Глава 11 - Я скоро вернусь к тебе с деньгами
Наступило утро.
Пробуждение Цинь Мина выдалось резким — его вырвал из сна тяжёлый, удушливый кошмар.
В этом кошмаре он вновь оказался заперт под бесконечными тучами равнодушия в особняке семьи Цинь, снова лицом к лицу столкнувшись с теми фальшивыми, скалящимися масками.
Цинь Мин резко сел на постели, затравленно озираясь по сторонам, а в глазах ещё плескался остаточный страх.
Но стоило ему заметить оставленный на прикроватной тумбе немытый стакан и знакомую обстановку комнаты, как напряжение в груди немного отпустило.
Слава богу.
Всё пережитое вчера — вовсе не морок.
Дрожащими пальцами Цинь Минт смахнул со лба холодный пот и снова окинул взглядом комнату. Странное, незнакомое прежде чувство тихой безмятежности заполнило его изнутри.
В доме семьи Цинь он никогда подобного не испытывал.
Неужели это и есть… настоящее ощущение дома?
— Не забивай себе голову. Быть может, Ванъяо-цзе уже сегодня передумает?
Он не смел надеяться понапрасну. Прошлой жизни хватило с избытком: та бесконечная боль и унижения приучили его всегда, при любых обстоятельствах, готовиться к худшему.
— Но даже если сегодня Ванъяо переменит решение, неоспоримо одно: вчера она спасла меня, проявив невероятную доброту.
— И если она откажется от своих слов в будущем, я всё равно обязан отплатить ей за вчерашнее.
Цинь Мин молча сжал кулаки, принимая твёрдое решение.
Встав с постели, он аккуратно заправил одеяло, взял со столика злополучный стеклянный стакан и вышел из спальни.
В просторной гостиной царила звенящая тишина.
Дверь в другую комнату была приоткрыта, но Му Ванъяо внутри не оказалось.
Юань-юань тоже нигде не было видно.
Цинь Мин тихо позвал:
— Ванъяо-цзе?
Ответа не последовало.
На миг ему показалось, что всё случившееся накануне — лишь плод больного воображения, а он по-прежнему остался брошенным на произвол судьбы одиночкой.
Леденящая тоска всколыхнулась в груди.
Опустив голову, парень уже было поддался унынию, как вдруг на журнальном столике белый лист бумаги привлёк его внимание.
«Я сбегаю за завтраком, скоро вернусь. Новые щётки и кружку я оставила в ванной».
«Юань-юань убежала на улицу порезвиться. Если она вернётся раньше, просто закрой её в ванной: вчера опять тайком наелась консервов, сегодня её ждет строгое наказание!»
Стоило пробежаться глазами по этим строчкам, как тяжёлая тоска испарилась без следа.
Тёплая волна мягко омыла израненную душу.
Вымыв вечерний стакан из-под молока, Цинь Мин заглянул в ванную и действительно обнаружил на полочке новенькую белоснежную кружку и зубную щётку.
Всё это Му Ванъяо приготовила специально для него.
— Цинь Мин, ты проснулся?
Только он закончил умываться и шагнул из ванной, как в прихожей хлопнула дверь — вернулась Му Ванъяо, переобувающаяся на ходу.
— Я как раз купила завтрак. Думала, раз ты вчера так поздно лег, то ещё спишь, и собиралась тебя разбудить.
Она на ходу улыбнулась, прошла на кухню и стала выкладывать еду из пакетов.
— Честно говоря, я не знала твоих вкусов, поэтому взяла всего понемногу: паровые булочки, обжаренные палочки ютяо, сладкие шарики маюань и рисовую кашу. Если что-то не по вкусу, внизу есть забегаловка со свежей лапшой и вонтонами, хочешь — спустимся туда?
Такое искреннее участие ошеломило Цинь Мина.
За все пятнадцать лет в двух приёмных семьях никто и никогда не интересовался, что он любит есть. Более того, ему редко когда готовили вообще, не говоря уже о заботливых приглашениях к столу.
Обычно мальчику приходилось ждать, пока хозяева закончат трапезу, чтобы украдкой подобрать остатки со стола.
И даже за это его порой жрали окрики сестер и родителей.
— Ты чего застыл истуканом? Неужели всё это тебе не по вкусу? — заметив, что парень замер на месте, Му Ванъяо встревоженно подбежала ближе и приложила ладонь к его лбу. — Ты не заболел? Неужели вчера под дождём простудился и температура поднялась?
— Нет, я не болел, и спалось мне отлично, — спешно замотал головой Цинь Мин, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. — И всё это… я очень люблю. Спасибо тебе, Ванъяо-цзе.
— Не нужно столько формальностей. Главное, что не болен.
Она с облегчением выдохнула, мягко увлекая его за собой к обеденному столу:
— Садись, ешь давай, не мори себя голодом. Только смотри мне, съешь всё до конца, чтобы ни крошки не пропало!
— Угу.
Цинь Мин опустился на стул и откусил румяную булочку.
Сначала он старался держаться в рамках приличия перед хозяйкой дома, жуя медленно и аккуратно.
Но желудок, изнурённый голодом и годами недоедания, взбунтовался. Проглотив первую булочку и кусок ютяо, парень потерял всякий контроль и принялся уплетать еду за обе щеки.
— Ой, тише ты, не давись.
— Вот, выпей молока, запивай.
Му Ванъяо подперла подбородок руками и с щемящей нежностью в глазах наблюдала, как он жадно набрасывался на еду.
Это был самый заурядный завтрак, но вид того, с каким аппетитом Цинь Мин поглощал его, рвал сердце на части.
Даже страшно представить, через какие тяготы ему пришлось пройти раньше.
Вскоре на столе не осталось ни крошки.
— Наелся? Если мало, давай я всё же спущусь с тобой вниз, возьмём ещё что-нибудь? — с беспокойством в голосе предложила девушка.
— Нет-нет, спасибо, Ванъяо-цзе, я сыт. Больше просто не влезет.
На лице Цинь Мина расцвела робкая, но счастливая улыбка.
Он уже и не помнил, когда в последний раз ел досыта.
— Раз сыт, то ладно! — кивнула Му Ванъяо и поднялась, собираясь убрать со стола.
Но Цинь Мин опередил её, вскочив с места:
— Ванъяо-цзе, сиди, я сам всё уберу.
Он ловко собрал грязную посуду и тщательно вытер стол до блеска.
С тарелками в руках он скрылся на кухне.
Девушка не стала его останавливать.
Она прекрасно понимала: если не дать ему сделать это, мальчик лишь сильнее утяжелит себя чувством вины.
Упрямый характер и гордость требовали выхода, и позволить ему помочь — лучший способ успокоить его ранимую душу.
Когда Цинь Мин закончил мыть посуду и вышел из кухни, навстречу ему из комнаты шла Му Ванъяо, держа в руках свежий комплект одежды.
— Цинь Мин, примерь-ка. Подойдёт ли по размеру? Если нет, я сбегаю в магазин и куплю другую пару.
Парень по привычке хотел было отказаться.
Но, поймав её взгляд, полный искренней заботы и ожидания, он молча проглотил готовые сорваться с языка слова отказа.
— Хорошо, — кивнул он.
Взяв вещи, Цинь Мин уединился в своей комнате.
Спустя пару минут он вышел к ней в обновке.
Белая рубашка свободного кроя и просторные повседневные брюки смотрелись просто, но со вкусом.
На его стройной фигуре одежда сидела идеально, придавая ему свежий, сияющий и по-настоящему мальчишеский вид.
— И правда красавец!
Му Ванъяо окинула его одобрительным взглядом и подняла большой палец вверх.
При росте около метра восьмидесяти и правильных, тонких чертах лица Цинь Мин при минимальной заботе выглядел потрясающе.
Сними его для модного журнала — успех гарантирован.
Единственный минус — слишком уж худ.
Ничего, со временем она откормит его как следует.
— Ванъяо-цзе, одежда впору, и она мне очень нравится, — тихо произнёс парень. — Больше ничего покупать не нужно. Я скоро найду работу и обязательно верну тебе все деньги.