Глава 186 - Две дороги
Следующий день выдался субботним.
Юнь Си собиралась как следует выспаться, но спозаранку её разбудила Гуань Мэйлин.
— Мам! Что случилось? Сегодня же выходной, неужели нельзя дать мне поспать? — сонно пробормотала Юнь Си.
— Юнь Си, вставай немедленно! У меня к тебе разговор! — взволнованно бросила Гуань Мэйлин.
— Мам, давай обо всём поговорим, когда я проснусь, а?
— Никаких «потом»! Вставай прямо сейчас!
С этими словами Гуань Мэйлин сорвала с дочки одеяло.
Она кипела от вопросов весь прошлый вечер, и если бы не Юнь Чжунхай, который держал её за руки, она бы допросила Юнь Си ещё ночью.
— Живо спускайся вниз! Мы с твоим отцом ждём тебя внизу! — бросила Гуань Мэйлин и вышла из комнаты.
Оставшись без одеяла, Юнь Си была вынуждена кое-как разлепить глаза. Она нехотя умылась и лишь после этого спустилась в гостиную.
Юнь Чжунхай и Гуань Мэйлин уже сидели на диване.
Они провели без сна почти всю ночь, прикрыв глаза лишь под утро. Лица обоих осунулись, а во взглядах застыла тяжелая тревога — всё-таки в семье стряслась беда.
— Папа, мам! Что происходит? Зачем поднимать меня так рано? — спросила Юнь Си, опускаясь на диван.
— Юнь Си! Отцу ответь прямо: ты знаешь кого-то по имени Чжан Хансен? — сурово начал Юнь Чжунхай.
— Чжан Хансен? Впервые слышу! Понятия не имею, кто это.
— Точно не знаешь? Напряги память!
— Да говорю же, впервые слышу! Правда, у меня есть сокурсник — Чжан Ханлин, у них имена отличаются всего на одну букву. Не знаю, есть ли между ними какая-то связь, — ответила девушка.
Чжан Ханлин?
Чжан Хансен?
При этих именах у супругов сжалось сердце: интуиция подсказывала, что нити тянутся к одному клумку.
— Расскажи-ка нам об этом Чжан Ханлине подробнее!
— Он уже несколько лет бегает за мной по пятам в университете, только я вечно его отшиваю! Мы почти не общаемся, так что я о нём ничего толком и не знаю, — пожала плечами Юнь Си.
— Бегает за тобой много лет? А как он себя вел в учебном заведении? Что известно о его семье?
— Да вроде нормально себя вел. Я слышала, студенты даже прозвали его одним из «четырех молодых господ». Семья у него явно влиятельная. Пап, к чему все эти вопросы?
Юнь Чжунхай и Гуань Мэйлин переглянулись.
— Пустяки! Ступай наверх, ложись досыпать, — глухо бросил отец. — У нас с матерью есть о чем поговорить.
— Мне можно идти? Только больше не будите! Дайте мне нормально выспаться!
— Иди, иди.
Юнь Си скрылась на втором этаже.
— Дорогой! Я уверена, что здесь замешан именно этот Чжан Ханлин! — воскликнула Гуань Мэйлин.
— Не просто замешан — тут к гадалке не ходи! Чжан Ханлин вполне может оказаться тем самым Чжан Хансеном, или они родные братья. Столько лет он увивался за Юнь Си, и всё было тихо, но стоило ему увидеть, как она вчера забирала из института Линь Дуна… Его обуяла слепая ревность. Теперь он жаждет отомстить и Юнь Си, и Линь Дуну, — с мрачным вздохом рассудил Юнь Чжунхай.
Прокрутившись столько лет в чиновничьих кругах, он разучился бы читать людей, если бы не смог сопоставить эти простые факты.
— Верно! Иначе и быть не может! Получается, во всем виноват Линь Дун?
— Не говори глупостей! Линь Дун здесь ни при чем. Винить можно только одно — нашу дочь уродилась слишком хороша, — горько усмехнулся Юнь Чжунхай.
Причина нашлась, но от этого легче не становилось — тупик.
Слепая злоба из-за отвергнутой страсти!
Выход один: принести в жертву собственную дочь. Заставить её бросить Линь Дуна и лечь под этого Чжан Ханлина.
Но на такое он, Юнь Чжунхай, пойти не мог!
А попытаться решить вопрос как-то иначе… казалось невозможным.
Эх-х-х…
Похоже, на этот раз придется действительно уходить на покой и возвращаться в глушь.
Юнь Чжунхай бросил взгляд на жену.
Гуань Мэйлин сидела бледная, её лицо исказила гримаса мучительных колебаний.
Она тоже прекрасно понимала, в чем кроется корень зла.
Либо растоптать счастье дочери, либо в один миг лишиться всего, что у них есть.
Третьего не дано!
— Любимый, и что нам теперь делать? — дрожащим голосом спросила она.
— Что делать? На выбор ровно две дороги. Либо мы ломаем жизнь нашей девочке, сохраняя всё нажитое, и тогда, опираясь на могущество клана Чжан, твой бизнес пойдет в гору, а я, глядишь, взлечу по карьерной лестнице. Либо мы шлем всё к чертям, отказываемся от привилегий, забираем дочь и вместе с Линь Дуном сбегаем в Сюйчэн провинции Цзянсу, чтобы доживать век простыми обывателями.
— Это… — Гуань Мэйлин лишилась дар речи.
Заставить дочку бросить Линь Дуна ради какого-то хмыря по фамилии Чжан… Возможно, ради спасения семьи Юнь Си и согласилась бы на это, но возненавидела бы их до конца дней. Других детей у неё не было — разве смогла бы мать так поступить?
Но отказаться от всего, что она создала своими руками?! Отдать плоды многолетних трудов? На это её сердце тоже не соглашалось!
Как быть?!
Ответов она не знала.
— Давай хотя бы спросим мнение самой Юнь Си, — предложил Юнь Чжунхай.
— Как спросить?! Если она узнает правду, то из жалости к нам, ради спасения семьи, действительно отречется от Линь Дуна и выберет этого выродка! — испуганно возразила Гуань Мэйлин.
— Хорошо, что ты это понимаешь. А я-то боялся, что ради амбиций ты готова растоптать счастье собственного ребенка!
— Юнь Чжунхай! Ты за кого меня держишь?! Да, я тщеславна, но свою дочь я люблю больше жизни! — сорвалась на крик женщина.
— Ладно-ладно, виноват, вспылил! Я же просто проверял.
— Цыц! Не нужно меня проверять.
— Хватит! Пойди приведи Юнь Си, я сам с ней побеседую. А ты молчи и не влезай.
Гуань Мэйлин поднялась с места и вышла из комнаты.
Вскоре она вернулась вместе с дочерью.
— Мам! Я же просила не будить меня! Прошло всего несколько минут, я даже уснуть не успела, — капризно протянула Юнь Си с порога.
— Все претензии к твоему отцу, это он затребовал тебя вниз! — отмахнулась мать.
— Пап, в чём дело? Вы можете вывалить всё за один раз? — уставши вздохнула девушка, падая в кресло.
— Обещаю, этот вопрос — последний!
— Ну, валяй.
— Юнь Си, скажи мне: если вдруг нашей семье придется уехать в глушь, в деревню? Жить там будем только мы втроем да Линь Дун — без этих трехэтажных особняков и роскошных тачек. Как ты на это смотришь?
— Да прекрасно! Разве в деревне плохо? Воздух чистый, можно завести всякой живности! — радостно улыбнулась Юнь Си.
— Тебе и впрямь плевать на все эти блага большого города?
— Пап! Главное, чтобы наша семья была вместе, а остальное — пыль. Пахать землю, ткать холсты — о такой жизни я бы только мечтала!
— Вот и отлично. Иди обратно в постель.
— С чего это я засну теперь? Пам, мам, у вас точно всё в порядке? Чего вы вдруг ударились в такие странные расспросы?
— Да ни к чему! Просто хотел проверить, сможешь ли ты переносить тяготы ради Линь Дуна. Он ведь парень из провинциальной глуши. Если вы поженитесь и уедете в его родные края, выдержишь ли ты? Не начнешь ли потом локти кусать и проситься обратно?
— Никогда в жизни! Мы оба можем работать. Даже если придется жить в деревне, я ни о чем не пожалею! К тому же, вы же сами вчера предлагали перевезти Линь Дуна в Цзянчэн, чтобы он жил с нами, разве нет?
— Я так, гипотетически! Проверял глубину ваших чувств.
— Значит, вы не против нас? Вы дали добро?!
— При таком раскладе у нас остался выбор? Эх, девки — отрезанный ломоть, — шутливо вздохнул Юнь Чжунхай.
— Пап, глупости не говори! Где бы я ни была, я всегда останусь вашей дочкой!
— Ладно, я всё понял. Свободна, ступай спать, у нас ещё есть дела.
— Ладно уж!
Юнь Си снова поплелась наверх.
Юнь Чжунхай перевел дыхание:
— Действуй без промедления! Постарайся распродать всё, что возможно, хоть какие-то крохи выручим — им потом будет легче на новом месте.
— Угу, — сжав зубы, кивнула Гуань Мэйлин. Радости это не приносило, но иного выхода не оставалось.