Глава 80 - Заговор клана Цинь
— И еще кое-что: жизнь этой дуры Цинь Сюэ тогда спас я.
— О чем я теперь жалею больше всего на свете — так это о том, что не оставил ее сгорать в том проклятом огне!
— Цинь Синьи, будь у тебя хоть грамм мозгов в голове, ты бы сейчас не явилась сюда портить мне утро.
— Повторяю: я и клан Цинь — чужие люди. Так было, так будет всегда!
Ярость в словах Цинь Мина заставила девушку остолбенеть.
Придя в себя после шока, она вперила в него безумный взгляд.
— Ты рехнулся! Окончательно спятил!
— Ты вообще понимаешь, какую ересь несешь?
— Зачем Сяо Аню понадобилось выживать тебя из дома?
— И зачем ему устраивать эти спектакли с клеветой?
— Какая ему от этого выгода?
— Сяо Ань рос на наших глазах, он добрый, послушный и честный мальчик! Не пытайся прикрыть собственные пороки паранойей только потому, что он получал больше ласки!
— Ищешь оправдания — найди бред поубедительнее!
— Кто поверит в эту чушь?
— А отрава для собаки Юэюэ? Поварихи своими глазами видели, как это сделал ты!
— Или это тоже ложь?
— И Сюэ вытащили из огня благодаря тому, что Сяо Ань не побоялся рискнуть жизнью ради сестры!
— Мало того что ты пытаешься переложить вину с больной головы на здоровую, так теперь еще и пытаешься приписать себе спасение сестрицы?
— До чего же ты бесстыден!
Глядя на него, Цинь Синьи испытывала лишь брезгливую жалость.
Раньше она списывала все выходки парня на трудный возраст и дурное влияние улицы.
Но теперь она поняла: у него не просто скверный характер.
У него проблемы с головой!
— Ну разумеется, я и не ждал другой реакции.
Цинь Мин горько усмехнулся.
За последние годы он сотни раз пытался донести до них правду.
Он говорил чистую правду, но домашние глухи к его словам.
Все обожали этого лицемера Цинь Аня.
Стоило случиться какой-то пакости, как на парня вешали всех собак, находя самые нелепые доказательства!
— Хватит с меня. Нам не о чем больше говорить.
— Раз вы уверены, что все грехи мои — спорить бесполезно. Считайте своего драгоценного Цинь Аня ангелом во плоти, мне плевать, ухаживайте за ним дальше.
— С того дня, как я переступил порог родительского дома, мы чужие люди.
— Больше не смейте подходить ко мне и заикаться о родстве.
— Можете считать, что я сдох под забором, но оставьте меня в покое.
— Дошло?
Лицо Цинь Синьи исказилось от злости.
Цинь Мин развернулся и зашагал прочь.
Ему претило тратить на нее хоть секунду драгоценного времени.
Однако женщина не собиралась отпускать его так просто. Скрипнув зубами, она вновь перегородила ему дорогу.
— А ну стони!
— Я разрешала тебе уходить?
— Сказал «порвал» — и дело с концом?
— Кто дал тебе такое право?
— Живо садись в машину и поехали домой!
Она жестко схватила его за локоть, пытаясь подчинить своей воле.
— Да у тебя точно не все дома!
Чаша терпения Цинь Мина окончательно переполнилась.
— Куда ты меня тащишь? Домой?
— Какой к черту дом? Туда, куда нормальная собака не сунет нос?
— Убирайся к чертовой матери и прекращай этот цирк!
Оскорбление заставило вены на висках Цинь Синьи вздуться. Кулаки сжались с такой силой, что побелели пальцы.
Ей безумно хотелось влепить ему звонкую пощечину.
Но вспомнив нынешнее бедственное положение клана Цинь, она подавила порыв.
Сейчас не время для истерик.
Спокойно.
Ради сделок семьи придется потерпеть этого негодяя.
Во что бы то ни стало нужно завязать контакты с влиятельным семейством Чжу.
— Фух… — Цинь Синьи шумно втянула воздух носом, гася пламя гнева.
Немного успокоившись, она выдавила из себя: — Если ты сейчас же вернешься со мной, мы забудем все твои прошлые выходки. И слова, сказанные только что, я тоже прощу.
— Более того, я выделю тебе миллион карманных денег. Трать на что хочешь, отчета не потребую!
— Миллион? — Цинь Мин криво усмехнулся.
— Что, мало? Пусть будет два миллиона.
Фыркнула Цинь Синьи.
— Надо же. Не думал, что моя скромная персона стоит для семьи Цинь целых два миллиона.
Теперь-то парень окончательно убедился, что здесь кроется подвох.
За те три года в том склепе они удавились бы за каждую копейку, выданную ему на проезд.
А тут вдруг предлагают два миллиона за возвращение домой.
Разве такое бывает?
Нарочно не придумаешь.
В поведении женщины сквозил явный умысел.
— Ты наш брат, почему бы и не побаловать тебя?
— Или ты думаешь, что весь мир крутится вокруг твоих параноидальных фантазий?
С вызовом бросила Цинь Синьи.
Цинь Мин презрительно фыркнул: — Мастерству изворачиваться у вас можно только аплодировать.
— Хватит болтовни. Три миллиона! Это мой последний рубеж!
Поторопила его женщина.
— Ха, я повторю: держитесь от меня подальше, не испытывайте мое терпение!
Цинь Мин смотрел на нее как на грязь.
— Ах ты!!
Цинь Синьи затрясло от бешенства.
Она едва не сорвалась на крик.
Но усилием воли заставила себя проглотить оскорбление.
— Три миллиона… Больше клан дать не может, это предел.
— О как, ставки растут? Прелюбопытно.
Цинь Мин прищурился, мгновенно складывая пазл.
— Раз вы готовы выложить за меня такие деньжищи, значит, вам приспичило что-то получить взамен. И выгода от этого приобретения перекроет затраты в сотни раз.
— Дай-ка угадаю… Дело как-то связано с семьей Чжу?
Услышав это, Цинь Синьи испуганно замерла, а сердце ее пропустило удар!