Глава 640 - Экстра. Поколение 80-х: Совет от Цзюцзю
Вз-з-з… Вз-з-з…
Едва Чжан Цзянь немного перевёл дух, как телефон в его кармане задрожал от вызова.
Выслушав несколько коротких фраз учителя на том конце провода, мужчина с тревогой взглянул на погружённую в свои мысли Мэнмэн.
Дождь постепенно утихал. Доведя дочерей до дома и поручив их заботам престарелого отца, Чжан Цзянь спешно отправился в школу, где училась старшая дочь.
Из-за болезни Фан Цзин Мэнмэн последние два года практически бросила учёбу. Её оценки, когда-то бывшие лучшими в классе, скатились на самое дно. Из-за этого Чжан Цзяня не раз вызывали к директору. Он пробовал говорить с дочкой по-хорошему, пробовал строго требовать, но каждый такой разговор лишь увеличивал пропасть между ними. И теперь эта пропасть казалась непреодолимой.
На этот раз классный руководитель вызвала его, чтобы предложить оформить Мэнмэн академический отпуск.
В десять утра Чжан Цзянь уже сидел в кабинете педагога.
— Чжан Цзянь, я знаю о вашей семейной трагедии и очень сочувствую девочке, — без лишних предисловий начала учительница, выкладывая на стол тетрадь. — Но Мэнмэн нужен психолог и отдых. Это единственное решение.
Чжан Цзянь взял тетрадь и стал перелистывать страницы. Огромные красные кресты почти полностью перекрывали редкие галочки правильных ответов. Девочка не просто ошибалась — она намеренно писала глупости.
Но страшнее было другое. На следующих страницах тексты заданий вовсе исчезли. Вместо них шли рисунки.
Мрачные, пугающие иллюстрации: безголовая девочка с торчащими из шеи обрубками костей; птица с оторванными крыльями и пустыми глазницами, истекающая кровью; милый белый кролик, которого десятки жутких костлявых рук тащат в разверзшуюся бездну.
Страница за страницей.
Чжан Цзянь смотрел на эти рисунки с замиранием сердца. В нём не было гнева — лишь дикая боль и всепоглощающая вина.
«Неужели болезнь жены и заботы о малышке заставили меня забыть о Мэнмэн? — терзался он вопросами. — Нет, это лишь оправдания. Я просто принял её взрослость как должное! Считал, что она обязана помогать с мамой и сестрой. Она росла, её проблемы росли вместе с ней, но ей не с кем было ими поделиться… Сколько раз она хотела поговорить, а я отмахивался, погружённый в свои беды! Она прятала всю боль глубоко внутри, лишь бы не обузоливать меня… А ведь ей всего пятнадцать лет!»
Тетрадь в его руках казалась тяжелее свинцовой плиты. Чжан Цзянь, не колеблясь, согласился на отпуск.
Да хоть бы и вовсе бросить школу! Главное — чтобы его дочь снова смогла улыбаться!
Выйдя из школы, Чжан Цзянь не пошёл домой. Он брёл по улицам без цели, пока ноги сами не привели его к знакомой вывеске.
Яркие буквы над входом гласили: «Чайная „Руи“».
Сквозь чистое стекло Чжан Цзянь разглядел знакомый силуэт за стойкой.
«Жена… Если бы ты была жива, что бы ты посоветовала?» — мысленно воззвал он к ушедшей. Раньше они решали всё вместе. Теперь же он остался один на один со своей бедой.
— Дядя Чжан Цзянь!
Стеклянная дверь распахнулась, и к нему выбежала юная девушка.
Цзюцзю выросла. Она стала даже чуть выше Мэнмэн, а её глаза всё так же лучились задорным, живым умом.
— Цзюцзю? Ты как здесь? — улыбнулся Чжан Цзянь, подсознательно ища глазами Дон Чэна. Ему очень хотелось посоветоваться с ним.
Цзюцзю, уловив его взгляд, опередила вопрос:
— Папа с мамой уехали в автопутешествие, вернутся только к концу года. Я тут с внезапной проверкой чистоты и сервиса! Дядя Чжан, как там моя третья сестрёнка?
Узнав, что Дон Чэна нет в городе, Чжан Цзянь вздохнул, но молча протянул Цзюцзю тетрадь с рисунками Мэнмэн. Он верил этой девочке и знал, что от неё нет смысла ничего скрывать. Вдруг её острый ум подскажет выход?
Цзюцзю полистала тетрадь. Улыбка с её лица постепенно сошла, сменившись недетской серьёзностью.
— Цзюцзю, вы с Мэнмэн одного возраста… Подскажи мне, как вернуть её к жизни? — с надеждой спросил Чжан Цзянь.
Цзюцзю повернула голову, обдумывая ответ.
За эти годы они с Мэнмэн и Чэнь Цзыхань оставались близки, но Мэнмэн была слишком ранимой и замкнутой. После смерти матери она совсем ушла в себя.
Попытка насильно пробиться в её душу сделает только хуже. Чэнь Цзыхань слишком беззаботна — она лишь введёт Мэнмэн в ещё большую депрессию. Сам же Цзюцзю жила в абсолютном счастье, и как бы она ни сопереживала подруге, почувствовать её боль до конца не могла. Её благополучие могло лишь вызвать у Мэнмэн зависть и заставить закрыться ещё сильнее.
Поразмыслив, Цзюцзю посмотрела Чжан Цзяню прямо в глаза:
— Дядя Чжан… Вы не против, если Мэнмэн начнёт общаться с мальчиком?
Чжан Цзянь обомлел, но тут же качнул головой:
— Я не против. У тебя есть кто-то на примете?
Цзюцзю кивнула:
— Мэнмэн нужен друг противоположного пола. Тот, кто прошёл через похожую тьму, но смог с ней справиться. Тот, кто выбрался из болота, поймёт, как вытащить её на свет.
Она не стала вдаваться в подробности, но Чжан Цзянь всё понял. Чувство первой симпатии могло стать тем самым рычагом, что вскроет панцирь Мэнмэн!
— Хорошо! Это отличная идея! Но где мне найти такого парня?
Цзюцзю улыбнулась и отправила на телефон Чжан Цзяня геометку.
— Раньше здесь был парк аттракционов, но потом он забросился. Мне кажется, вам стоит сменить обстановку и переехать.
— Переехать?
— Да. Не только Мэнмэн, но и вам с Тяньтянь нужно начать всё с чистого листа. Семья станет счастливой только тогда, когда счастливы будут абсолютно все.
Совет звучал неожиданно, но Чжан Цзянь знал: Цзюцзю не бросает слов на ветер. Она пыталась спасти не просто Мэнмэн, а всю их семью.
Но переезд… Согласятся ли дети оставить дом, где каждый уголок напоминал о маме?