Глава 622 - Три шишки на одну голову
Четверо братьев Мэн вбежали в салон со взором горящим и сразу же принялись искать глазами Чэнь Цзыхань.
— Дядя, я здесь! — высунулась из-за спины Чэнь Фэна маленькая Чэнь Цзыхань.
Она и глазом моргнуть не успела, как на подмогу явились сразу четыре её дяди! Радостно пища, малышка со всех ног бросилась к ним навстречу.
Мэн Фаньдже, шедший первым, сгреб племянницу в охапку и крепко прижал к себе.
Среди присутствующих кто-то сразу узнал братьев Мэн, а кто-то замер в полном недоумении. Семейка Дуань Тао и их избитые прихвостни как раз принадлежали ко второй категории — они даже избивать себя по щекам перестали, уставившись на новоприбывших.
Второй дядя, Мэн Фаньсюн, повернутый на бодибилдинге гигант, обвёл помещение свирепым взглядом. Его взор зафиксировался на Дуань Тао. Сделав широкий шаг, Мэн Фаньсюн одной рукой сгреб мужика за грудки и легко вздернул его над полом:
— Это ты, мразь, собирался переломать ноги моей племяннице?! А?!
Внешне Мэн Фаньсюн выглядел как суровый дикарь, хотя голос у него был довольно высоким, почти мальчишеским. Но вздувшиеся на его шее и бицепсах толстые вены заставили поджилки Дуань Тао затрястись с удвоенной силой.
«Мамочка моя... У этой пигалицы тоже есть покровители?! Да кто они вообще такие?!»
Терять Дуань Тао было уже нечего, поэтому он принялся визгливо лепетать:
— Ошибка, это всё досадная ошибка! Мой сопляк глупостей натворил! Смените гнев на милость, умоляю, смените гнев на милость!
Но разве мог Мэн Фаньсюн остыть? Сжав пудовый кулак, он занёс его прямо над физиономией Дуань Тао. Такой кулак мог бы убить быка, и если бы он прилетел в цель, Дуань Тао точно отправился бы к праотцам.
— Второй! — холодно рявкнул Мэн Фаньин.
Кулак Мэн Фаньсюна остановился буквально в двух сантиметрах от переносицы Дуань Тао. Тот уже почувствовал дыхание смерти и крепко зажмурился. Этот оклик прозвучал для него сладкой музыкой небесных сфер.
— Брат! — Мэн Фаньсюн с обидой уставился на Мэн Фаньина, от злости его лицо побурело.
Однако авторитет старшего брата в семье уступал разве что авторитету старшей сестры. Если сестра давила родовым авторитетом, то старший брат был законным наследником и будущим главой семейного бизнеса. Как бы ни кипела в нём ярость, Мэн Фаньсюн не посмел ослушаться.
— Хмырь! — с досадой выплюнул Мэн Фаньсюн и разжал пальцы.
Дуань Тао грохнулся на пол, отлетев на пару метров назад, и если бы не стена за спиной, точно растянулся бы мордой в грязь.
Третий из братьев Мэн, Мэн Фаньхао, поправил оправы золотых очков и с брезгливостью оглядел бандитов. В помещении слишком сильно пахло кровью. Мэн Фаньхао достал белоснежный плат и прикрыл им нос и рот. Сделав жест рукой назад, он дал знак дюжине сопровождающих их юристов с бэйджами на груди — те синхронно кивнули.
Если старшие братья умели держать себя в руках, то младший, Мэн Фаньдже, от рождения был бунтарём. А Чэнь Цзыхань являлась его главной слабостью. Стоило кому-то обидеть малышку, как его рассудок улетучивался без следа.
Бережно баюкая Чэнь Цзыхань, Мэн Фаньдже с болью гладил её животик:
— Куда тебя ударил этот башмак? Сюда? Давай дядя потрёт и подует, чтобы не болело...
На одежде девочки отчётливо виднелся пыльный след от подошвы. Чем больше Мэн Фаньдже смотрел на него, тем сильнее в нем закипала лютая ярость. Не выдержав, он развернулся и со всей дури пнул лежащего неподалёку Дуань Тяньцы.
От мощного удара жирный малец отлетел в сторону и залился ультразвуковым рёвом.
Сяочжу тут же прикрыла сыночка телом и со злобой уставилась на Мэн Фаньдже:
— Ты что делаешь?! Зачем ребенка бьешь, чудовище?!
Она не знала, кто такие братья Мэн, и посчитала их просто богатыми шишками. Перед Су Му они винились из страха, но терпеть побои от каких-то посторонних хамов она не собиралась.
Мэн Фаньдже от такой наглости аж захохотал:
— Ха-ха! Я ударил твоего ублюдка — и я чудовище?! А когда ты кричала, что переломаешь ноги моей племяннице, ты о человечности думала?! Бью ребенка? Да мне плевать, сколько лет твари, если она обидела мою Ханьхань! Будь ты хоть младенцем, хоть стариком, хоть чертом лысым — изничтожу!
И не давая никому перехватить инициативу, Мэн Фаньдже наотмашь град ударов обрушил на Сяочжу.
Холл снова огласился дикими воплями: Дуань Тяньцы и его паскудная мать катались по полу, визжа от боли.
Су Му даже не думал препятствовать. Он с интересом наблюдал за этим зрелищем, поглаживая Цзюцзю. Мэн Фаньин пытался остановить младшего, но тот в пылу гнева ничего не слышал. Лишь когда подала голос Мэн Фанъян, Мэн Фаньдже наконец остыл и отступил.
Поправив помятую куртку, Мэн Фаньдже повернулся к Су Му.
Хотя Су Му не был выходцем из древнего олигархического клана, а его капиталы уступали накоплениям семьи Мэн, тот факт, что парень из простой деревни добился таких высот в столь юном возрасте, вызывал искреннее уважение. Но главное — Су Му прослужил много лет в армии и был женат на дочери влиятельного генерала. Если мериться связями, семья Мэн едва ли могла с ним соперничать.
Уважить такого человека было просто необходимо.
— Брат Су! Извини, я немного горячился, — виновато улыбнулся Мэн Фаньдже.
Вообще-то, едва войдя, Мэн Фаньин уже успел обменяться с Су Му сдержанным кивком. Гнев братьев Мэн Су Му прекрасно понимал: в их клане Чэнь Цзыхань была единственным ребёнком третьего поколения, естественно, её берегли как зеницу ока.
— Всё в порядке. В случившемся есть и моя вина — недоглядел за подчиненными. Это мне следует извиниться перед вами, — вежливо ответил Су Му.
Мэн Фаньдже тут же подхватил:
— Ну что ты, брат Су, это уж чересчур! Эта семейка — всего лишь родственники твоего шофера, а не твои прямые люди. Твоей вины тут нет никакой!
Обменявшись любезностями, Мэн Фаньдже умолк. Салон принадлежал Су Му, и то, что тот проявлял такую уважительность, уже было огромным одолжением.
Дав братьям Мэн немного выпустить пар, Су Му вновь бросил короткий взгляд на Сяочжэня. Тот мгновенно понял немой приказ, подошёл и за шкирку поднял сестру и её муженька с пола:
— Не расслабляться! Продолжайте извиняться!
Хлоп! Хлоп! Хлоп!
Звонкие оплеухи снова огласили помещение. И в этот момент к салону подкатили патрульные машины полиции Моду.
Лю Цзяньбай, самый молодой начальник управления полиции Моду и бывший подчинённый Бу Чантяня, лично возглавил отряд, устремившийся в здание. Едва переступив порог, Лю Цзяньбай тяжело вздохнул.
«Матерь божья... Ну и побоище! И всё это шло в прямой эфир! Если не замять дело грамотно, скандал разразится неимоверный...»
Но ещё больше Лю Цзяньбая поразило присутствие Су Му и четырёх братьев Мэн. Какое влияние эти семьи имели в Моду, объяснять не требовалось. Неужели они тоже замешаны?
— Старик Лю! — окликнул его Бу Чантянь, помахав рукой.
Лю Цзяньбай ускорил шаг и с глубоким почтением пожал руку своему бывшему командиру:
— Командир!
Простое приветствие... но у семейки Дуань Тао, продолжавшей самозабвенно избивать себя по щекам, окончательно отнялись ноги.
Блин! У этих оборванцев тоже покровители?! Да ещё и из высшего руководства полиции?!
Дуань Тао перевёл взгляд на маленькую девчушку, из-за которой его сыну выбили зубы, и бессильно разрыдался.
«О господи... Трое! Я умудрился за один день нажить себе сразу трёх недосягаемых покровителей!»