Глава 603 - Три боя — три победы: жутка в своем гневе Барби-Ваджра
— Мама, осторожно! — зоркая Чэнь Цзыхань заученным глазом заметила опасный захват и испуганно закричала.
Однако Мэн Фанъян даже не дрогнула. На её губах скользнула хищная, едва заметная ухмылка. В ту самую долю секунды, когда пальцы монаха сжали её плечо, она молниеносно перестроила стойку.
Одной рукой она резко нырнула вниз, перехватывая запястье нападавшего, а вторую подсекла под его подмышку — принцип «добыть луну со дна моря». Разворот таза, выгиб спины в качестве рычага — классический бросок через плечо!
Монах был опытным бойцом. Поняв, что его замысел разгадан, он попытался выдернуть руку. Но реакция Мэн Фанъян превосходила его собственную. Не успел он сообразить, что происходит, как его запястье оказалось намертво блокировано, а подмышка оказалась подпёрта стальным рычагом. Если бы его оторвали от земли и швырнули плашмя, оставалось бы только читать молитвы в полёте.
Но десятилетие суровых тренировок дали о себе знать. Не сумев вырвать руку, монах задействовал вторую. Прежде чем его ноги оторвались от земли, он выставил свободную ладонь и изо всех сил упёрся Мэн Фанъян в поясницу. Использовав её же импульс, он сам подпрыгнул вверх, пролетая над её головой дугой.
Благодаря этому кульбиту в воздухе его захваченная рука выскользнула из замка.
Всего два размена — а у наблюдающих из засады монахов уже перехватило дыхание. Пусть до смертельного исхода было далеко, но от бывалой спеси не осталось и следа.
— Ещё раунд! — в Мэн Фанъян окончательно проснулся азарт.
С победным кличем она снова пошла в атаку. После двух коротких стычек она полностью просчитала возможности противника: парень умеет драться, но не более того.
На этот раз Мэн Фанъян взвинтила темп до предела. Верхний уровень накрыла буря из сдвоенных хуков и джебов, нижний — лавина сокрушительных лоу-киков.
Прошло не больше десяти связок. Монах на мгновение потерял концентрацию, чем девица тут же воспользовалась: провела жесткий подсекающий удар — технику «Засохшее Древо Пускает Корни» — и выбила опорную ногу врага.
Монах с глухим стуком рухнул на спину. Не дав ему прийти в себя, Мэн Фанъян тигром прыгнула сверху и мёртвой хваткой зафиксировала сокрушительный «рычаг локтя».
Когда классический армбар замкнулся, какими бы талантами ни обладал боец, ему оставалось только одно — хлопать ладонью по земле и молить о пощаде.
В передвижном штабе шоу «Отцовская любовь краше гор» главный режиссёр Гу Фукуй и его заместитель Люй Инцзюнь застыли с открытыми ртами.
— Погоди… — Люй Инцзюнь не знал, плакать ему или смеяться. — Мы же планировали дуэли между игроками и людьми в чёрном как веселые состязания по срыванию именных бирок! С каких пор это превратилось в чемпионат по смешанным единоборствам?!
Гу Фукуй тяжело вздохнул. Он тоже не ожидал такого поворота.
— Ладно тебе… Как бы они ни дрались, победа всё равно засчитывается по наличию или отсутствию бирки. Пусть делают что хотят.
Режиссёр был истощён. Он начал уставать ещё с того момента, как Дон Чэн в одиночку размотал толпу ниндзя. Иметь в проекте таких непредсказуемых участников — это одновременно и благословение, и проклятие.
ХРЯСЬ!
Поднявшись с земли и виновато поклонившись, поверженный монах подставил спину. Мэн Фанъян ловким движением сорвала чёрную бирку. Увы, внутри ничего не оказалось — третьего скрытого задания у этого бедолаги не было.
— Следующий! — бросив бирку Чэнь Цзыхань, Мэн Фанъян дерзко поманила пальцем оставшихся монахов.
В это время две другие группы людей в чёрном, сидевшие в засаде, вели жаркие шепотки:
— Похоже, у них реально нет никакой засады. Может, навалимся всем скопом и покончим с ними?
— Навалиться всем скопом? Против одной бабы?! Тебе позор не жмёт, а вот монастырь Шаолинь себе такого не позволит!
— Какая ещё баба?! Это же настоящая Барби-Ваджра! Против монстров все средства хороши!
— Заткнись, позорище! Сиди ровно и не отсвечивай.
— Ой, да куды вы торопитесь-то? У них дратца только эта деваха умеет, а нас тут пруд пруди! У неё же силы не железные, устроим ей войну на истощение, сама свалится!
— А ведь дело говорит! Работаем по плану!
В итоге монахи так и не смогли переступить через гордость и навалиться кучей.
Второй боец, поправив налокотники, сделал шаг вперёд:
— Я следующий!
Три движения. Ровно три движения потребовалось Мэн Фанъян, чтобы нанести сокрушительный правый хук снизу точно в левое подреберье. Монах мгновенно свернулся калачиком на траве.
Когда Мэн Фанъян нагнулась, чтобы добить его, монах с багровым лицом беспомощно замахал руками, прося паузу. Из его перехваченного дыханием горла вырвался лишь жалкий сип:
— Стой… дыхалку… перебила…
Мэн Фанъян не стала усугублять. Она и так била вполсилы, иначе сломала бы ему пару ребер. Зайдя сзади, она сдёрнула вторую бирку.
— Следующий.
Тот же спокойный, леденящий душу тон. Её беззаботная ухмылка заставляла здоровых мужиков гореть от стыда.
— Я займусь ей! — видя, что дело дрянь, капитан отряда затянул покрепче защитные ремни и вышел в круг.
Без лишних слов они сошлись. Капитан был предельно осторожен, но Мэн Фанъян уже окончательно разогрелась. Она раскрепостилась и выдала ураганную серию ударов.
Едва капитан решил переждать её атаку в блоке, чтобы контратаковать на противоходе, Мэн Фанъян неожиданно камнем скользнула на землю. Свободный бой за долю секунды перетек в партер и джиу-джитсу, застав монаха расплох.
В бою Мэн Фанъян абсолютно забывала про свой пол. А вот капитан — нет. Хотя они не были постриженными монахами, нормы морали Драконьей Страны о том, что мужчины и женщины не должны входить в тесный телесный контакт, связывали его по рукам и ногам. В ближнем вязком партере он просто не знал, куда приложить руки, чтобы не скомпрометировать себя.
Когда сокрушительный удушающий захват гильотины замкнулся на его шее, капитану оставалось только хлопать глазами, пока в глазах не потемнело. В отличие от предыдущих младших братьев, он изо всех сил терпел и не стал стучать по земле, предпочтя отключиться с честью.
Три боя — три чистые победы!
Мэн Фанъян не только не устала, а будто напиталась энергией. Её боевой клич «Следующий!» сменился на еще более наглый: «Кто ещё заказывал люлей?!»
— Я выхожу! — выкрикнул ещё один боец, гопя от обиды. Он прекрасно видел, что его предшественники сковывали себя предрассудками о «мужском и женском». Из-за этого они не смогли показать и половины своей мощи. Так дальше продолжаться не могло. Если кто-то и должен был стать «плохим парнем» и отбросить манеры ради чести Шаолиня, то пусть этим грешником станет он!
Заметив решимость в глазах очередного противника, Мэн Фанъян лишь шире улыбнулась. Время лёгких игр прошло — пора задействовать кое-что посерьезнее.
Недавно, увидав, как Дон Чэн работает в стиле Кулака Бацзи, она была поражена сокрушительной, властной мощью этого искусства. Не жалеющая денег богачка тут же наняла старого мастера-затворника в качестве личного тренера. Благодаря отличной базе и феноменальному таланту, подкреплённым безграничными финансами, всего за месяц она освоила основы.
Впрочем, опробовать новую технику ей доселе удавалось лишь на бедняге Чэнь Фэне. В реальном бою она её ещё не применяла. Монахи оказались идеальными манекенами для обкатки.
Пока на этом пятачке кипели страсти, старший брат Вучэнь во главе своего отряда подобрался к самому краю зоны выживания. Заметив вдали очертания глинобитной башни, он повел людей на разведку.
И надо же было такому случиться: пройдя полпути, они нос к носу столкнулись с Дон Чэном и Цзюцзю.
Вучэнь не сомневался ни секунды. Вскинув руку, он взревел на весь лес:
— Навались разом! Не дайте ему уйти!