Глава 46 «Песня „Цинхуа“ – покорить весь интернет!»
— Что-что?! — Линь Мин вытаращил глаза и тоже вскочил. — Твою мать! Раз такое дело, быстро подключай телефон к большому экрану!
— А… сейчас! — Лу Цзыцянь спохватился, подбежал к трибуне и привычными движениями запустил трансляцию на экран аудитории.
Студенты, занимавшиеся своими делами, недоуменно переглядывались, не понимая, что творит эта троица. Однако замешательство длилось недолго.
Экран вспыхнул, и на нем появился красивый парень, проникновенно исполняющий песню.
— Чего?!
— Это же старший товарищ Е Сюань! Ничего себе!
— Боже, какая песня… Как красиво!
Недовольство выходкой Лу Цзыцяня и его друзей мгновенно испарилось, сменившись искренней благодарностью. Вскоре к аудитории начали подтягиваться студенты из других залов, привлеченные прекрасным голосом. Народу становилось все больше, а песня приближалась к кульминации:
— О горечи нельзя сказать… Сердце внезапно сжимается. Крепко сжимаю в руках вещицу из сине-белого фарфора, храня обет. Разлука всегда проходит в унынии, мазь памяти втирается снова и снова в раны, что не могут затянуться. Твой взгляд через плечо ранил тишину…
— Бог Е непобедим!
— Мамочки, босс просто в космос улетел!
— Как же это красиво, до слез пробирает!
Песня «Цинхуа» тронула каждого в огромной аудитории. Зал был набит битком, в дверях стояли даже несколько преподавателей. По их одухотворенным лицам было ясно: они тоже покорены этой музыкой, возможно, вспоминая свою первую, прекрасную и печальную любовь. Ту самую девушку, что когда-то заставляла их сердца биться чаще.
— Этот парень… — В кабинете «Небесной Музыки» Му Синьэр смотрела на экран с бесконечной нежностью. Она была тронута до глубины души. Музыка обладала невероятной силой; она буквально перевернула ее представления о том, какой должна быть песня.
— Потрясающе! — Му Бэйнин причмокнула, не отрывая взгляда от поющего парня. — Невероятно! Обет любви, вечный, как узор на сине-белом фарфоре… Как же это тонко!
Она глубоко вздохнула и восторженно посмотрела на подругу:
— Синьэр, что за сказочный муженек тебе достался! Эта песня… она же всю эстраду перевернет!
Му Бэйнин вновь причмокнула, чувствуя невероятное облегчение:
— Какое счастье, что Е Сюань подписал контракт именно с нами. Иначе это была бы катастрофа для всех конкурентов!
Она вспомнила, как изменилась подруга после возвращения из Цзиньчэна. Неудивительно, что даже такая неприступная крепость пала так быстро – обаяние этого парня было просто пугающим. Эта мелодия, эти образы, эти слова… Истинное совершенство.
Прошло время. Песня смолкла, воцарилась тишина.
Хотя голос затих, зрители на фестивале фонарей все еще пребывали в мире, созданном «Цинхуа», не в силах очнуться. Секунда, три, пять…
Тишину разорвал чей-то одинокий хлопок, и лишь тогда морок рассеялся.
Хлопок! Удар! Шлепок! Громом покатились аплодисменты, перемежающиеся восторженными криками.
— Бог Е, это было круто!
— Уууу, я плачу, так трогательно!
— Кхм, кажется, эта песня вознесет Бога Е прямо на олимп!
— Черт, посмотрите на это, жалкие айдолы! Вот она – истинная сила!
— Ха-ха-ха, Бог Е этой песней уделал всех этих «звезд» на сто тысяч миль вперед!
Люди ликовали. Они и представить не могли, что обычный поход на благотворительный концерт подарит им такие эмоции. Не зря пришли!
— Браво! — Ведущая, глубоко вздохнув, вышла на сцену. Песня тронула и ее, заставив вспомнить школьную любовь и парня, с которым они когда-то клялись быть вместе… Но в итоге расстались. Интересно, как он сейчас живет?
— Давайте еще раз, самыми громкими аплодисментами поблагодарим Бога Е за эту песню!
Зрители не жалели ладоней, хлопая до боли. Их переполнял восторг.
— Бог Е! Бог Е!
Скандирование взмыло ввысь, казалось, оно готово было разорвать ночную тьму. Зрелище было по-настоящему грандиозным.
В стрим-комнате количество зрителей перевалило за миллион, а уведомления о пожертвованиях летели с такой скоростью, что полностью закрывали экран. Если не отключить комментарии, за ними не было видно абсолютно ничего.
— Кстати, — Е Сюань посмотрел на ликующую толпу, а затем протянул ведущей карточку. — На этой карте десять миллионов. Я хочу пожертвовать их благотворительному фонду. Надеюсь, это поможет тем, кто нуждается в помощи.
Этот жест был исполнен просто и изящно.
Что?! Присутствующие на площади и фанаты в сети округлили глаза.
Ничего себе! Десять миллионов одним махом… Для 99,9999% людей это была просто заоблачная, астрономическая сумма.
— А… как это… — Ведущая на мгновение лишилась дара речи. Десять миллионов! Даже за весь этот концерт они вряд ли собрали бы столько.
— Бог Е, это же слишком много!
Сумма действительно была огромной, ведущая чувствовала колоссальную ответственность. Е Сюань просто вложил карту ей в руку:
— Берите. Пусть это будет моим скромным вкладом.
Бум!
В этот миг образ Е Сюаня в глазах фанатов вырос до небес. Видите? Вот за кем нужно следовать, вот настоящая звезда! Все эти смазливые айдолы по сравнению с ним – просто позор какой-то.
— Что ж… — Ведущая выдохнула и с торжественным видом приняла чёрную карту. — Хорошо, Бог Е! Мы обещаем, что все эти деньги до копейки пойдут тем, кто в них действительно нуждается! Спасибо вам, Бог Е!
Она низко поклонилась. В наше время людей с таким размахом души осталось слишком мало.
В аудитории Университета Цзяннань тоже повисла тишина.
— Ш-ш-ш… — Лу Цзыцянь и остальные одновременно втянули воздух сквозь зубы.
— С ума сойти! Десять миллионов… Даже если наш старший товарищ Е Сюань богат… не слишком ли это лихо?!
А в одном из темных углов аудитории Су Мэйэр, глядя на экран, сжала бумажный стаканчик в руках так сильно, что тот с щелчком смялся. В ее глазах стояли слезы.
— Е Сюань… он пожертвовал десять миллионов на благотворительность!
Она застыла, а мысли унеслись к тем дням, когда они еще не расстались. — Су Мэйэр, – подумала она, – какого же выдающегося мужчину ты потеряла!