Глава 198 - Смотрите, он выбил в небо целую реку звёзд!
— Уа-а-ах!!!
Когда в темноте с оглушительным треском расцвёл ослепительный огненный цветок, каждый, кто видел это — неважно, каким именно образом, — не смог сдержать изумлённого вопля.
На площади, в чатах трансляций и в огромной студии шоу «Отцовская любовь краше гор» — отовсюду раздавались только восторженные возгласы.
А под эти крики и ахи бесчисленные огненные искры уже опадали на землю, тускнели и гасли, словно их и вовсе никогда не существовало.
Огромная сцена вновь погрузилась в кромешный мрак.
Но пламя, вспыхнувшее в сердцах людей, вовсе не думало угасать. Души зрителей всё ещё трепетали, не в силах успокоиться.
— Воистину, «восточный ветер в ночи распускает тысячу цветущих дерев, и снова сбивает дождь из звёзд»! — звонкий голос ведущей разнёсся над замершей толпой, отражаясь эхом от стен. — Это сияющее великолепие, этот звёздный ливень — легендарное искусство «Бить по железу», которому уже более тысячи лет!
— Кто посмеет сказать, что древние были лишены романтики? Они обрушивали на землю целые галактики!
— Мне нравится «Бить по железу»! Это же настоящий фейерверк древних! — звонкий детский голосок Цзюцзю дрожал от восторга и обожания, а в её глазах фигура отца стала ещё на дюйм выше и величественнее.
Будь у неё возможность дотянуться, она бы сейчас крепко-крепко расцеловала папу в щёку.
— Нравится? — мысленно улыбнулся Дон Чэн, но тут же добавил про себя: — Тогда папа покажет тебе кое-что особенное.
Цзюцзю сидела совсем близко к микрофону, и её голос, конечно же, долетел до ушей Дон Чэна. Но, увы, его собственный микрофон был выключен, поэтому ответить дочери он мог лишь в своих мыслях.
Бросив взгляд на сцену, где стояла его девочка, Дон Чэн вновь подошёл к глиняной печи.
Он повторил всё те же движения, что и в прошлый раз, но, когда зачерпывал расплавленный металл и взмахивал ивовой дощечкой, вложил в них куда больше силы.
Бум-м!
После звонкого шлепка в сумраке ночи вновь распустился серебряный цветок на железном древе.
Он оказался больше прежнего, взметнулся выше, а веер разлетевшихся искр накрыл куда более обширное пространство.
Толпа вновь взорвалась криками и ликованием.
Многие уже хватали телефоны, чтобы заснять это чудо на фото и видео.
— О, май гад! Это... это просто невероятно красиво! Джон, ты видишь?! Эти огненные цветы красивее любых фейерверков! Они потрясают до глубины души!
— Клянусь, это самое грандиозное представление, которое я видел в своей жизни!
На лице Тома не осталось и следа былой надменности и нетерпения. Он возбуждённо хлопал Джона по плечу, словно ребёнок, получивший наконец игрушку, о которой мечтал всю жизнь.
Джон лишь горьковато усмехнулся и покачал головой, с удовлетворением наблюдая за тем, как его друг поражён этим зрелищем. Он напрочь забыл, как сам, впервые увидев «Бить по железу» пять лет назад, от изумления подпрыгнул на месте целых три раза.
— Эй, Джон, ты просто предатель! Ты давно видел это умопомрачительное, взрывающее мозг шоу, а мне так ни разу и не рассказал! — Том шутливо ткнул друга кулаком в грудь и, усмехаясь, достал телефон.
В свободное от работы время он иногда вёл стримы. Фанатов у него было немного, но каждый раз, когда он включал камеру, собиралось по триста-пятьсот зрителей.
Сейчас же он горел желанием немедленно поделиться с ними тем потрясающим зрелищем, которое открылось его глазам.
Рядом с Томом Хун и её дочь уже сменили своё прежнее высокомерно-пренебрежительное выражение лиц.
Обе они достали телефоны, готовясь в следующий раз, когда вспыхнет огненное дерево, сделать памятный снимок.
В толпе Чжао Ян и его люди, хоть и привыкли к международным соревнованиям и видали виды, всё равно при виде «Бить по железу» превратились в визжащих сурков.
Всю бурю эмоций, всё потрясение и восторг они могли выплеснуть лишь в этих пронзительных криках.
В этот самый момент Дон Чэн снова вернулся к глиняной печи.
На этот раз он, не мешкая, зачерпнул ковшом из огнеупорной глины целых два комка расплавленного металла и выложил их на ивовую доску.
Однако это его движение не укрылось от глаз старых мастеров, стоящих неподалёку. Улыбки на их морщинистых лицах мгновенно исчезли.
Им на смену пришли суровая сосредоточенность и даже страх.
Всего мгновение назад два безупречных удара Дон Чэна развеяли их тревоги. Они поверили, что этот красавец-парень говорит правду — у него действительно за плечами десять лет практики в этом ремесле.
Сердца стариков переполняла искренняя гордость и умиление: молодое поколение готово перенять их древнее искусство, продолжить и приумножить его.
Но теперь... этот парень зачерпнул сразу две порции металла.
(Этот перевод распространяется бесплатно на LiNovel.ru. Поддержите переводчиков, читая оригинал там.)
Что он задумал? Двойной выстрел?!
Все они знали: температура расплавленного железа, используемого для «Бить по железу», поистине чудовищна.
Стоит лишь допустить малейшую оплошность — и человек, стоящий под огненным дождём, может серьёзно пострадать.
А уж выбить сразу два заряда — это уже не вопрос техники. Это прямо запрещено неписаными законами ремесла!
Если два комка металла, подброшенные в воздух, столкнутся или зацепятся друг за друга ещё до удара доски — последствия могут быть просто немыслимыми.
Но, увы, старики могли лишь безмолвно тревожиться и ужасаться в душе.
Они не успели бы и рта раскрыть, чтобы остановить его.
Дон Чэн уже занял позицию.
А затем, с поистине небрежным изяществом встряхнув ивовую доску, он подбросил оба комка металла в воздух и... вдруг сделал стремительный, исполненный грации разворот на месте.
Это движение заставило сердца старых мастеров сжаться ещё сильнее. Кое-кто из них даже судорожно вцепился в руку соседа, ища опоры.
И всё же их взгляды ни на миг не отрывались от одинокой белой фигуры в темноте.
Разворот Дон Чэна был безупречен.
Полы его белоснежного халата со стреловидными рукавами взметнулись и закружились вслед за движением хозяина.
Завершив оборот, Дон Чэн, не глядя, взмахнул ивовой доской, исполняя приём «черпак, достающий луну со дна моря».
И в тот же миг на платформе Тома загорелась камера стрима.
Из-за разницы во времени в Америке сейчас было всего около семи утра.
Поэтому на трансляции Тома присутствовало лишь несколько десятков зрителей — от силы семьдесят-восемьдесят человек.
В чате любопытствующие засыпали его вопросами:
«Том, почему твой IP-адрес показывает Драконью Страну? Ты в отпуске? Слышал, там по ночам довольно опасно. Будь осторожен».
«Хм? Что это за место? Достопримечательность? Почему на экране так темно? Что ты вообще показываешь?»
«Том, что ты хочешь нам продемонстрировать? Почему молчишь? Тебя что, похитили?»
Раньше Том всегда отвечал на вопросы зрителей мгновенно, ни за что не позволив бы им остаться недовольными.
Но сейчас он не смел произнести ни слова. Он лишь держал камеру телефона, наведённую прямо на Дон Чэна, и даже глазом не моргал.
Как бы он боялся, что, пророни он хоть слово или моргни — и пропустит тот самый миг, ради которого всё и затевалось.
А в центре сцены Дон Чэн, исполнив тот самый «черпак луны со дна моря», с точностью до миллиметра ударил ивовой доской по двум подброшенным комкам металла.
Бум!..
Удар прозвучал одновременно звонко и глухо.
И в следующее мгновение два ослепительных, искрящихся серебром огненных дерева распустились прямо перед глазами всех собравшихся.
Двойной выстрел Дон Чэна удался на все сто процентов.
Два огненных цветка, взмыв в воздух, расцвели, накладываясь друг на друга, сплетаясь в причудливом танце, — красота неописуемая!
— Ва-а-у!!! Святые угодники! Респект! Красава! Охренеть!!! — Два величественных огненных древа озарили ночное небо, озарили глаза людей.
Том же от восторга взвизгнул так, что его лицо превратилось в идеальную интернет-мимику.
Когда огненные искры осыпались и всё вновь погрузилось в тишину, Том немедленно заорал прямо в камеру:
— Эй, народ! Вы это видели?! Он выбил в небо целую реку звёзд! Это же просто чертовски круто!
Он горел желанием разделить свой восторг со зрителями трансляции.
Но тут он заметил, что на него уже наведены объективы двух камер.
Операторы, снимавшие Чэнь Фэна с дочерью и Чжан Цзяня с дочерью, заметили этого неистовствующего иностранца.
И, словно сговорившись, одновременно навели на него свои камеры.
И тут бесчисленные зрители по всей Драконьей Стране покатились со смеху.