Глава 1336 - Техника разделения тела шестого ранга
— Да! Господин Линь, кхе-кхе… Старуха всё поняла, кхе-кхе… Благодарю вас за то, что сохранили мне жизнь, молодой господин Линь.
Утирая кровь, Хуа Мейчань низко кланялась и отвечала со смертельной покорностью, пока её тело сотрясали надрывные кашлевые приступы.
Будучи тяжело раненой тем самым человеком, которого она ещё мгновение назад презирала, ей приходилось благодарить его за спасение. От унижения в груди всё горело кислой желчью.
Но что поделать?
Когда твоё мастерство уступает силе врага, остаётся лишь признать своё поражение.
— Старая карга, я прекрасно вижу, что в твоей душонке кипит слепая злоба. Если жаждешь мести — можешь являться в любое время, мои двери открыты. Только учти: в следующий я церемониться не стану. Прежде чем сунуться ко мне вновь, хорошенько подумай своей седой макушкой.
— Молодой господин, умоляю, не гневайтесь, дурных мыслей и в помине не было! Эта ничтожная старуха бесконечно благодарна за проявленное милосердие. О какой мести может идти речь?! — заискивающе залопотала Хуа Мейчань, страшась даже поднять глаза.
Она действительно вытравила из сердца любые мысли о вендетте против Линь Дуна.
Человек, одарённый столь немыслимым сокровищем из рук самого высшего императора, обязан обладать связями, перед которыми меркнут любые династии. Разве клан Хуа сможет тягаться с такой силой?
Если Линь Дун не станет стирать их с лица земли — уже величайшая милость небес.
Месть?
Это прямой путь на кладбище.
Хотя уровень полушаг к Императорскому царству и возносил её над смертными, но до подлинного пика девятого измерения было ещё далеко.
Столкнувшись с тем, за кем стоял истинный император, оставалось лишь смиренно притворяться глухим и слепым ублюдком.
— Вот и чудно. А теперь забирай своих прихвостней и убирайся к чертям собачьим! И чтобы духу вашего здесь больше не было, иначе я побоюсь, что мои руки сами свернут вам шеи.
— Слушаюсь, молодой господин!
Хуа Мейчань с трудом поднялась на дрожащих ногах.
Элитные бойцы клана Хуа бросились вперед, подхватывая её под руки.
Лишь получив позволение Линь Дуна,
они посмели приблизиться.
Но стоило процессии тронуться с места, как Линь Дун гаркнул в спину уходящим:
— Стоять!
— Чего еще изволит молодой господин? — залебезила Хуа Мейчань, боясь вздохнуть полной грудью.
— Мне не нужно, чтобы сегодняшняя история расползлась по округе. Позаботьтесь о том, чтобы языки ваши остались за зубами, а слухи унесли могилы. Узнаю, что кто-то проболтался — пеняйте на себя, церемониться не стану.
— Будет сделано! Будьте спокойны, молодой господин, клан Хуа могилой ляжет на эту тайну.
Тысячная процессия клана Хуа покинула пределы города.
Члены клана Цао тоже мечтали сбежать,
но без отмашки Линь Дуна они не смели даже шевельнуться.
Выхода не оставалось.
Цао Юнлян с перекошенным от ужаса лицом выступил вперёд и рухнул на колени, оглашая улицы истошными мольбами под мерный стук лба о каменные плиты:
— М-молодой господин Линь, я был слеп! Прошу, проявите великодушие, пощадите клан Цао. Мы до конца дней своих не забудем вашей милости!
Линь Дун бросил на него брезгливый взгляд.
— К чему эти поклоны? Хочешь жить — добейся прощения у городского лорда Мяо и брата Сяо. Иначе…
Цао Юнлян забился в крупной дрожи и судорожно перевел взгляд на Мяо Сицзиня и Сяо Цзиньлуна.
— Лорд Мяо, капитан Сяо! Я был неправ, затмеваемый жадностью! Не стоило мне слушать подначки клана Хуа и поднимать на вас руку. Умоляю, сжальтесь, простите меня на этот раз!
Ради спасения собственной шкуры Цао Юнлян начисто забыл о гордости и титулах.
Когда на кону стоит жизнь, какое дело до фасона мундира?
Если сама Хуа Мейчань, чей ранг полушага к Императорскому царству внушал благоговейный ужас, поджала хвост, то кем был он?
Стоило ему погибнуть — и о нём забудут на следующий же день.
Клан Цао никогда не поставит на кон судьбу всего рода ради мести за дурака.
Какой толк в самой кровавой вендетте, если ты уже заколочен в сосновый ящик?
Судьба Цао Юнляна была целиком передана в руки Мяо Сицзиня и Сяо Цзиньлуна.
Сколько крови и ресурсов удастся с него содрать — зависело исключительно от их аппетита.
Это можно было считать небольшой компенсацией за пережитый кошмар.
В конце концов, люди не должны страдать даром.
Сейчас Линь Дуна занимало совсем другое: после столь громкой развязки приток очков богача неизбежно иссякнет.
Свидетелями нападения кланов Цао и Хуа стали слишком многие в городе Янтарной Воды, но масштабной бойни не последовало, а значит, всё разрешилось миром.
Впрочем, не всё так плохо!
Пока информация не просочилась за пределы города,
наверняка найдутся те, кто поспешит сбросить активы за бесценок, лишь бы унести ноги из Клетки Духов в этот смутный час.
Вернуться успеют, когда буря утихнет.
Главное — продать подороже, сильного убытка не будет.
Линь Дун жаждал лишь одного: как можно скорей накопить миллион очков богача и возвысить технику разделения тела до шестого ранга.
Остальное его мало волновало.
Раз уж прорыв в базовом культивировании требует времени, оставалось усиливаться обходными путями.
И техника разделения тела подходила для этого лучше всего.
В последующие дни Линь Дун полностью погрузился в заботы о Туаньтуань.
Неисчерпаемый запас драгоценных пилюль вкупе с постоянным присутствием Линь Дуна творил чудеса — кроха росла буквально на глазах.
Пролетело полмесяца.
Заветный счётчик очков богача наконец перевалил за миллионную отметку.
Шёл процесс, правда, куда медленнее прежнего.
Но поток всё же не иссякал окончательно.
За эти две недели никто больше не смел тревожить покой Линь Дуна.
Выжившие бойцы клана Хуа и клана Цао затаились на дне, храня гробовое молчание.
Словно канули в лету.
Каким бы способом Линь Дун ни покалечил Хуа Мейчань, одно оставалось очевидным: за его спиной стояла воля высшего императора.
Иначе объяснить случившееся было нельзя.
Любое упоминание императорского следа заставляло крупнейшие силы затаивать дыхание.
Изначально клан Хуа планировал отправить новую делегацию с извинениями.
Но брошенные напоследок слова Линь Дуна о том, что он больше не желает видеть никого из их рода, охладили горячие головы старейшин.
Стоило очкам богача достичь миллиона,
как Линь Дун без колебаний заперся в покоях для очередной медитации.
Сознание скользнуло в привычную колею земного мира, вызывая интерфейс системы.
Тело: Десятая ступень Древнего Императора (десять миллионов очков богача до прорыва)
Дух: Десятая ступень Древнего Императора (десять миллионов очков богача до прорыва)
Боевая мощь: Полушаг к царству Небесного Императора
Очки богача: 1013586
Особый навык: техника разделения тела (пятый ранг)
Выбор пал на улучшение техники разделения тела.
Перед глазами всплыло мерцающее окно.
«Повышение техники разделения тела потребует миллиона очков богача. Навык поднимется с пятого ранга до шестого, а предельное число аватаров увеличится с двадцати семи до восьмидесяти одного. Подтверждаете улучшение?»
Ниже мерцали две кнопки.
Да или Нет.
Линь Дун расплылся в довольной улыбке.
Он никак не ожидал, что после скачка на шестой ранг количество копий подскочит сразу до восьмидесяти одного.
Восемьдесят один аватар в сочетании с подлинным телом давали в сумме восемьдесят два бойца уровня полушага к Небесному Императору!
С такой армией он осмелится бросить вызов даже истинному Небесному Императору.
А если одолеть врага не удастся — неужто не хватит ног унести свою шкуру?
Сотня призрачных двойников, прикрывающих отход, — и поминай как звали.
В крайнем случае — масштабное самоуничтожение.
Какую разрушительную мощь высвободят десятки тел императорского уровня, решивших уйти враз?
Ужас, от которого кровь стынет в жилах.
Даже владыки небес предпочтут убраться с дороги.
Палец уверенно ткнул в подтверждение.
Миллион очков богача растворился в пустоте.
Ранг техники мгновенно скакнул.
С пятого на шестой.
А количество аватаров взлетело до восьмидесяти одного.
Улучшение тайных техник давалось куда легче прямого прорыва границ.
Тело не испытывало мучительной ломки.
В глубинах разума сами собой прорастали чужие воспоминания, готовый опыт и сакральные знания.
В этом и заключалось безумие системы.
Даже не прикасаясь к практике десятилетиями, после системного апгрейда ты обладал опытом мастера, прошедшего через тысячи смертельных схваток.
Разобравшись с техникой разделения тела,
Линь Дун столкнулся с новой головной болью — восстановлением чистейшей крови.
Пока что внутренние резервы справлялись, критической черты не было.
Но кто знает, когда эта жертва потребуется вновь?
Придется заранее подстелить соломку.