Глава 399 - Незваный гость в доме Ван Кая
— Кай-эр, там кто-то стучит, поди взгляни, — донесся из дома голос Цуй Сюпин. Благодаря заботе Дон Чэна, завтра они всей семьей отправлялись в столицу, и женщина радостно собирала вещи.
— Сейчас, ма! — отозвался Ван Кай. Покрасневший от предвкушения поездки парень бросил ведро с кормом для кур и побежал к воротам.
Старая деревянная дверь скрипнула на ржавых петлях. Но едва Ван Кай увидел стоящего на пороге визитера, улыбка на его лице сменилась полным замешательством.
— Вы… кто?
Мужчина в дорогом костюме смотрелся среди деревенской грязи невероятно чужеродно. Ван Кай приоткрыл дверь лишь наполовину, не спеша впускать незнакомца.
— Ты ведь Кай-эр, да? Совсем дядю не помнишь? Я ж тебя на руках носил, когда ты пешком под стол ходил! А где мать? — Гость по-хозяйски бесцеремонно протиснулся в щель, едва не сбив парня с ног.
— Эй! Вы куда прете?! Какой еще дядя?! — Ван Кай мгновенно перегородил ему дорогу к дому, выпятив грудь.
Шум во дворе привлекла Цуй Сюпин. Женщина выскочила на крыльцо и, увидав франта в костюме, моментально изменилась в лице. Её мягкие черты исказились от гнева.
— Ты… Как ты смеешь сюда приходить?! Убирайся! Тебе здесь не рады! — Всегда кроткая и сдержанная женщина вдруг подскочила к мужчине и изо всех сил стала вытолкать его к воротам.
Ван Кай, не задавая лишних вопросов, тут же пришел на помощь матери.
Незнакомец не успел и глазом моргнуть, как его потащили назад. Пакет со сладостями выскользнул из его рук и шлепнулся в пыль.
— Э-э-э! Сестра! Ну за что ты так?! Столько лет прошло, ты всё ещё дуешься?! Я же от чистого сердца пришел извиниться! Дай ты мне хоть слово сказать…
Он пытался сопротивляться, но против молодой мощи Ван Кая у него не было ни единого шанса. Мужчину просто-напросто выставили за порог, и тяжелая дверь с грохотом захлопнулась прямо перед его носом, оставив дурака на холодном ветру.
— Мама… Он… он правда мой дядя? Родной? — нахмурившись, спросил Ван Кай, когда они вернулись в дом и заперли засов.
Цуй Сюпин тяжело вздохнула. Погладив сына по плечу, она вытерла слезинку с покрасневших глаз:
— Кай-эр, ты уже взрослый парень, мужик. Тебе пора знать правду. Его зовут Цуй Мин. Он действительно мой родной брат. Вот только десять лет назад я отреклась от него.
Она сделала паузу, с трудом подавляя подступающие слезы:
— Тогда твой дедушка тяжело заболел. Нужна была сложнейшая операция, чтобы спасти ему жизнь. Мы с бабушкой и твоим отцом влезли в страшные долги, перезанимали у всех, у кого можно, но всё-таки наскребли нужную сумму. Ты был совсем крохой, бабушка ухаживала за дедом в больнице, и эти деньги доверили Цуй Мину, чтобы он отнес их в кассу… А этот подонок… Этот ирод забрал деньги и сбежал!
Голос Цуй Сюпин дрогнул от ненависти:
— Он заявил потом, будто врач сказал, что даже с операцией есть десятипроцентный риск неудачи, и он не захотел рисковать деньгами! Зацепился за эти несчастные десять процентов и сбежал с нашими сбережениями! Да какой хирург перед тяжелой операцией даст стопроцентную гарантию?! Чем больше он устраивал скандалов, тем осторожнее врачи выбирали выражения! В итоге… время было упущено. Твой дедушка умер прямо у меня на руках. Ему ведь и пятидесяти не было! У него был шанс жить! А этот мерзавец его убил!
Ван Кай сжал кулаки так, что побелели костяшки. Его глаза налились кровью.
— А потом… — Цуй Сюпин уже не скрывала слёз. — Бабушка не перенесла горя и слегла. Не прошло и месяца, как она ушла вслед за дедом. Семья рухнула в один миг. А Цуй Мин испарился со всеми сбережениями на десять лет. Но ладно бы сбежал — деньги-то были заемными! Твоему отцу пришлось вкалывать на двух работах на износ, чтобы расплатиться по его долгам! Если бы не эта каторга, отец не подорвал бы здоровье и не попал в аварии! Вся наша трагедия — на совести этого ирода!
Цуй Сюпин закрыла лицо руками и горько зарыдала.
Все эти годы её муж отдавал последнее, чтобы вернуть долги брата-предателя. И когда долги были почти выплачены, произошла эта ужасная трагедия.
Какая несправедливость! Если бы не стойкость сына, она бы давно ушла вслед за мужем.
Плач матери рвал сердце Ван Кая на части. Юношеская горячность взяла верх. Услышав, как родной дядя разрушил их жизнь, парень не выдержал. Он круто развернулся, схватил стоящую за дверью лопату и рванул на улицу.
— Я прибью этого ублюдка!