Глава 386 - Отряд «Юные орлы» снова в фаворитах
Ван Кай мчался впереди всех.
На пределе сил, в выматывающем рывке, его скорость была таковой, что даже два Чжан Дапана вместе взятые не сумели бы его догнать.
Свист ветра оглушал, но мысли парня текли удивительно ясно.
«Сбросив пять килограммов утяжелителей, я стал бежать настолько быстрее… А ведь если бы…»
Вспомнив жилет, который накануне велел снять Дон Чэн, Ван Кай невольно подумал о грузах, скрытых под штанинами. На свои ноги он тайком намотал самодельные утяжелители.
Точного веса парень не знал. Но когда смастерил их, взвесил на руках — получилось почти то же самое, что и в армейском жилете от учителя Дона.
Это произошло ещё до городских соревнований, в день, когда Дон Чэн ненадолго уехал, доверив Ван Каю руководить тренировками отряда «Юные орлы». В тот день ребятам единодушно показалось, что к пятикилограммовым жилетам они уже полностью привыкли. По предложению Ван Кая каждый сделал себе по два простых утяжелителя и крепко привязал к голеням.
Поскольку учитель Дон велел держать тренировки в тайне, ножные грузы дети тоже научились тщательно прятать. Вот почему Ван Кай так легко согласился снять жилет перед стартом — ведь на ногах у него оставалась секретная «броня».
Тогда Дон Чэн сказал им: «Утяжелители — это несправедливость, которую вам приходится нести» . Ван Кай прекрасно помнил эти слова. Как он мог забыть о той тяжести, что возложила на его плечи сама жизнь?
Интересно только, какое бы лицо было у учителя Дона, узнай он, что отряд «Юные орлы» до сих пор бежит с гирями на ногах?
Мысли не мешали стремительному бегу. Ван Кай рассекал прохладный воздух, буквально выжигая за своей спиной двадцатиметровую полосу отчуждения — ни один соперник не смел к нему приблизиться.
— Сюпин! Глянь скорей! Твой Ван Кай бежит самым первым! — истошно закричал кто-то в толпе.
У самой трассы группа болельщиков из деревни Большие Дикие горы выделялась особенно ярко. Не сумев пробиться к трибунам у линии старта, Чжан Цзянь вместе с остальными учениками и их родителями перебрался на этот участок дистанции.
Увидев, что Ван Кай показался первым, все жители гор Дамань затаили дыхание, а затем взорвались ликованием.
Цуй Сюпин смотрела на несущегося сына, и глаза её мгновенно набухли слезами. Горький, жгучий ком подступил к самому горлу. Будь она более умелой, более удачливой, её мальчику не пришлось бы так отчаянно жилы рвать. Будь жив и здоров отец — главный опора семьи, — сыну не пришлось бы ежеминутно оглядываться на дом и повзрослеть раньше времени. Ему ведь всего тринадцать! Не должен ребенок нести такую неподъемную ношу.
Но наряду с щемящей болью сердце Цуй Сюпин переполняла дикая, неописуемая гордость.
Она видела остальных участников. Городские ребята — высокие, сытые, в ярких новеньких кроссовках, идеально созданных для бега. И всё же… её сын, мальчик из бедной глуши, оставил их далеко позади. Он бежал первым, рассекая ветер!
— Какай! Давай! Нажимай! — сложив ладони рупором, во всё горло закричала Цуй Сюпин вслед удаляющейся фигуре.
Перекрывая гул ветра, её голос долетел до ушей Ван Кая. В то же мгновение по его телу разлилась неведомая приливная сила. Не сбивая дыхания и ритма, парень на ходу вскинул руку и мазнул пальцами по воздуху, отвечая матери.
Взгляды матери и сына пересеклись лишь на мгновение. Фигура Ван Кая приблизилась, промчалась мимо и снова устремилась вдаль.
Цуй Сюпин смотрела ему вслед, пока силуэт не растворился за поворотом, и лишь тогда дала волю слезам.
— Цзюньшань… Ван Цзюньшань, кабы ты видел сейчас нашего сыночка… Ты бы гордился им так же, как я, — шептала она сухими губами, жалея, что не смогла притащить на трассу инвалидную коляску мужа.
— Пэй Юаньху, давай! Дон Хуаньчжи, вперёд! — донесся вдруг сорванный до хрипоты крик.
Цуй Сюпин очнулась от своих мыслей и подняла глаза. Мать Чжан Дапана, подавшись всем телом через ограждение, отчаянно махала руками приближающимся Пэй Юаньху и Дон Хуаньчжи.
Оба подростка на мгновение опешили. Ни у того, ни у другой родители на соревнования не приехали. Ребята давным-давно смирились с тем, что на обочине их никто не ждет. И никак не ожидали услышать искренние, громкие крики поддержки в свой адрес.
Они были всего лишь двенадцатилетними детьми. Услышав эти звенящие слова, Пэй Юаньху и Дон Хуаньчжи ощутили, как второе дыхание мощным толчком вышибает накопившуюся усталость.
Благодаря операторской машине, сопровождавшей лидеров, этот трогательный момент попал в прямой эфир.
Жители деревни Большие Дикие горы, собравшиеся у экранов телевизоров, чуть не лопались от зависти. Для них съездить на ярмарку в соседний посёлок уже казалось целым путешествием, а уж побывать в столице провинции — всё равно что прикоснуться к чуду.
Хлоп!
В доме Дон Хуаньчжи раздался оглушительный звук удара. Дон Цинхуа со всего размаха залепил ладонью по спине своей жены.
— Ик… ик… Что ты раскаркалась?! Курица несётся или петух кукарекает?! У меня и так голова разрывается, ты можешь хоть минуту посидеть молча?!
После того как Дон Чэн привёл следователей и официально заявил, что добивается лишения их родительских прав, эта парочка уже несколько дней жила в адском коктеле из ярости, досады и беспомощности. А уж когда они прикинули, сколько ценных призов Дон Хуаньчжи привозит с каждого забега и какой куш дадут за победу в национальном финале, сон у них вовсе пропал.
Сегодня все родители отряда «Юные орлы» уехали в провинциальный центр. Дон Цинхуа с женой тоже рвались туда, но путь им наглухо перекрыл Дон Чэн.
Только что Дон Цинхуа пытался пристроиться к соседям, чтобы посмотреть трансляцию. Да куда там! В каждом доме его встречали перекошенными от отвращения лицами, а один из вспыльчивых стариков и вовсе выгнал со двора, тыча пальцем в нос и клеймя последними словами за издевательства над дочерью.
Он вернулся домой сжав зубы от злобы, а тут ещё баба беспрестанно икает… Вспышка гнева ослепила его мгновенно.
Удар получился страшным. Однако женщина даже не пикнула. Сжавшись от тупой боли в лопатках, она подхватила младшего сына и поспешно ушла в дальнюю комнату.
Каким бы непроглядным ни был их быт, эта парочка ни на секунду не задумалась о собственной вине. Если жизнь шла наперекосяк — они проклинали всех вокруг. А перед Дон Хуаньчжи и подавно не испытывали ни капли угрызений совести. В их дремучих мозгах царила железобетонная логика: девку они породили, они её и кормили, а как с ней поступать — никого не касается. Скажи им кто, что они готовы забить её до смерти, они бы лишь сплюнули: её жизнь принадлежит им, они её дали, они могут и забрать.
Глупость непроглядна, а невежество неизлечимо.
К счастью, девочка, которую родные родители считали сором под ногами, для другого человека стала бесценным сокровищем.
***
На трассе провинциального кросса, несмотря на то что дистанция оказалась значительно длиннее прежних, ребята из отряда «Юные орлы» даже не дули на воду — они проскакивали пункты питания не останавливаясь. Это стало их негласным правилом.
Гонка приближалась к кульминации.
Комментатор соревнований не замолкал ни на секунду. Он работал на пределе голосовых связок, разбирая кадры, поступающие с телевизионных машин, чтобы разжечь азарт у публики на стадионе и перед экранами.
— Итак, экватор дистанции позади! Сил у участников остается всё меньше, усталость давит на плечи тяжелым грузом! Но посмотрите на эту борьбу! Студенты и школьники идут ноздря в ноздрю, каждый пытается выжать из себя последние капли энергии!
— Однако к этой минуте мы можем с уверенностью констатировать один неоспоримый факт: отряд «Вихрь» полностью утратил шансы на золотые медали! Главным фаворитом состязания вновь становится никому не известная команда из глухой горной деревни — отряд «Юные орлы»!