Глава 577 - Я сделаю всё, что ты скажешь
— Помирать тебе никто не предлагает, — произнесла Ваньнин, чувствуя, как сжимается от жалости сердце, и перешла к делу. — Чтобы жизнь вошла в нормальное русло, первым делом нужно перечеркнуть прошлое и искупить старые грехи. Я хочу, чтобы ты сам пошёл в полицию и признался во всём.
На этих словах она сделала паузу. Брат Сяо Шэна на мгновение замер, но уже через секунду тяжело, решительно кивнул:
— Ладно! Я согласен! Только… ты точно позаботишься о Сяо Шэне?
Его жизнь и без того была разрушена до основания. Одним ударом больше, одним меньше — какая разница? А если ценой собственных невзгод он обеспечит брату светлое будущее, то разве не об этом он мечтал каждую ночь?
Ваньнин не ждала от него столь быстрой покорности и поспешила внести ясность:
— Ты меня не совсем правильно понял. Я не собираюсь усыновлять твоего брата, да и деньги мне с неба не падают, чтобы раздавать их просто так.
Парень растерянно моргнул.
— Натворишь ты успел не так уж много, — продолжила Ваньнин. — Если явишься с повинной и полностью возместишь ущерб, наказание не будет суровым. Я готова покрыть твои долги и присмотреть за Сяо Шэном, но каждый потраченный юань ты вернёшь мне до последней монеты. Я просто даю тебе ссуду. А главное — я предоставлю тебе официальную работу, крышу над головой и совсем иное окружение. Проще говоря: всё, что я потрачу сейчас, ты отработаешь потом.
Ваньнин выложила карты на стол предельно честно. Но парень вдруг снова замялся:
— Но… но я же ничего не умею. Я грамоты не знаю, я… я вообще бестолковый… Вдруг я не справлюсь?
Он ведь не был ленив от природы. Будь он бездельником, не стал бы тащить на себе обузу в виде младшего брата и рвать жилы ради его пропитания. Просто в детстве его никуда не брали, а вырос он угрюмым и замкнутым. Несколько раз пробовал наниматься на стройки — так там его то сослуживцы изводили издевками, то хозяева дурачили и кидали на деньги. После пары таких уроков душа его окончательно очерствела, а перед словосочетанием «честный труд» образовался панический страх.
Понимая его опасения, Ваньнин не стала проявлять нетерпение. Отпив воды, она тихо проговорила:
— Как ты можешь знать, справишься или нет, если даже не пробовал? Наша компания как раз сейчас формирует отдел поддержки людей с ограниченными возможностями. Задача — дать им работу, чтобы они могли почувствовать себя нужными и полноценными гражданами. Там уже полно заявок, люди ждут не дождутся, когда закончат подготовку оборудования, чтобы выйти и зарабатывать своим трудом. Неужели ты слабее тех, у кого нет рук или ног?
Этот прямой вопрос попал в самое живое.
— Я сделаю всё, что ты скажешь. Всё до последнего слова! — Парень поднялся с места, сжав кулаки. Где-то в глубине души он почувствовал: это его единственный шанс. Упустит сейчас — другого не будет.
— Вот и ладно. А теперь спокойно доедай. Как насытишься, я отвезу тебя попрощаться с братом, а потом мы вместе поедем в полицию.
Уладив дело, Ваньнин тут же мысленно передала отчёт Дон Чэну.
***
(Актуальные главы без задержек — только на сайте LiNovel.ru)
В это же время Дон Чэн и Цзюцзю подошли к окраине деревни Сяохуайшу.
— Папа, а где же та высокая башня, про которую говорил Сяо Шэн? — Цзюцзю оглядывалась по сторонам. Вокруг ютились лишь одноэтажные лачуги. Ни то что приметного высотного здания — даже двухэтажных домиков не проглядывалось. Вся деревня казалась вымершей и унылой.
— Наверное, с той стороны. Пошли, обойдём её по кругу, — спокойным тоном отозвался Дон Чэн и, сжав крохотную ручонку дочери, не стал заходить на улицы, а пошёл вдоль околицы.
И действительно: стоит им обогнуть деревню с севера, как перед их взорами выросла высоченная башня.
— Папа! Вон та страшненькая вышка, да? — зоркая Цзюцзю мгновенно разглядела убожество постройки.
Это сооружение меньше всего походило на нормальный дом. Скорее оно напоминало неуклюжую детскую башню, сложенную из мусора, обломков кирпичей и битой черепицы. Внешние стены лепились из глины и разномастных камней, кое-где из кладки торчали обрубки брёвен. Одним словом — вопиющий хаос.
— Похоже, она. Пойдём глянем поближе, — Дон Чэн окинул взглядом это несуразное строение.
Навскидку, сооружение достигало высоты стандартного четырёхэтажного дома — метров двенадцать от земли. Нижний ярус занимал квадратов двадцать, но чем выше взмывала башня, тем суровее сужались её стены. Поверхность кладки бугрилась пестротой самых невероятных материалов.
Но каким бы уродливым ни казался этот «небоскрёб», объём проделанной работы поражал. Если строил действительно один человек — то сам поиск материалов, их таскание наверх, укладка и перекрытие забирали невероятное количество сил и времени. Легко сказать «я построю башню». Но лишь столкнувшись с этим на практике, понимаешь, какая железная воля нужна, чтобы довести задуманное до конца.
Дон Чэна всё сильнее разбирало любопытство к этому «величайшему архитектору».
По мере того как они с Цзюцзю приближались, Дон Чэну приходилось всё сильнее задирать голову. У подножия башни штабелями лежали битые кирпичи и куски черепицы — видимо, их ещё не успели поднять наверх.
— Цзюцзю, смотри под ноги. Особенно где доски — там могут торчать гвозди.
Дон Чэн сам вырос в деревне и отлично знал, как устроены старые крыши. Деревянные стропила крепились к прогонам толстыми гвоздями, и при сносе старых домов про эти гвозди часто забывали. За долгие годы ржавчина превращала их в ядовитые шипы. Наступить на такой — удовольствие ниже среднего, да и заразу занести можно в два счёта.
Предостерегши дочь, Дон Чэн пропустил Цзюцзю вперёд к входу в башню. Но едва они ступили на порог, как из-за угла окликнул грубый, раскатистый голос:
— Стой! Вы кто такие?! Жить надоело?!
Дон Чэн опешил и вместе с Цзюцзю повернулся на зов.
К ним шагал коренастый, плотно скроенный мужчина лет пятидесяти в сером холщовом кафтане с багровым от загара лицом. Его ёжик жестких волос стоял дыбом, точь-и-точь стальные иглы, а голос обладал такой гулкой мощью, будто резонатором служащему животу подпевала вся грудная клетка. Глядя на него, Дон Чэн грешным делом подумал, что если этот мужик гаркнет во всю мочь, на асфальте трещины пойдут.
— А вы… — не торопясь объяснять, кто они, привычно переспросил Дон Чэн.
— Я деревенский староста! Вы кто — репортеры, что ли? — громогласно отчеканил тот, переводя подозрительный взгляд с Дон Чэна на оператора.
Один выряжен, будто дух лесной из дебри вылез, второй — как коряга ожившая. Ни один на приличного человека не похож! Вот только девчушка… Хе-хе, эта малышка точь-и-точь крошечный травяной ком, до того милая, аж глаз не оторвать.