Глава 672 - А если я скажу, что понятия не имею?
Признаться честно, Ли Юнь никак не ожидал встретить малютку Сюй Мина так быстро и в таком месте.
Что любопытно, внешне этот парень ничуть не изменился со дня их первой встречи — всё тот же юный, скромный послушник.
Вот только если в прошлый раз Ли Юнь не мог разглядеть уровень его развития и сквозь туман, то теперь, набравшись сил, четко осознавал: перед ним стоял монстр.
Седьмая область Девяти Областей Пронзающих Небеса — область Прозрения Пустоты!
Этот хитрец мастерски маскировал свое дыхание, прикидываясь юным гением, так что обычный практик ни за что не разглядел бы подвоха. Но от нынешнего Ли Юня ничего нельзя было скрыть. Судя по глубине и плотности первоосновы Прозрения Пустоты, пульсировавшей в его жилах, парнишка уже вплотную подобрался к области Воплощения Пути.
Такую мощь не накопить за пару дней.
Стало быть, еще тогда, при их первой встрече в храме Юньлун, этот «малютка» являлся гигантским монстром духовного мира! Захоти он — одним щелчком пальцев стер бы в порошок всех присутствовавших в той каменной зале. Но он предпочитал корчить из себя юное дарование.
«Ну и старый же ты лис, чёрт тебя дери!» — подумал Ли Юнь.
Он даже мысленно похвалил себя за то, что в прошлый раз не стал переходить Сюй Мину дорогу. Иначе трава на его могиле уже выросла бы в человеческий рост.
— Сюй Мин… Надо же, какая встреча! — огладил подбородок Ли Юнь, смерив монаха лукавым взглядом. — Но поступил ты тогда нечестно! Таил в себе силу великого мастера, а сам вместе с нами, сопляками, лазил по пыльным каменным палатам… Как-то это несолидно, а?
Сюй Мин подошел ближе, мягко улыбаясь. На его юношеском лице промелькнула легкая смущенность, но ни грамма неловкости.
— Амитабха… Благодетель Ли, хоть после событий в храме Юньлун маленький монастырь более не навещал династию Разрывающего Небеса, однако о вашем стремительном взлете и громкой славе бедный монах слышал немало!
— Да ладно тебе зубы заговаривать, — фыркнул Ли Юнь. — Мои скромные успехи в глазах великого мастера Сюй Мина — так, детские забавы на песке.
— Благодетель Ли чрезвычайно скромен, — Сюй Мин ничуть не обиделся на подколку. — Вы, как и прежде, храните глубокое смирение. Однако у бедного монаха есть к вам один вопрос… Не откажете в любезности ответит?
— Что за вопрос?
— Благодетель ведь только что миновал гору Мириад Образов? Не замечали ли вы там чего-то… необычного?
Глаза Ли Юня блеснули. Он мгновенно раскусил задумку собеседника: Сюй Мин явился сюда именно из-за аномалии, приключившейся на горе.
Но с какой стати раскрывать карты перед этим старым лисом? Доверять этому проныре нельзя ни на грош.
— Да нет, ничего эдакого… — невинно похлопал глазами Ли Юнь. — Мы просто шли следом за одним старцем из южной обители с горы Чжицзюнь, Чжэн Гуаньси его зовут. Так этот пройдоха оказался редкой дрянью: едва налетел демонический ветер Мириад Образов, он бросил нас на произвол судьбы и дал деру. Еще и орал на бегу, будто знает секрет, как пересечь Море Погибели Бессмертных, и явился сюда, дабы прибрать к рукам Священную Пагоду Кармы!
Едва эти слова слетели с губ Ли Юня, Сюй Мин сделал легкое движение рукой, словно хватая из воздуха невидимую нить. В то же мгновение перед ними с грохотом шлепнулась на камни жалкая, избитая фигура.
Это был не кто иной, как сбежавший Чжэн Гуаньси!
— Это вы!.. Вы всё врете! Великий мастер Сюй Мин, не верьте им, они лгут! — взвизгнул Чжэн Гуаньси, барахтаясь на гальке. — Я не заставлял их идти за мной, они сами вынудили меня стать их проводником! А когда поднялся демонический ветер Мириад Образов, я лишь воспользовался случаем, чтобы спастись! Я своими глазами видел, как их окружил шторм! И то, что демонический ветер Мириад Образов на горе внезапно стих — их рук дело!
Похоже, Сюй Мин сцапал этого бедолагу некоторое время назад. Сейчас вся духовная сила Чжэн Гуаньси была запечатана, его малый мир Прозрения Пустоты скован узами, а сам он, покрытый синяками и ссадинами, дрожал от дикого ужаса.
— Амитабха! — произнес Сюй Мин.
Монах не спеша подошел к Чжэн Гуаньси, схватил его одной рукой за грудки, а второй, сжатой в пудовый кулак, с отмаши нбахнул прямо в живот.
Бум! Бум! Бум!
Удары сыпались один за другим — тяжелые, сокрушительные, отзывавшиеся глухим треском.
Каждый выпад нес в себе особую сакральную пульсацию. Проникая сквозь плоть и кости, волны силы били прямиком по малому миру Прозрения Пустоты внутри Чжэн Гуаньси. От каждого такого удара внутренний мир несчастного покрывался сетью глубоких трещин.
При этом Сюй Мин действовал с аптекарской точностью: он крушил внутреннее пространство старейшины, но не давал ему разрушиться окончательно. Из-за этого Чжэн Гуаньси испытывал нечеловеческую, разрывающую внутренности боль, подкрепленную диким страхом, что очередной кулак монаха случайно перегнет палку и превратит его культивацию в труху.
— Благодетель Чжэн, лгать — нехорошо. Нечестивцы всегда должны нести карающую епитимию, — с кроткой и добродушной улыбкой напевал Сюй Мин, методично вбивая кулаки в нутро жертвы.
Ли Юнь наблюдал за этим зрелищем, и у него аж щека дергалась.
Вот уж воистину: милосердие святоши хуже топора палача! Этот юный монах явно не собирался убивать Чжэн Гуаньси сразу — он наслаждался его мучениями, выбивая из него остатки спеси.
Старый лис, да и только! Под маской смирения и святости скрывалась лютая, изощренная жестокость.
И эта демонстрация силы, вне всяких сомнений, предназначалась в том числе и Ли Юню — как прозрачный намек.
Вот только Ли Юню было плевать.
Если бы до входа на гору Мириад Образов, находясь на территории Священной обители Юньлай, он еще мог проявить хоть какую-то осторожность, то теперь, когда Зародыш Дао Таинственных Врат окончательно сформировался, правила игры изменились. Если дело дойдет до драки, вряд ли в обители Юньлай найдется хоть кто-то, способный представлять для него реальную угрозу.
Поэтому Ли Юнь с большим удовольствием наблюдал за бесплатным цирком.
Когда Сюй Мин наконец избил Чжэн Гуаньси до полусмерти и вновь швырнул его в пыль, Ли Юнь сочувственно усмехнулся:
— Эх, Сюй Мин, до чего же ты мягкосердечен и добросердечен! Излишняя жалость тебя погубит. На твоем месте я бы не стал церемониться с этой дрянью — раздавил бы к чертям, да выпил его дао досуха… Все-таки какая-никакая, а подкорка для собственных сил!
Говоря это, он одарил Чжэн Гуаньси до того хищным взглядом, что у старейшины поджилки затряслись.
Чжэн Гуаньси охватил первобытный ужас. Он знал, насколько беспощаден этот монстр Ли Юнь! Тот без моргания сожрал мастера области Воплощения Пути из Дворца Лихо, так что с практиком Прозрения Пустоты он расправится быстрее, чем стряхнет пыль с рукава — от него даже пепла для кремации не останется!
— Не надо… Великий мастер Сюй Мин, умоляю вас, не отдавайте меня ему! Он чудовище!.. Он невероятно лют и владеет дьявольскими искусствaми! Поверьте мне, аномалия на горе Мириад Образов — точно его рук дело!
— Амитабха… Благодетель Чжэн, вы слишком много болтаете.
Сюй Мин молитвенно сложил ладони, изрек святое имя и без лишних слов опустил тяжелый сапог прямо на лицо Чжэн Гуаньси.
Хруст!
Нога монаха давила подобно целой горной гряде, и Чжэн Гуаньси мгновенно отключился, так и не успев докурить свою последнюю мысль.
— Благодетель Ли, монахи не лгут, — Сюй Мин устремил на юношу пристальный, пронзительный взгляд. — Гора Мириад Образов крайне важна для нашей Священной обители Юньлай. Это испытательная локация для наших последователей. И коль скоро демонический ветер Мириад Образов внезапно испарился, я просил бы вас, если вам известна причина, поведать мне правду. Бедный монах будет безмерно вам благодарен.
Было очевидно: Сюй Мин уже намертво вбил себе в голову, что именно Ли Юнь виновен в исчезновении ветра.
Ли Юнь расплылся в широкой, ехидной ухмылке:
— А если я скажу, что понятия не имею?