Глава 159 - Пусть чистая любовь пустит ростки
Разъярённый отцовский голос перекрыл гул затихающего пожара.
Отец схватил дочь за руку и подтащил почти к самой кромке огня:
— Хотела спасать собаку?! Иди! Я тебе разрешаю! Иди, спасай, давай!
В его голове просто не укладывалось, как нормальный человек может нести подобную ахинею. Словно пожарные обязаны исполнять капризы за даром, словно их жизни ничего не стоят. Не проявлять ни капли благодарности, да ещё и требовать, чтобы чей-то сын, чей-то брат или отец рисковал жизнью ради животного! Это перечеркивало любые понятия о морали.
Поэтому, неважно, ляпнула глупая девчонка это со зла или от незрелости, сегодня он преподаст ей урок на всю жизнь.
— А-а-а! Не надо! Я не пойду! — почувствовав лицом нестерпимый жар, девчонка забилась в истерике.
— Ты что делаешь?! Отпусти её! — мать, только что пришедшая в себя после пережитого ужаса, увидела, как муж тащит дочь к огню, и с криком бросилась наперерез.
Сработал материнский инстинкт: женщина вырвала испуганный опешивший оравыш и прижала к себе. Спасатели тоже подскочили, разводя мужчину и жену, чтобы дело не кончилось бедой.
Всю семью отвели в безопасную зону, но даже уходя, отец продолжал на чём свет стоит костить неразумную дочь.
А Бянь Ху тем временем уже вели к карете скорой помощи. Убедившись, что в здании людей больше нет, пожарные расчеты со всей мощью обрушились на остатки огня.
Спустя два часа непрерывной борьбы пожар был полностью ликвидирован. Лишь после этого Бянь Ху согласился поехать в больницу — извлекать из спины осколки.
Для этих парней всё произошедшее было лишь очередным рабочим эпизодом. Обычное дело: приехали, победили, уехали.
Дон Чэн не стал возвращаться в пожарную часть. Созвонившись с Сунь Жуйнань и договорившись встретиться завтра, он забрал Цзюцзю и отправился в отель.
Поскольку в номере не было стационарных камер съемочной группы шоу «Отцовская любовь краше гор», Дон Чэн с миром «выпроводил» оператора отдыхать в его комнатку, и вокруг наконец воцарилась тишина.
— Ф-ф-ух... Мир снова полон покоя! — Дон Чэн сладко потянулся и с улыбкой посмотрел на дочку.
Малышка за день сильно устала, но спать, судя по всему, пока не собиралась.
— Папа, а сколько денег получают эти братья-пожарные за один потушенный пожар? — вдруг спросила Цзюцзю, обнимая мягкую подушку на большой кровати.
— Хм? А почему ты спросила? — Дон Чэн подошёл, присел рядом и пересадил дочку к себе на колени.
— Ну, тушить пожар — это же опасно! А за опасную работу должны платить много денег, — по-детски рассудила малышка.
Дон Чэн не стал спешить с готовым ответом. Он крепче обнял дочку и тихо переспросил:
— Вот как? А скажи-ка мне, за какую сумму ты согласилась бы каждый день рисковать жизнью ради чужих людей? Какая цифра заставила бы тебя шагнуть в огонь?
Он пристально и тепло посмотрел в её круглые глазки.
— Ну-у-у... — вопрос явно застал Цзюцзю врасплох. Она замялась, не зная, что ответить.
Дон Чэн мягко улыбнулся и стал слегка покачивать её на руках, тихо заговорив:
— Если бы всё упиралось только в деньги, разве люди не выбирали бы более безопасную работу с высокой зарплатой? Зачем идти туда, где риск не окупается никакими бумажками?
Этот риторический вопрос был призван заставить её головку работать.
Цзюцзю и вправду задумалась. Она морщила лобик, но логичного ответа найти не могла.
— Я не знаю, — наконец честно призналась она, глядя на отца.
Дон Чэн сжал её крошечную ладошку и посмотрел за окно, где в ночном небе сияла чистая луна:
— Всё дело в одной вечной вечной штуке... Называется она — вера .
Можно сказать, что они спасают людей ради веры в своем сердце.
Или ради веры в то, что таким образом они защищают свой дом и свою страну.
Когда кто-то попадает в беду, они просто идут на помощь. Без оглядки на награду. За ради той самой верности долгу.
Конечно, ты ещё маленькая и тебе трудно понять, что такое вера. Но когда ты подрастёшь, ты всё поймёшь сама. Сила веры — самая могучая сила на свете.
Дон Чэн понимал, что пятилетний ребёнок вряд ли осознает эти слова до конца, но говорил абсолютно серьёзно.
И вдруг глазки Цзюцзю вспыхнули ярким огоньком:
— Я знаю! Пожарные — они как братья-солдаты! Чистая любовь — только для Драконьей Страны!
Девчушка сжала кулачок и задорно взмахнула им в воздухе.
Дон Чэн от неожиданности дался диву, а в следующее мгновение громко, от души расхохотался:
— Ха-ха-ха-ха! Точно! Чистая любовь — только для Драконьей Страны! Вот она, их нерушимая вера, с которой они шагают сквозь огонь!
Цзюцзю тоже засмеялась, выскользнула из отцовских объятий на пол и выпрямилась во весь свой росток:
— У Цзюцзю тоже есть вера! Цзюцзю тоже будет защищать Родину!
Она кричала это с самым гордым видом, вот только пухленький от вкусного ужина животик смешно торчал вперёд, немного нарушая суровость образа.
Дон Чэн снова усмехнулся, но не стал дальше развивать тему. Пусть зерно просто пустит ростки в её сердце. Если тянуть за стебель слишком сильно, растение увянет. А у него ещё будет тысяча шансов вырастить из этого ростка могучее дерево.
Заболтав дочку и уложив её спать, Дон Чэн достал телефон.
В это же время дежурный администратор официального аккаунта лесной пожарной охраны города Пу перед сном привычно открыла приложение...
И едва не подскочила на кровати от вида значка уведомлений: «99+»!
— Ч-что?! Плюс один миллион двести тысяч подписчиков?! — она не верила собственным глазам.
Сон слетел мгновенно. Помятуя о том, что её подруга Сунь Жуйнань ведет аккаунт в Начжоу, девушка немедленно набрала её номер.
Когда Сунь Жуйнань узнала, что город Пу за день набрал больше миллиона подписчиков, её охватила тихая зависть. Количество подписчиков напрямую влияло на охваты будущих эфиров, а значит — и на эффективность противопожарной пропаганды.
В душе Сунь Жуйнань осталась лишь лёгкая досада.
Но она и представить не могла, что буквально через полчаса после их разговора Дон Чэн со своих личных аккаунтов выложит короткий видеоролик под названием «Битва пожарных» .
Благодаря бешеной популярности Дон Чэна видео мгновенно вируснулось. Просмотры, лайки, репосты и комментарии росли как лавина.
Как и задумывал Дон Чэн: раз уж обещал помочь Начжоу, значит, сорвёт для них самый куш!