осел Гу Фукуй браковал их один за другим, твердя о каком-то там «отборе по качеству» и «сохранении духа передачи». Просто выбрасывал горы денег на ветер!
«Какая глупость... — подумал генеральный, чувствуя, как внутри закипает азарт. — Сейчас я возьму этого упрямца за горло. Заодно перепишем контракт: вместо его убогих тридцати процентов прибыли сделаем фифти-фифти. И больше этот старик не встанет у меня на пути к настоящим богатствам!»
Он уже приготовился изречь свою ультимативную ухмылку, как вдруг...
БАМ!
Гу Фукуй со всей дуры грохнул ладонью по полированной столешнице. Дерево жалобно хрустнуло. Резко подавшись вперёд, продюсер наклонился к самому лицу генерального, так что тот ощутил его горячее дыхание.
— Решил шантажировать меня? А? — тихим, но леденящим душу шепотом произнес Гу Фукуй.
Генеральный от резкого удара едва не подпрыгнул в кресле, однако быстро взял себя в руки. Поправив дужку золотых очков, он протянул руку, намереваясь покровительственно похлопать продюсера по плечу:
— Ну-ну, Старик Гу, к чему эти сцены? Мы же цивилизованные люди, договоримся. Насчёт рекламы...
Он улыбался во весь рот, свято уверенный, что прижал оппонента к стене.
Однако в следующую секунду Гу Фукуй грубо смахнул его руку и зашелся громким, раскатистым хохотом.
— Ха-ха-ха-ха-ха!
Этот смех был настолько полным торжествующей силы, что у генерального директора мурашки побежали по спине. «Он что... с ума свихнулся от давления?» — промелькнула дикая мысль.
Отсмеявшись, Гу Фукуй мгновенно преобразился. Его лицо стало хмурым и хищным, а рука медленно скользнула во внутренний карман пиджака. Взгляд продюсера буквально впился в начальника.
От этого взгляда у генерального челюсть свело судорогой.
— Гу... Старик Гу, ты это... у нас правовое государство! Смотри не глупи! — выкрикнул он, пытаясь состроить грозную мину, но предательский фальцет с головой выдал его панику.
Когда Гу Фукуй резко выдернул руку из кармана, генеральный в страхе зажмурился и вжал голову в плечи.
Но в руке продюсера был лишь обычный смартфон.
Генеральный судорожно перевёл дыхание, хотя его сердце всё ещё колотилось в груди, словно бешеное.
Гу Фукуй больше не проронил ни слова. Он быстро отыскал в галерее нужный файл и ткнул экраном прямо в нос директору. На его губах заиграла точно такая же хищная и ядовитая ухмылка, какая только что украшала лицо руководителя.
— Хе-хе... Генеральный, вы ведь не хотите, чтобы этот снимкок случайно увидела ваша супруга?
Шантаж? Ха! Думал, ты один умеешь играть в эти игры?
Едва взглянув на экран, генеральный директор онемел. Глаза его вылезли из орбит, а по плешивой лысине градными каплями струился холодный пот.
— Ты... Откуда...
— Без лишних слов, — безжалостно оборвал его Гу Фукуй, нависая словно коршун. — Считаю до трёх. Раз! Два!..
— Согласен! Я всё сделаю! Включу все линии! — заверещал директор, не дожидаясь цифры «три».
Он не смел рисковать. Если эта фотография попадет к его жёнке... Чёрт с ней, с семьей, но если эта фурия явится с разборками прямо на канал, его карьере и репутации придет окончательный и бесповоротный конец!
— Звони. Прямо сейчас. Живо! — гаркнул Гу Фукуй.
Генеральный, глотая слезы и дрожащими пальцами тыча в кнопки, набрал номер технического отдела. Его взгляд, устремлённый на Гу Фукуя, был полон лютой ненависти.
Сбросив вызов, он натянул на фальшивую физиономию подобострастную улыбку:
— Хе-хе... Ну вот, Старик Гу, я всё сделал, как ты просил. Мы же коллеги... А что насчёт фото?..
Гу Фукуй не стал тянуть резину. На глазах у начальника он нажал кнопку «Удалить».
Сердце директора запело от радости. Но стоило ему открыть рот, чтобы взять реванш и снова надавить на продюсера, как Гу Фукуй с презрением смерил его взглядом:
— Ты правда думаешь, что у меня оставался всего один экземпляр? Ты считаешь себя гением, а меня — полным идиотом? Смешно.
Не дожидаясь ответа, Гу Фукуй развернулся и чеканным шагом вышел из кабинета.
Лицо генерального директора стало цвета варёного брокколи.
А Гу Фукуй, размашисто шагая по коридору, не мог сдержать победной улыбки. В его памяти всплыл образ старого даосского мастера, которого он встретил в горном монастыре пару лет назад.
Тогда проект «Отцовская любовь краше гор» только разрабатывался, и на Гу Фукуя оказывали страшное давление сверху. Изнурённый борьбой с чиновниками, он пришёл в обитель излить душу. Даос не стал читать долгих нотаций. Он просто достал тяжёлый кухонный нож и показал его продюсеру, держа за деревянную рукоять.
Гу Фукуй долго разглядывал лезвие, пока не спросил:
— Мастер, вы хотите сказать, что я должен быть острым, как это лезвие? Идти напролом, не боясь зазубрин?
Даос лишь покачал головой и произнёс слова, которые Гу Фукуй запомнил на всю жизнь:
«Я показываю тебе это для того, чтобы ты понял: как бы ни был опасен и остёр нож, пока ты держишь его за рукоять — он будет послушно служить тебе. С людьми всё точно так же. Найди их рукоять — их слабость».
Вернувшись из монастыря, продюсер начал планомерно собирать компромат на своё руководство. И вот сегодня этот день настал.
«Спасибо тебе, старый даос!» — мысленно ухмыльнулся Гу Фукуй.
Впрочем, выразить благодарность лично он сможет и позже. Сейчас главным было другое — вернуться к моникам и узреть грандиозный финал.
Нынче утром Люй Инцзюнь докладывал, что только в деревне Чжэнбэй собралось свыше десяти тысяч танцоров льва! А когда деревня перестала вмешать людей, прибывающих участников начали перенаправлять в Чжэндун и Чжэнси!
По самым скромным подсчётам, в акции участвовало порядка сорока тысяч мастеров! Даже если все они будут выступать парами — это двадцать тысяч танцующих львов!
Такое зрелище не выдумать ни в одном голливудском блокбастере.