Глава 1153 - Возврат чужих долгов
Хэ Яотин внимательно посмотрел на Линь Дуна.
Судя по одежде и манерам, тот явно принадлежал к отпрыскам какого-то влиятельного клана, а значит, не должен был бросать слов на ветер.
Вряд ли это была глупая шутка.
В конце концов управляющий решил поверить Линь Дуну на слово и распорядился созвать тех владельцев лавок на Торговой улице, у которых Туаньтуань что-либо умыкнула.
Услышав, что кто-то готов компенсировать убытки за украденные сокровища, пострадавшие примчались в Хранилище Сокровищ в мгновение ока.
Лишившись ценных вещей, лавочники жутко переживали, но подозревая, что у воришки за спиной стоят влиятельные покровители, не смели чинить самосуд, уповая лишь на то, что однажды её родственники появятся и возмещат ущерб.
Кто бы мог подумать, что этот день настанет так быстро.
Вскоре в холле Хранилища Сокровищ толпилось уже около тридцати человек.
Все они утверждали, что Туаньтуань утащила у них ту или иную вещь. Разумеется, нельзя было исключать появление желающих половить рыбку в мутной воде, но проверить это не представлялось возможным.
Впрочем, все украденные диковинки Туаньтуань благополучно съела ради восстановления собственной души.
— Молодой господин Линь, все пострадавшие от рук Туаньтуань торговцы с Торговой улицы в сборе, — почтительно доложил Хэ Яотин.
Вззоры всех присутствующих в зале устремились на Линь Дуна.
Переступив порог, они сразу заметили маленькую воровку, висевшую на шее у молодого человека.
Столь близкие отношения не оставляли сомнений:
перед ними объявились родственники вредной девчонки.
И судя по дорогому убранству и благородной осанке незнакомца,
их предположения подтвердились.
У мелкой за душой явно имелся серьёзный покровитель.
К счастью, даже лишившись драгоценностей, они не стали применять к девчонке жестоких мер.
Пожалуй, лишь в самый первый раз, не разобравшись в ситуации, кто-то слегка задел её.
В дальнейшем же никто не смел причинять ей серьёзного вреда.
Иначе сегодняшнее разбирательство вряд ли закончилось бы мирно.
Линь Дун чувствовал себя несколько неловко из-за того, что Туаньтуань отказывалась слезать с него.
Он несколько раз пытался опустить её на пол, но девочка упрямо цеплялась за него мёртвой хваткой.
Пришлось оставить всё как есть.
В конце концов, для столь могущественного мастера таскать на себе ребёнка не составляло никакого труда.
Окинув взглядом собравшуюся в зале толпу из трех десятков человек, Линь Дун заговорил:
— Сперва я хочу принести всем извинения от лица Туаньтуань. Ребёнок неразумен, увидела то, что пришлось по душе, и утащила — прошу прощения за доставленные хлопоты. Я попросил господина Хэ созвать вас, чтобы сполна возместить причинённый ущерб. Каждый, у кого Туаньтуань что-то взяла, может обратиться к господину Хэ, составить опись пропажи и оценить её рыночную стоимость. В конце я выплачу всё до последнего гроша.
Сказав это, Линь Дун обвёл собравшихся суровым взглядом, сменил тон и продолжил:
— Однако… не думайте, будто Линь Дун — простофиля, с которого можно тянуть деньги. Чему положено стоить — то будет оплачено по справедливости, я не доплачу ни монеты сверху, но если кто-то вздумает приплести лишнее или раздуть цены, пытаясь нажиться на мне, пеняйте на себя!
Только слова сорвались с его губ, как температура в холле Хранилища Сокровищ стремительно рухнула вниз. Обитатели зала словно в одночасье угодили в ледяной мешок.
Их тела забила крупная дрожь.
Сделать хотя бы движение стало выше человеческих сил.
На лицах присутствующих застыла непередаваемая смесь ужаса и изумления, когда они уставились на Линь Дуна.
Какая чудовищная мощь!..
Один-единственный человек подавил волю целой толпы одним присутствием.
Все эти люди были далеко не последними фигурами на Торговой улице Цзянъяна, крутились в бизнесе и обладали весомым авторитетом; их собственная сила тоже была отнюдь не шуточной!
И тем не менее незнакомец подавил их так, что они не смели поднять головы.
А ведь они даже понятия не имели о его истинных возможностях!
Как же хорошо! Как же чертовски повезло…
В глубине души лавочники исступленно благодарили судьбу за то, что не стали распускать руки против малышки.
Иначе последствия оказались бы поистине невообразимыми.
Кто знает, может, сегодня они вообще не вышли бы живыми из этого здания.
Поблагодарить сперва лаской, а после показать силу — извечный принцип ведения дел Линь Дуна.
Его деньги тоже не с неба падали.
Впрочем, зарабатывать их было даже проще, чем собирать ветер.
Вдобавок ко всему существовали правила Системы.
Если он просто так швырнёт монеты в подобной ситуации, не получив взамен товара, транзакция не засчитается: это сочтут обычным подарком, за который очки богача не начисляются.
А оставаться в дураках Линь Дун не собирался.
Именно поэтому он и добавил в конце своё предупреждение.
Будь у него возможность заработать очки богача,
он бы только обрадовался, если бы эти дельцы заломили цены повыше.
Но увы, так это не работало.
Приходилось действовать по стандартной схеме.
В конце концов, духовные монеты предназначались для обмена на драгоценные очки богача.
Увидев, что демонстрация силы возымела должный эффект, Линь Дун позволил температуре в зале вернуться к норме.
— Не беспокойтесь, молодой господин Линь! Будьте спокойны! Все мы здесь люди деловые, а в бизнесе превыше всего ценится честность. Раз уж мы не способны соблюдать столь простые правила, как нам вообще выживать в этом мире? Так что об этом можете не переживать: опись составят честно, никто не станет мошенничать или набивать цену, — тут же поспешил заверить его Хэ Яотин.
Он и сам не ожидал, что столь юный на вид юноша окажется настолько силен.
Управляющий поспешил выразить свою преданность, чтобы запечатлеться в памяти Линь Дуна с лучшей стороны — в будущем такое знакомство могло принести колоссальные плоды.
— Господин Хэ прав! Молодой господин Линь может спать спокойно, мы заявим всё по чести и совести, никакой отсебятины, — подобострастно закивал кто-то из толпы.
Остальные тоже наперебой принялись заверять гостя в своей кристальной честности.
Каждый клялся, что не возьмет лишнего ни единого медного гроша.
Линь Дун кивнул:
— Что ж, господин Хэ, тогда вся надежда на вас!
— Никаких хлопот! Никаких! Для Хэ великая честь послужить молодому госпожину Линю, — расплылся в льстивой улыбке управляющий.
Остальные лавочники бросали на Хэ Яотина завистливые взгляды.
Завязать знакомство с таким могущественным и богатым молодым господином — сплошная выгода без единой капли риска.
Жаль, им самим такой шанс не выпал, зато Хэ Яотин сорвал настоящий куш.
Дальше всё пошло как по маслу.
Люди выстроились в очередь и поодиночке подходили к столу Хэ Яотина, регистрируя украденные сокровища.
Закончив с описью,
они принялись оценивать каждый пропавший предмет.
На этот раз Линь Дун особо ничего не требовал — лишь бы суммы укладывались в рамки разумного.
Впрочем, испытав на себе подавляющую мощь Линь Дуна, никто уже не смел бесчинствовать; торговцы сошлись на минимально возможных расценках.
За три месяца Туаньтуань успела умыкнуть немало добра.
К тому же заурядные вещицы её попросту не привлекали.
Она крала лишь самые ценные реликвии.
В первый месяц лавочники понесли тяжёлые потери.
Всё произошло внезапно, застав их врасплох.
Затем они усилили бдительность,
и успешных краж стало гораздо меньше.
Но малышка всякий раз находила способ обойти защиту.
Оставалось лишь поражаться скрытным талантам этого ребёнка.
Если бы не суровое предупреждение Линь Дуна и демонстрация силы,
итоговая сумма наверняка возросла бы вдвое, перевалив за триллион.
Нашлись бы желающие приукрасить убытки ради наживы.
Но стоило Линь Дуну показать зубы,
как у всех охота к обману моментально улетучилась.
Будь то реальный мир или Клетка Духов, сила всегда стояла во главе угла.
Сильных уважают.
А слабых топчут.
Линь Дун, без сомнения, относился к сильным мира сего.
И именно поэтому его уважали.
Ни у кого не хватило бы духу попытаться его обмануть.
Пять тысяч миллиардов духовных монет.
Линь Дун не стал разводить лишних слов и молча перевел всю сумму Хэ Яотину, поручив ему рассчитаться со всеми.
Когда деньги были полностью распределены,
Хэ Яотин всё еще пребывал в легком оцепенении.
Остальные же сохраняли вполне довольный вид.
Они-то считали Линь Дуна законным опекуном Туаньтуань, а потому не видели повода для удивления.
Но Хэ Яотин-то знал правду!
Линь Дун и Туаньтуань познакомились всего пару часов назад.
И он действительно выложил пять тысяч миллиардов духовных монет, чтобы расплатиться за долги чужого ребёнка?!
Так вот как выглядит мир истинных богачей?
Простому смертнику такое умом не постичь.
Даже они, элитные торговцы, постоянно промышляющие на Торговой улице Цзянъяна и давно переросшие уровень обывателей, оставались не в силах понять истинные мотивы подобных выходок Линь Дуна.
Завершив денежные расчеты, Линь Дун первым делом открыл интерфейс Системы.
Очки богача, как он и предполагал, не увеличились ни на единицу.
Хотя морально он был к этому готов, лёгкое разочарование всё же кольнуло сердце.
Пять тысяч очков богача!..
Упади они ему на счет —
и его сила снова совершит скачок.
Он смог бы преодолеть порог второго этапа Божественного Царства — ступени Души.
К сожалению, хотя он и расстался с огромной суммой духовных монет, товара взамен он не получил, а значит, транзакция не считалась торговой операцией, и очки богача ему не полагались.
— Благодарю молодого господина Линя за щедрость!
— Верно сказано! Большое спасибо за компенсацию, мы уж думали, что пропавшие сокровища канули в Лету.
— Я вообще мысленно с ними попрощался. Ребенок есть ребёнок, всякое бывает по малолетству, но чтобы молодой господин оказался столь великодушен…
— Старик Чэнь прав, детские шалости можно и простить. На самом деле у нас было немало способов поймать маленькую принцессу Туаньтуань, просто глядя на ее ангельское личико, рука не поднималась причинить ей вред.
— Именно так! Именно так! Раз уж Туаньтуань такая прелесть, она нам всем полюбилась, вот мы и закрывали глаза на её проказы.
Лавочники наперебой рассыпались в благодарностях.
Между делом они тонко намекали: мы, мол, вовсе не слабые, поймать её труда не составляло, просто из жалости к милому ребенку не стали зверствовать.
Разумеется, всё это были лишь вежливые слова.
Будь они обычными купцами, разве стали бы они прощать пропажу ценностей из-за чьей-то миловидности?
Всё дело крылось в страхе перед могущественными покровителями девчонки.
Теперь же они радовались лишь одному:
благоразумию вовремя отказаться от расправы над малышкой, иначе сегодня они бы здесь все полегли.
В конечном счете
именно запредельная сила Линь Дуна заставила их сменить гнев на милость и благодарить того, кто фактически покрывал воровку.
— Не стоит благодарности, господа. Туаньтуань мала и глупа, доставила вам немало хлопот, я еще раз приношу свои извинения. Всё, что вы сделали, я заметил и запомнил. Долг чести принят. Если в будущем кому-то из вас понадобится помощь, можете смело обращаться ко мне — в пределах моих возможностей я никому не откажу.
Хоть они и понимали, что слова Линь Дуна — простая вежливость, на душе у торговцев от этого стало теплее.
И впрямь человек из высшего общества!
Рожденный в могущественном клане и обладающий колоссальной силой, он не страдал от высокомерия.
И не пытался давить авторитетом.
Если бы Линь Дун просто отказался платить хоть за что-то,
они бы не посмели возразить.
При такой-то силе.
Что ты ему сделаешь?
Попробуй предъявить претензии — считай, сам на эшафот взошел.
Кроме как мысленно выругаться, они ничего бы не добились.
Да и то — про себя, боясь выказать недовольство на людях.
— Молодой господин Линь слишком вежлив! Раз уж маленькая принцесса Туаньтуань положила глаз на наши товары, для нас это за честь. Верно, господа?
— Конечно! На Торговой улице столько лавочников, почему она обошла стороной других и взяла именно наше? Очевидно, принцесса Туаньтуань оказала нам особую честь.
— Вкус у нее отменный, выбирает лишь лучшее, ха-ха-ха…
Атмосфера в холле мгновенно потеплела.
Перебросившись еще пара дежурными фразами, купцы откланялись и покинули Хранилище Сокровищ.
Пусть на этой сделке они не заработали сверхприбыли, вернуть потерянное уже считалось огромной удачей.
Разобравшись с делами Туаньтуань, Линь Дун мог переключиться на Не Хундоу.
Она пришла сюда ради продажи туши Серебряного Королевского Драконьего Змея.
Инцидент с девчонкой лишь слегка затянул их планы.
— Барышня Не, мои дела завершены. Разве вы не собирались вести дела с господином Хэ? — перевел взгляд на спутницу Линь Дун.
Получив одобрительный кивок, Не Хундоу повернулась к управляющему:
— Господин Хэ, у меня есть товар, который я хотела бы вам предложить.
— И что же прекрасная барышня желает продать? Репутация Хэ Яотина на этой Торговой улице у всех на слуху: я предложу самую справедливую цену, внакладе не останетесь, — ударил себя в грудь управляющий.
Он уже понял,
что эти двое вовсе не являются компаньонами.
Иначе, судя по тому, как Линь Дун только что легко расстался с пятью тысячами миллиардов ради чужого ребенка, неужели ей понадобилось бы сбывать добычу?
Впрочем, даже если бы понадобилось, у самого Хэ Яотина вряд ли хватило бы средств на выкуп.
— Я наслышана о честности господина Хэ, потому и пришла сюда целенаправленно. На сей раз я привезла тушу редкого зверя и хочу предложить её вам.
— Тушу зверя? Целиковую или фрагменты? — тут же насторожился Хэ Яотин.
Останки подобных чудовищ оставались огромной редкостью даже в Цзянъяне.
Цены на них обычно стартовали с десятков миллиардов.
Итоговая стоимость зависела от степени сохранности туши.
Если экземпляр целый, выручить сотню миллиардов не составляло труда.
Мясо шло в пищу, из костей варили целебные отвары, питающие тело.
Они позволяли быстро нарастить мощь, а именно укрепить духовные силы.
Шкура годилась для создания защитных одежд.
Словом, ценность представляла каждая чешуйка.
Разумеется, наибольшую ценность сохраняло духовное ядро зверя.
Но эта редкость попадалась на глаза крайне редко.