Глава 78 - Хитроумный толстяк!
Ли Юнь никак не ожидал, что кусок тысячелетнего древесного сердца, подброшенный толстяком ради прекращения драки, принесет ему готовое боевое искусство.
Это значило лишь одно: вещица эта и впрямь обладала колоссальной ценностью.
А искренность толстяка, пожелавшего уладить конфликт, оказалась неподдельной.
Впрочем, разбираться с этим прямо сейчас времени не было, поэтому Ли Юнь без лишних слов убрал обрубок во внутренний карман.
Взгляд, которым он одарил толстяка, стал заметно теплее.
— Эй, толстяк, так как тебя звать-то по-настоящему? И каким макаром вы обошли запреты четырех сект?
Толстяк уныло вздохнул:
— Скажу, что случайно вышло — поверишь?
Ли Юнь: «……»
Конечно, верилось с трудом, но допытываться до правды смысла не было, поэтому он просто подыграл собеседнику.
Со слов толстяка, звали его Пан Юй, а его тощего приятеля — Се Ань.
Познакомились они в бродяжничестве, сойдясь на почве общего стремления постичь боевой путь. Услышав слухи о руинах дворцов Тяньфу, они решили попытать счастья.
Поскольку к четырем великим сектам они не принадлежали, путь через террасу Яогуан был для них закрыт, поэтому парочка просто околачивалась в окрестностях.
Случайно провалившись в какую-то пещеру, они угодили в ловушку.
А когда очнулись, обнаружили, что уже находятся внутри запретной зоны.
К этим сказкам Ли Юнь отнесся скептически, однако выгонять их не собирался. В конце концов, руины двенадцати дворцов Тяньфу не принадлежали кому-то одному.
Раз уж сумели пробраться — значит, повезло. Какое ему дело?
Куда больше его интересовало, сколько именно частей [Техники сгущения внутренней силы Тяньфу] удалось раздобыть этому борову. Он не забыл обещание поделиться добычей в обмен на перемирие.
Если у того на руках имелся приличный запас, Ли Юнь не отказался бы от обмена, сэкономив массу времени на поиски.
А сэкономленные часы он мог бы потратить на сбор очков познания и быстрое усиление собственной мощи.
Когда Ли Юнь озвучил предложение об обмене, толстяк оживился.
Он тут же растопырил пятерню!
Заявив, что помимо той части, что пошла на откуп, он успел раздобыть целых пять разделов — точнее, пять фрагментов техники сгущения.
Цифра впечатлила даже Ли Юня.
Ого, неплохо устроился!
Если вспомнить его собственные скитания: времени прошло немало, действовал он методично и с изрядной долей везения, но сумел собрать лишь четыре фрагмента.
А этот жиртрест обогнал его на целую часть!
— Мощно! — Ли Юнь не удержался и поднял большой палец.
Пришлось признать, что при всей своей наглости и скользкости этот тип обладал завидной хваткой.
Впрочем, допытываться до секретов добычи Ли Юнь не стал, его волновало лишь одно: пересекаются ли фрагменты толстяка с теми, что уже имелись у него самого.
Сверив списки, они оба приятно удивились.
Никаких пересечений: все пять частей, бывших у Пан Юя, идеально дополняли коллекцию Ли Юня.
Не раздумывая ни секунды, Ли Юнь предложил обмен.
Правда, у него было четыре части, а у толстяка — пять. Выходило, что Пан Юй оставался в дураках.
Но тот даже глазом не моргнул, проявив широту души.
— Меняем!
— Настоящая дружба дороже железа, не будем мелочиться из-за пустяков.
Без лишних слов он продиктовал Ли Юню свои пять частей, получив взамен недостающие четыре.
После такого Ли Юню стало даже немного неловко оставаться в долгу.
Бессовестно пользоваться чужой щедростью он не любил.
Бросив взгляд вглубь банановой рощи, он уверенно зашагал вперед.
В самой чаще оставался еще один тайник с техникой, до которого они с толстяком так и не добрались. Раньше Пан Юй планировал добыть его обманным путем.
Теперь же, заручившись поддержкой Ли Юня, всё решалось куда проще.
Отыскав цель, Ли Юнь просто продемонстрировал истинную волю мириад энергий, и заветная техника сама плыла к нему в руки.
Сцена эта заставила Пан Юя и Се Аня разинуть рты от изумления.
Се Ань даже подколол напарника:
— Слышь, братец Толстый, видал? Вот это называется класс! А твои дебильные планы с сорванными штанами и порнокартинками — позор на седые семена.
Лицо толстяка слегка порозовело, но он тут же нашелся что ответить:
— Тьфу, да что ты понимаешь? Главное — добыть технику, а гордость на хлеб не намажешь! Верно я говорю, Ли Юнь?
Ли Юнь лишь улыбнулся и молча поднял большой палец.
А что тут скажешь?
Поделившись с толстяком вновь обретенным фрагментом техники сгущения, они распрощались.
Каждый пошел своей дорогой.
Правда, отойдя всего на пару сотен шагов, Ли Юнь бесшумно вернулся под сень бананов.
Место показалось ему на редкость удачным: уединенное, скрытое от посторонних глаз густой зеленью. Идеально для медитации с древним мечом ради сбора драгоценных очков познания.
На этот раз ему досталось сразу семь частей техники сгущения. Чтобы довести их до совершенства и успешно вплавить в Технику мириад энергий , требовалось колоссальное количество очков познания.
Без десятка часов медитации тут делать было нечего.
Каждая секунда на счету.
***
Тем временем, покинув рощу, Пан Юй и Се Ань бешеным темпом удалились от того места, укрывшись в укромной горной расщелине. Убедившись, что Ли Юнь не преследует их, они наконец перевели дыхание.
— Пронесло… Этот Ли Юнь оказался на редкость понятливым, не стал преследовать… — с облегчением выдохнул толстяк.
Се Ань выпучил глаза, одарив напарника полным непонимания взглядом:
— Братец Толстый, ты серьезно? Ты до сих пор от него шарахаешься? Мы же вроде заключили мир, обменялись техниками…
— Эх, наивная душа!
— Разве всё так просто?
— Забыл, где мы находимся? Это же личная вотчина четырех великих сект, посторонним сюда вход заказан.
— Если Ли Юнь решит нас сдать сектантскому начальству, нам крышка.
— Да ладно… по-моему, нормальный парень.
— На вид — да. Но слыхал поговорку: «Лицо видишь, а сердце нет»?
— Мы перед ним слишком много всего засветили.
— Особенно тысячелетнее древесное сердце. Я нарочно не стал говорить о его истинных свойствах, но если он сам пронюхает, кто поручится, что у него не загорятся глаза на оставшуюся у нас половину?
— Чем дальше мы от него держимся, тем целее будем, усек?
— К тому же мы здесь уже прилично задержались. Судя по карте, поживились мы знатно. Теперь давай малость передохнем, а потом рванем к истинному сердцу руин. Отыщем ту самую легендарную жемчужину — вот тогда мы по-настоящему поднимемся!