Глава 52 - Методы Чжу Линьюня
— Господа, пожалуй, пора закругляться.
Заведующий учебной частью, до этого молчаливо наблюдавший за цирком, не выдержал. В его глазах читалось предельное раздражение.
Теперь он искренне жалел, что вообще вызвал сюда этих родителей.
Похоже ли это на приличное учебное заведение? Просто балаган!
— Раз уж обе стороны знакомы, наша школа вмешиваться в ваши личные счёты не намерена. Разбирайтесь со всем за пределами территории кампуса.
— К тому же, время занятий уже подошло к концу. Большая просьба не мешать учебному процессу.
Это прозвучало как недвусмысленное требование убираться вон.
— Прошу прощения за доставленные неудобства, — Чжу Цинъянь прекрасно понимала, что дальнейшие скандалы здесь никому не пойдут на пользу, поэтому извинилась с удивительной лёгкостью.
А вот Цинь Сюэ так и осталась стоять с переполненным желчью желудком, не проронив ни звука.
Бросив на Цинь Мина и остальных мстительный, леденящий взгляд, она грубо схватила Цинь Ана за руку и потащила за собой к выходу.
Даже те преподаватели, которые изначально планировали подбежать к звезде за автографом, благоразумно предпочли остаться на местах — никто не хотел оказаться в эпицентре взрыва.
Остальные родители, первыми примчавшиеся на вызов, тоже поспешили ретироваться.
— Завуч, если вопросов больше нет, я тоже пойду, — Му Ванъяо поднялась со стула.
Перед уходом она бросила долгий, исполненный смысла взгляд на Чу Вэйвэй.
— Да-да, ступайте, — завуч рассеянно кивнул, его голова сейчас раскалывалась от пережитого стресса.
Все те вопросы, которые он собирался обсудить, вылетели из головы начисто.
Шумный кабинет вновь погрузился в тишину.
Это означало, что сегодняшний инцидент временно исчерпан.
***
У школьных ворот.
— Сяо Мин, давай на этом закончим. Дальше я сама, беги на уроки, — мягко произнесла Му Ванъяо, усаживаясь на электрический мопед.
Цинь Мин не сдвинулся с места. Он стоял у обочины, явно собираясь что-то сказать.
— Что такое? — обернулась она.
Парень покачал головой:
— Ничего.
Затем он поднял взгляд и посмотрел ей прямо в глаза:
— Сестрица Ванъяо, спасибо тебе.
— Тц, столько времени молчал, чтобы выдать банальное «спасибо»?
— А я-то думала, ты просто расставаться со мной не хочешь, — Му Ванъяо шутливо потрепала его по макушке. — С каких это пор ты стал со мной церемониться?
— К тому же, разве старшая сестра не должна защищать своего младшего брата? Это в порядке вещей.
— Но я не могу вечно прятаться за твоей спиной, — серьёзно возразил Цинь Мин. — Когда-нибудь я вырасту и стану сильнее. Тогда настанет моя очередь защищать тебя, сестрица Ванъяо.
Эти слова затронули какие-то потаённые струны в душе девушки, и во взгляде её мелькнуло что-то уязвимое.
Сделав глубокий вдох, она тут же отогнала наваждение.
На губах вновь заиграла лёгкая, воздушная улыбка:
— Ладно. Договорились, буду ждать этого дня.
— Обязательно.
Так между ними было заключено безмолвное обещание.
Лёгкий ветерок шевельнул кроны деревьев, срывая с ветвей последние пожелтевшие листья.
Оба улыбались, и эта сцена выглядела словно сошедшая с полотна картина.
— Ай-яй-яй!..
— Сестра, больно же! Потише, пожалуйста!
Дикий, надрывный вопль мгновенно разрушил эту идиллию.
— Сестра, если ты не прекратишь, я реально концы откину!
Звуки доносились из припаркованного неподалёку чёрного автомобиля марки Porsche.
Погодите-ка… голос принадлежал Чжу Линьюню?
Цинь Мин вспомнил: выходя со двора вместе с Му Ванъяо, он краем глаза заметил, как этот парень послушно сел в машину своей сестрицы.
Поддавшись детскому любопытству, Цинь Мин решил подойти поближе и глянуть, что там происходит.
Приблизившись к иномарке, он заглянул внутрь сквозь приоткрытое стекло водительской двери.
— Ах ты паршивец! Я-то думала, ты взялся за ум и научился думать головой, а не задним местом!
— А ты опять за старое! Настоящий идиот, которого жизнь ничему не учит!
— Родители разрешили отомстить за тот цирк на банкете, но тебе ясно русским языком сказали: не делай этого в открытую, без тупого пафоса!
— И что в итоге? Из-за твоих дуболомных выходок всё разнесли к чертям!
— Ума не приложу: как у такой умной и проницательной сестры мог родиться такой тупой братец?!
— Если решил кому-то насолить, неужели нельзя действовать тоньше, из-за угла?
— Обязательно было при всех мутузить этого Цинь Ана, чтобы весь мир посмотрел?!
Чжу Цинъянь с яростью вкручивала пальцы в ухо брата, отчитывая его на чём свет стоит.
В этот момент её исступлённое, разъярённое лицо не имело ничего общего с той элегантной и невозмутимой мадам из школьного кабинета.
Увидя эту сцену, Цинь Мин едва не усомнился в собственном зрении.
— Ай-ай-ай! Сестрёнка, да ослабь ты хватку!
— Я же хотел как лучше! За друга заступился!
— Тем более, этот ублюдок Цинь Ан первый начал пакостить, он чуть моего приятеля не потопил, тот едва лицом в грязь не упал!
— На моём месте разве смог бы ты спокойно смотреть, как близкого человека подставляют?
— И вообще, сестра, не думай, что я слепой! В кабинете директора, когда этого Цинь Ана отлутали, ты же сама изо всех сил давила лыбу, я видел!
— Цинь Сюэ едва от злости не лопнула, а ты делаешь вид, будто я во всём виноват. Да весь этот кипиш — троих вас стоит!
— И потом, после того банкета отношения между нашей семьей и кланом Цинь всё равно висели на волоске.
— Рано или поздно мы бы с ними схлестнулись, разрыв был неизбежен! — вопил Чжу Линьюнь, отчаянно пытаясь оторвать от своего уха мёртвую хватку сестры.
— Ах ты сопляк, ещё и пререкаться смеешь?!
— Да я всё это затеяла, чтобы прикрыть твою задницу!
— По-твоему, эта Цинь Сюэ — божий одуванчик? Прояви я хоть каплю мягкости, она бы тебе на голову уселась и нужду справляла!
— И с таким характером ты бы смотерл на это молча?
— К тому же, я не говорила, что ты неправ, заступившись за товарища.
— Думаешь, я не понимаю? Ты просто не смог проглотить обиду и решил воспользоваться моментом, чтобы расквитаться с Цинь Аном!
— Но наши отношения с кланом Цинь — не твоя забота.
— Взрослые сами разберутся, не суй свой нос куда не просят.
— Сегодня ты отвёл душу, но семейка Цинь такого унижения не простит.
— Вечером вернёшься домой — готовься к встрече с отцом.
— На сей раз я тебя прикрывать не стану!
С каждым новым словом пальцы Чжу Цинъянь смыкались всё сильнее.
Чжу Линьюнь взвыл так громко, что заложило уши.
— На самом деле… я уже придумал, что скажу отцу с матерью, когда вернёмся.
— Ну-ка выкладывай, — прищурилась она.
— Сначала отпусти ухо!
— Сначала говори!
— Тц … ладно-ладно, скажу!
Сморщившись от боли так, будто его лицо пропустили через мясорубку, Чжу Линьюнь дрожащими пальцами выудил из кармана смартфон и ткнул в экран.
— Сестра, лучше сама посмотри.
Сполоснув лицо скепсисом, Чжу Цинъянь наконец разжала пальцы, перехватила аппарат и уставилась на дисплей.
Запись велась с камеры скрытого наблюдения.
Обстановка в кадре казалась подозрительно знакомой — похоже, съёмка велась прямо из школьного кабинета директора.
Интерес Чжу Цинъянь мгновенно подскочил.
По мере того как кадры сменяли друг друга, её глаза сужались, а во взгляде разгорался хищный блеск.
На экране красовалась неподражаемая Цинь Сюэ: та самая безупречная звезда в порыве дикой истерики орала на окружающих базарным матом и размахивала руками точь-в-точь как заправская торговка рыбой.