Глава 21 - Потрясение Чжан Цуна!
Чжан Цун был вне себя от ярости.
— Чжан Чу… Паршивец ты этакий, когда ты уже прекратишь баловаться?
— А ну пошёл отсюда! Марш к себе!
— Тебе здесь делать нечего, если не уйдёшь по-хорошему, я лично отволоку тебя в дисциплинарный зал, а потом пошлю за твоей старшей сестрой, чтобы сама тебя забирала…
— Тц, пугаешь ежика голой жопой, а вот и не уйду! Между прочим, я сюда тоже за наградой пришёл…
— Мои Базовые стойки тоже почти дошли до начального уровня. Ты выдал награду Ли Юню, так с какого перепугу обделяешь меня?
— Ты…?!
Чжан Цун от злости даже усмехнулся:
— Да ты только посмотри на себя! Сколько всего порога переступил, а всё туда же — дурью маешься. С чего это вдруг твои стойки так быстро дошли до начального уровня? Опять за старое?
— Глянь… Опять за рыбу деньги? Опять за человека меня не считаешь?
— Знал, что так отреагируешь, ну погоди, сейчас я тебе глаза-то открою.
С этими словами.
Чжан Чу с воодушевлением отшагнул в сторону и прямо там затянул привычные движения.
Поначалу Чжан Цун лишь скептически фыркал, полагая, что мальчишка просто дурачится.
Но стоило Чжан Чу плавно и без единой заминки отработать одну стойку за другой, как на лице Чжан Цуна застыло изумление, а глаза округлились до размера блюдец.
Даже когда он впервые узнал об успехах Ли Юня, шок был куда слабее.
Дело было вовсе не в том, что он недооценивал Чжан Чу. Будучи из одного клана, он прекрасно знал потенциал парня. Но именно эта слепая привычка с детства — предвзятый взгляд на родственника — заставляла его видеть в Чжан Чу лишь вечного баламута.
Он никак не ожидал, что этот оборванец за столь короткий срок действительно овладеет стойками на начальном уровне.
Пока Чжан Чу не отчеканил все двенадцать позиций до конца, Чжан Цун молчал.
Лишь после этого он с искренним восторгом проговорил:
— Недурно, чдк, и впрямь дошёл до начального уровня! Похоже, за этот месяц ты зря времени не терял — потел на тренировках и зубрил теорию. Так держать! С твоим вторым рангом при должном усердии о внутреннем круге мечтать рановато, а вот войти туда лет через пять — задача вполне посильная.
Слова Чжан Цуна не были пустой лестью.
Обычно обладателю второго ранга требовалось около пяти лет упорного труда — три года во внешнем круге да два на посту исполнителя, — чтобы совершить обратный поворот вспять и вернуть врожденную силу, причем шанс на успех едва превышал половину.
Но то — обычные люди.
Чжан Чу явно к ним не относился. За его спиной стояла не только родная сестра Чжан Жохань, но и весь могущественный род Чжан. Стоило парню показать хоть малейшую тягу к росту, как клановые ресурсы рекой потекли бы к нему, помогая преодолеть природный барьер.
Однако Чжан Чу остался крайне недоволен.
— Тц, мог бы и не читать мне эти нравоучения, дядя. Под крылом моего старшего я в любой момент окажусь во внутреннем круге, и пяти лет мне не понадобится…
— Скажи ведь, старый ты мой, а, старший?
Чжан Чу с ухмылкой покосился на Ли Юня.
Ли Юнь: —…—
Старший?
На этот раз Чжан Цун, кажется, начал догадываться в чем дело и перевел ошарашенный взгляд на Ли Юня.
— Да хорош пялиться, старый ты племянник…
— С твоим-то зрением слепого крота людей в упор не разглядеть. Какой-то там начальный уровень… Тьфу, да что он вообще значит! Вчера мой старший уже закрепился на малом уровне, а прямо на глазах у моей сестры пережил озарение и шагнул в полное постижение! Сегодня же — от и до довел всё до совершенства!
— Видал ли ты когда-нибудь столь ослепительного гения?
— А ты всё жмотишься… Выделил какую-то жалкую технику да пару пилюль ци и крови. Эх, будь я на месте старшего… Я бы в ту же ночь сбежал с этой горы и завтра же сам попросился в другую секту…
— Чжан Чу, язык прикуси, хватит молоть чушь!
Заметив, что Чжан Чу несёт откровенную ересь, Ли Юнь тут же дернул его за рукав.
После чего сдержанно поклонился Чжан Цуну.
— Старейшина Чжан, не обращайте внимания… Этот дуралей просто любит ляпнуть лишнего.
Но Чжан Цун не сердился. Он лишь в упор сверлил Ли Юня тяжелым взглядом.
— Насчет того, нёс ли Чжан Чу чепуху, я и сам разберусь.
— Отвечай мне прямо: твои Базовые стойки действительно достигли совершенства?
Ли Юнь с легкой улыбкой неторопливо кивнул.
Раз уж он пришел сюда, то скрываться и скромничать не собирался.
В такой громадине, как секта Тяньу, чтобы добиться поддержки и выбить для себя особые привилегии, требовалось с ходу предъявить веский товар лицом.
— Спасибо стараниям исполнителя Сюй Циня и сестры Чжан, мои Базовые стойки и вправду дошли до совершенства. Более того, мне удалось постичь истинный смысл первой стойки — Истину Зелёной Сосны!
Бум!
Стоило этим словам сорваться с губ, как в голове Чжан Цуна словно громыхнул раскат грома. Его лицо окаменело от ужаса.
Чуть больше месяца после вступления в секту — и стойки доведены до совершенства, да еще и постигнут истинный смысл?
Уму непостижимо!
Он отказывался верить собственным ушам.
— Ли Юнь, немедленно покажи мне всё от начала до конца.
— Слушаюсь.
Ли Юнь вышел на середину площадки. На этот раз Чжан Чу не смел устраивать балаган.
Он лишь заговорщически подмигнул Чжан Цуну, пытаясь изобразить на физиономии крайнюю степень гордости, но старейшина оставил его гримасы без внимания — сейчас ему было явно не до дурацких выходнок мальчишки.
В этот самый момент створки ворот Обители Лазурного Облака отворились, и на пороге показались еще две фигуры.
— Старик Чжан, ты чем тут занимаешься? Мы со старейшиной Ли пришли позвать тебя пропустить по чарочке, а ты гостей не встречаешь…
Двое седовласых старцев, ровесников Чжан Цуна, с добродушными улыбками ввалились во двор. Заметив посторонних, они тут же осеклись и озадаченно уставились на хозяина.
— Э… это у вас тут что за представление?
Чжан Цун не стал вдаваться в объяснения, лишь коротко усмехнулся:
— Старик Ли, старик Хуан… Вы как раз вовремя. Молчание — золото, просто встаньте в стороне и понаблюдайте.
— Ли Юнь, начинай!
— Есть!
Ли Юнь не стал тратить слова на ветер. Глубоко вздохнув, он мгновенно погрузился в состояние отрешенности.
Сам комплекс [Базовые стойки] заструился с первой же позиции. Едва он сделал первое движение, как и Чжан Цун, и вошедшие следом старцы синхронно выкатили глаза.
— Мать честная, эта техника… Словно сама природа создала ее. Уж не признаки ли это полного совершенства?
— Этот пацан… Он же вроде только в сентябре переступил порог секты?
— Поступил в сентябре… Прошло чуть больше месяца, а Базовые стойки уже доведены до совершенства? Старик Чжан… Ты что, решил выдать нам такой оглушительный сюрприз?
Чжан Цун хранил молчание, впившись взглядом в каждое движение парня.
Перед его глазами разворачивалось зрелище безупречной гармонии: стойка плавно перетекала в стойку, легкая и естественная поступь напоминала изящный танец.
Оторвать взгляд от происходящего было просто невозможно.
Двенадцать позиций промелькнули в мгновение ока.
Парень вернулся к первой стойке и замер, как вкопанный.
В тот же миг от фигуры Ли Юня повеяло непостижимой, тончайшей рябью бытия.
— Истина Зелёной Сосны!
В один голос выдохнули все трое стариков, а в их голосах отчетливо звучали трепет и ослепленный восторг.
Только когда Ли Юнь плавно опустил руки, завершая упражнение,
троица сорвалась с места. Забыв обо всем, они стремительно окружили парня со всех сторон, впившись в него жадными, горящими взглядами.
— Гений! Истинный, чистокровный гений!
— За восемьсот лет существования нашей секты Тяньу еще не рождалось столь ошеломляющего таланта!
Чжан Цун ликовал.
С одной стороны, в секте появился самородок невиданной силы; с другой — именно он, Чжан Цун, стоял у истоков этого открытия.
В столь огромной и разветвленной организации, как секта Тяньу, где вечная грызня между влиятельными фракциями была нормой жизни,
вытащить на свет столь ослепительное дарование означало обеспечить колоссальные дивиденды и себе, и всему своему клану.
В головах Чжан Цуна, Хуан Цзуна и Ли Сисина в этот момент пронеслась одна и ту же мысль:
«Этого парня нужно взращивать изо всех сил!»