Глава 604 - До чего наглый ребёнок — пошла на исподтишка!
До того как их окружили, Дон Чэн спокойно обсуждал с Цзюцзю, стоит ли завтра продолжать играть роль брата старика Ху.
По словам малышки, хотя дедушка Ху и раскусил их дневной спектакль, в тонкостях прямых эфиров он абсолютно ничего не смыслил. Мозг старика после давней травмы работал специфически, и от непонятных вещей он быстро впадал в замешательство.
Прощаясь с Цзюцзю, старик Ху слезно просил её не рассказывать никому о том, что он обо всём догадался. Он хотел и дальше оставаться «дурачком» — но дурачком, у которого снова появились младшие братья.
Отец и дочь решили: раз уж старик сам предпочитает жить в доброй иллюзии, не стоит насильно выдергивать его в суровую реальность. Ведь протрезвев окончательно, он потеряет единственный смысл продолжать дышать.
Разговор выходил глубоким и душевным, но внезапное появление людей в чёрном мгновенно разорвало эту идиллию.
Причём монахи не стали тратить время на церемонии. Десятка бойцов во главе с Вучэнем оравой рванула вперед.
— Цзюцзю, ложись! — рябкнул Дон Чэн. Убежать они бы всё равно не успели.
Девочка мгновенно плюхнулась на землю, обхватив голову руками и уткнувшись лицом в траву. Оператор, до смерти испугавшийся попастся под горячую руку, со скоростью молнии отскочил на добрый десяток метров.
Никакой болтовни! За доли секунды Дон Чэн сошелся в жестком соприкосновении с десятком мастеров.
Прежде чем применить сокрушительные финты Кулака Бацзи, он сделал молниеносный подкат по земле, сбив с ног двоих нападавших. Его стопа взметнула тучу пыли, ослепив ещё двоих. Он хотел продолжить натиск, но заметил, что пара монахов уже тянет руки к Цзюцзю.
Дон Чэн тигром метнулся назад, буквально накрывая собой дочку и тараня нападавших своим весом.
Как говорится, против оравы и один в поле не воин. На мгновение Дон Чэн даже подумал, не активировать ли ему какую-нибудь заклинание невидимости или иммобилизации. Но кругом шли съемки прямого эфира. Применение слишком сверхестественных способностей могло привлечь внимание спецслужб, а перспектива оказаться на операционном столе ученых его совсем не прельщала.
Завязалась лютая рубка. Лежащая на земле Цзюцзю чувствовала себя так, будто над ней несётся табун диких мустангов.
В конце концов, применив технику точечных ударов по нервным узлам, Дон Чэн обездвижил девятерых противников.
Единственным устоявшим на ногах остался Вучэнь. Он тяжело дышал, его локти и колени непрерывно дрожали. Сила Дон Чэна была ужасающей. Вучэнь думал, что шаолиньское ушу — это вершина жесткости, но Кулак Бацзи в исполнении Дон Чэна перечеркивал все нормы. После нескольких жестких блоков Вучэню казалось, что его кости треснули. Спасибо хорошему питанию и отсутствию дефицита кальция, иначе он бы уже лежал с переломами.
Видя, что победа близка, Дон Чэн не дал Вучэню перевести дух.
Сделав стремительный шаг вперёд, он сконцентрировал всю силу в пояснице, одну руку отвёл назад, а вторую под углом сорок пять градусов выбросил вперёд сокрушительным ударом локтя.
— Обвал Горы! — вырвался из его груди громовой клич.
Вучэнь, стиснув зубы, попытался поставить глухую защиту — финт «Старец Закрывает Врата». Он мгновенно ушёл в низкую стойку мабу, прижал согнутые руки к груди и напряг все мышцы.
Но мощи Дон Чэна оказалось слишком много.
Блок Вучэня разлетелся в стороны, а инерция удара всей тушей впечаталась ему в грудину. В глазах монаха потемнело, и он снарядом полетел назад.
Дон Чэн не стал сразу преследовать Вучэня. Развернувшись, он сорвал именные бирки с девяти обездвиженных монахов, и лишь затем размашистым шагом направился к поднявшемуся лидеру.
Однако за три метра до Вучэня Дон Чэн резко замер.
Из темноты за спиной повлачившегося монаха выскочили ещё два отряда людей в чёрном! Считая Вучэня, перед Дон Чэном теперь стояло двадцать один боец.
Двадцать один против одного. Такое не вытянуть при всем желании.
Дон Чэн колебался ровно секунду, после чего резко развернулся и дал драпа.
Тащить на руках Цзюцзю было рискованно, но шансов выжить при таком побеге было явно больше, чем в драке с целой ротой мастеров.
— Цзюцзю, на взлёт! — на бегу крикнул Дон Чэн.
Девочка уже поднялась с земли. В её глазах мелькнул испуг, но она мгновенно взяла себя в руки. Бежать она и не думала. Развернувшись к приближающейся толпе, она хитро мигнула отцу.
Дон Чэн притормозил. Что за шальную идею выдаст эта маленькая плутовка? За годы совместной жизни они научились понимать друг друга без слов. Добежав до дочери, Дон Чэн вдавил педаль тормоза в пол.
Догонявшие монахи от неожиданности тоже встали как вкопанные, с недоумением уставившись на сладкую парочку.
В свете луны пухлые ручки малышки плавно сложились вместе. Поклонившись с невероятно благоговейным видом, Цзюцзю произнесла ангельским, чистым голоском:
— Ами-и-итабха…
До чего воспитанный ребенок!
Увидев этот жест, монахи невольно расплылись в умиленных улыбках. Подбежавший Вучэнь, видя, как дитя возносит моления, быстро оправил широкие рукава и сложил ладони пред грудью. Остальные бойцы дружно последовав его примеру, ответили поклоном:
— Амитофо…
«Чёрт возьми!»
До чего наглый ребёнок! Она же натравила на них всю свою детскую хитрость!
В ту самую секунду, когда два десятка здоровых мужиков склонили головы в религиозном поклоне, Дон Чэн и Цзюцзю рванули в атаку.
Малышка подпрыгнула и юркнула за спину Вучэня, ухватившись пальчиками за его бирку. Дон Чэн действуя еще изощреннее, задействовал прыжковую технику львиного танца на столбах Мэйхуа.
Быстрый и юркий, словно горная обезьяна, он пробежал прямо по плечам и спинам согнувшихся монахов, на лету сдёрнув семь или восемь бирок!
Пока один из бойцов сообразил в чём дело и выдал сочную ругань, Дон Чэн успел выбить из игры ещё пятерых.
Единственная неудача постигла Цзюцзю — Вучэнь инстинктивно уклонился, и девочка пролетела мимо, кубарем покатившись по траве.
И все же за один этот вероломный размен боеспособных противников у Вучэня осталось всего семеро. Семь против одного — теперь преимущество было на стороне Дон Чэна.
— Тактика Гиен! — рявкнул Вучэнь, мгновенно перестраивая схему.
— Есть! — по команде оставшиеся бойцы врассыпную кинулись в темноту.
— Они сбежали? — Цзюцзю огляделась по сторонам.
Дон Чэн качнул головой:
— Куда там сбежали… Мы у них на крючке.
Собирая сорванные бирки, Дон Чэн горестно вздохнул:
— Слышала, что он сказал? Тактика гиен. Знаешь, как охотятся гиены?