Глава 550 - Мамочки, волк! Жена, спаси!
— Ханьхань, забирай эти припасы с собой. Нам они только помеха: если за нами погонятся «люди в черном», лишний груз будет мешать бежать, — произнес Дон Чэн, вернувшись к месту костра.
Девочки как раз успели заскучать. Дон Чэн не стал скупиться и отсыпал Чэнь Цзыхань упаковку «Хаха» и полпачки хлеба.
— Вау! Дядя, вы столько еды нашли?! — ахнула Чэнь Цзыхань.
Она и не подозревала, сколько километров отмахал Дон Чэн за эти три часа без единой минуты отдыха. Да даже крепкий оператор еле переводил дыхание, мысленно твердя себе, что после проекта обязательно потребует у режиссера прибавку к зарплате.
Поблагодарив за заботу, Чэнь Цзыхань забрала свёрток и вприпрыжку побежала обратно к своему непутевому отцу.
Глядя ей вслед, Цзюцзю вздохнула:
— Папа, может, заберем Ханьхань с собой? А то её точно выбьют первой, вдруг сегодня ночью поймают?
Дон Чэн погладил дочку по голове:
— Ладно тебе. Лучше подумаем, где нам ночевать и как прятаться от ночного патруля. Кто знает, может, эта парочка протянет дольше нашего!
Девочка спорить не стала и послушно пошла за отцом. Перед уходом Дон Чэн зачерпнул найденным котелком воду из ручья и до капли залил костерок. Спичек у него не было, но, умея добывать огонь трением, беречь угли не имело смысла.
Следующий час Дон Чэн потратил на поиски идеального ночлега и в конце концов наткнулся на естественный пещерный грот.
Пещерка была неглубокой — как раз чтобы уплотниться впятером-вшестером. Свод из плотного грунта исключал обвал, а главное — вход был надежно замаскирован густыми зарослями высокого бурьяна. В темноте найти такое укрытие без тепловизора было практически невозможно.
— То что надо! Здесь и заночуем.
Дон Чэн осмотрел укрытие и перенес все припасы внутрь. Солнце уже клонилось к горизонту, и пора было набираться сил перед ночной охотой.
А уж спать Цзюцзю умела как никто другой! Не успел Дон Чэн допеть и половины своей фальшивой колыбельной, как малышка уже сладко сопела.
Уютная пещерка, надежная маскировка, сытый желудок — спалось им просто великолепно.
А тем временем Чэнь Цзыхань, шагая с припасами к отцу, распалялась всё сильнее:
«Хм! Папа вообще обнаглел! Нельзя его так баловать!»
Остановившись неподалеку от места, где они расстались, она нашла причудливое дерево, выкопала ямку между корнями и спрятала туда всю еду. Заводская упаковка защищала припасы от грязи. Сама она была сыта, а вот папаше полезно было устроить профилактическое голодание!
Вытерев рот и лицо, Чэнь Цзыхань сделала пару глубоких выдохов, настраиваясь на нужный лад. В одно мгновение боевая девчушка превратилась в несчастного, изможденного ребенка.
Зрители в чате ликовали: Чэнь Фэн явно напросился на воспитательные меры!
Продвинувшись дальше, Чэнь Цзыхань вскоре услышала жалобный, почти плачущий голос отца:
— Ханьха-а-ань!.. Доченька-а-а!.. Ты где-е-е?!
Девочка обернулась к оператору и шепнула:
— Видали? Я же говорила, не потеряется. Будь он овцой, а волк начерти вокруг него круг, он бы из этого круга до смерти не вышел!
Оператор лишь молча перевел камеру на Чэнь Фэна. В кадре появился парень в одних семейных трусах, утопающий в слезах и соплях. Зрелище вызывало одновременно и жалость, и смех.
Заметив дочь, Чэнь Фэн мгновенно преобразился. Всхлипывая и смеясь, он рванул к ней прямо босиком по колючим сучьям:
— Вернулась! Моя Ханьхань вернулась! Ха-ха!
Он сгреб дочку в объятия, сжимая её так, словно не видел вечность. Это смотрелось даже трогательно: пусть он ленив и труслив, но дочь действительно любит.
Чэнь Цзыхань засомневалась: может, напрасно она спрятала всю еду? Оставила бы хоть кусочек хлеба…
— Ханьхань! Ты куда пропала?! Я думал, ты меня бросила! — тараторил Чэнь Фэн, ощупывая ее с ног до головы. — Нигде не поранилась? Диких зверей не видела? Я тут волка слышал, чуть со страху не умер! Но бежать боялся — вдруг ты придешь, а меня нет!
— Волка? Да ладно тебе, откуда тут волки? — усомнилась Чэнь Цзыхань.
— Правда! Вот так выл: «Ау-у-у-у!» — Чэнь Фэн вытянул шею, весьма правдоподобно изображая волка.
— Ой, да ладно. Это же проект, организаторы не выкинули бы нас в лес с настоящими волками, они же не дураки.
Чэнь Фэн почесал затылок:
— Хм… А ведь и правда! Ха-ха! Дочка, ну ты и сообразительная! На самом деле я и сам сразу понял, что это постановка, просто хотел тебя проверить! Поздравляю, экзамен сдала!
Срезанный до упора стыд и упрямство были его главной чертой. Чэнь Цзыхань лишь закатила глаза.
И тут…
Шорох!
В кустах неподалеку мелькнула быстрая серая тень.
Её увидели все: Чэнь Фэн, Чэнь Цзыхань и миллионы зрителей трансляции.
А из гущи леса донесся жуткий, леденящий душу вой:
— А-у-у-у-у-у-у!..
Хвастливый Чэнь Фэн мгновенно сдулся. Сгреб дочку в охапку и с визгом спрятался за спину оператора, вывалившись из кадра. В эфире остался лишь его дрожащий, истеричный вопль:
— Мамочки-и-и! Волк! Настоящий волк! Хочу домой! Жена, спаси-и-и-и!