Глава 950 - Потерявший рассудок от страха
— Цзянь Тяньшэн, излишняя самоуверенность — дурная черта. Куда разумнее сохранять каплю смирения. Центральный Материк Шэньчжоу принадлежит вовсе не твоему клану, и права качать здесь ты не имеешь никакого права, — холодно заметил Линь Дун.
— Ха-ха… Смешно, до чего же смешно! Если не мой клан здесь хозяин, то ты, что ли? Вот уж поистине: слепой не боится тигра. Линь Дун, да что ты вообще знаешь о клане Цзянь? Что тебе известно о нашем могуществе, чтобы ты смел открывать здесь рот? — безумно хохоча, издевался над ним Цзянь Тяньшэн.
Казалось, он пытался выплеснуть наружу весь накопившийся за последнее время яд.
Линь Дун был его добычей, и уйти тому было не суждено.
— Пожалуй, ничего не знаю! Да и интереса не испытываю.
— Отлично! Очень скоро я покажу тебе мощь клана Цзянь. Хватит болтовни: сдашься сам или нам помочь? Сегодня тебе все равно не сбежать, — тыча в него пальцем, прокричал Цзянь Тяньшэн.
Ему не терпелось покончить с этим.
В таверне его уже охватывал липкий страх.
Впервые в жизни смерть стояла так близко.
Цзянь Тяньшэн испугался; он боялся приближаться к Линь Дуну, опасаясь отчаянного удара обреченного.
Кто он такой?
Первый наследник клана Цзянь, разве гоже ему марать руки о всякую шваль?
Скорость воинов поздней стадии Повелителя была колоссальной.
Мгновение — и Цзянь Фу с другим старейшиной уже оказались перед Линь Дуном.
Оба синхронно выбросили руки, пытаясь схватить его с двух сторон.
Но в тот самый момент, когда их пальцы почти коснулись одежды юноши, Линь Дун исчез.
Просто взял и растворился в воздухе.
Оба мастера резко затормозили, растерянно озираясь по сторонам.
Как такое возможно?
Куда делся этот парень?
Никаких следов пространственных колебаний поблизости не наблюдалось.
Значит, он не ушел через разрыв в пространстве.
Даже если бы он попытался бежать в высокоразмерное пространство, ему потребовалось бы время на подготовку.
Находясь под прицелом двух практиков поздней стадии Повелителя, Линь Дун никак не смог бы проделать подобное незаметно.
И тем не менее, он исчез.
Остальные подоспевшие бойцы тоже замерли.
Все растерянно моргали, пытаясь отыскать следы беглеца.
Внезапно догадавшись о чем-то, Цзянь Фу резко перевел взгляд на то место, где стоял молодой господин.
Там, где секунду назад находился лишь Цзянь Тяньшэн, теперь маячили две фигуры.
Зрачки Цзянь Фу сузились до точек.
Линь Дун?!
Плохо!
Молодой господин в опасности!
Не раздумывая о том, как Линь Дуну удалось проскользнуть мимо них и оказаться за спиной наследника, Цзянь Фу бросился на помощь.
В этот момент раздался насмешливый голос Линь Дуна:
— А ну не двигаться! Стоит мне чуть-чуть дрогнуть пальцем, и Цзянь Тяньшэн отправится к праотцам. Можете не сомневаться: у меня найдется с сотню способов отправить его на тот свет. Впрочем, если не верите — можете проверить.
Никто не заметил, когда именно Линь Дун оказался за спиной Цзянь Тяньшэна, положив ладонь тому на макушку.
Точно так же, как Симень Фугуй поступил с ним в Семицветной Стеклянной Секте.
Только в отличие от Линь Дуна, защищавшего голову мощной духовной энергией и способного выдержать удар Симень Фугуя, у Цзянь Тяньшэна никакой защиты не было.
Стоило Линь Дуну слегка сжать пальцы, как череп Цзянь Тяньшэна разлетелся бы в щепки, а потоки святой энергии выжгли бы его каналы так, что не помогли бы никакие эликсиры.
Цзянь Тяньшэн к тому моменту уже был бледен как полотно.
Когда Линь Дун успел зайти ему за спину?
Он не почувствовал ровным счетом ничего.
Лишь когда прозвучал голос, до него дошло, что враг уже держит его за горло.
Он не смел ни оглянуться, ни пошевелиться, ни даже пискнуть.
Опасаясь, что любое движение спровочит удар.
Холодное дыхание смерти вновь сковало его изнутри.
Второй раз за столь короткий срок он лицом к лицу столкнулся с неминуемой гибелью.
И оба раза — по вине одного и того же человека.
Цзянь Тяньшэн с ужасом понял:
Линь Дун был его личным проклятием, посланным небесами лишь для того, чтобы сживать его со свету.
До встречи с этим парнем его жизнь текла гладко и безмятежно.
А теперь за столь короткий отрезок времени он уже второй раз падал лицом в грязь.
Знай он, чем всё обернется, ни за что не поперся бы сюда!
Как же сильно он теперь жалел о содеянном!
Угроза Линь Дуна возымела действие.
Бросившийся было вперед Цзянь Фу резко замер на месте.
Остальные бойцы тоже перевели испуганные взгляды на них.
Стоило им увидеть, что их господин захвачен в заложники, как они вытаращили глаза, боясь даже вздохнуть полной грудью.
Цзянь Тяньшэн — не чета покойному Цзянь Тяньсину.
Разница между первым и вторым наследниками была колоссальной.
Если он погибнет, в клане Цзянь разразится землетрясение.
Весь Центральный Материк Шэньчжоу содрогнется.
И тогда никому из присутствующих здесь не сдобровать.
— Линь Дун, не делай глупостей! Молодой господин — главный наследник клана Цзянь. Если он погибнет, содрогнется весь род, и тогда встревожится даже предок из сферы Святых. Какими бы ни были твои тайные тропы, предок отыщет тебя на краю света. Подумай о своих родных и близких — они все разделят твою участь! — завопил Цзянь Фу, пытаясь вразумить юношу.
Как страж пути,
если он допустит гибель подопечного прямо у себя на глазах, самого Цзянь Фу ждала жесточайшая кара клана.
Вплоть до смертной казни.
— Не двигаться! Никому не сметь двигаться! Молодой господин, давайте поговорим спокойно, умоляю, давайте всё обсудим! — заискивающе закричал другой практик поздней стадии Повелителя.
Среди приспешников Цзянь Тяньшэна, будь то бессмертные или мастера уровня Повелителя, не нашлось ни одного дурака, готового рискнуть его жизнью.
Линь Дун проигнорировал их вопли.
Продолжая насмешливо тянуть слова из-за спины дрожащего врага, он произнес:
— Цзянь Тяньшэн, что же ты замолчал? Испугался? Оказывается, тебе тоже знакомо чувство страха! А ведь только что ты собирался предать меня мучительной смерти и вырезать мой род до седьмого колена?
— Л-Линь Дун… т-ты… не дури! Е-если я умру, тебе от этого не будет никакой пользы! Д-давай разойдемся миром: отпусти меня, и пусть… пусть мы больше никогда не пересечемся, ид… идет? — заикаясь и захлебываясь слюной, выдавил из себя Цзянь Тяньшэн.
Перед лицом смерти спесь слетела с него, оставив лишь омерзительный, парализующий страх.